Охотник - Сергей Александрович Малышонок

— (<_<)… — сочувственно глядела на новеньких Крис, пока те источали в окружающий мир просто-таки гигатонны виноватости.

— Кхм… Ладно, по этому поводу я с вами побеседую отдельно. Сейчас же вы стали частью моей свиты, и я бы предпочёл узнать, что именно вы умеете и насколько это полезно. Расскажите всё Крис, она всё запишет и передаст мне.

— (^_^)(^_^)! — приободрились и послушно закивали обе, тут же обступая мою мулаточку.

Спустя несколько минут я узнал, что госпожа генерал, по сути, умела всё, что умели остальные бойцы ближнего боя в данже, только лучше. Командирско-паладинские ауры, монашеское укрепление, атаки с усилением оружия заклинанием школы Света, очень похожим по принципу действия на показанное мне ещё Сонг Чхи-Юлем «воспламенение клинка», в общем, на самом деле всё, что показывали остальные милишники Монастыря в плане специальных навыков. Аналогично она могла за какое-то время освоить уже чисто жреческие заклинания школы Света, но получаться они у неё обещали слабее, чем у профильных кастеров.

Вайтмейн тоже порадовала меня «полным набором» жреца, включавшим в себя три вида хилок, щит, стрелу и взрыв Света, в общем, всё то, что уже умели и мои капелланы-аббаты-адепты, но помимо этого леди умела снимать проклятья, лечить отравления и вообще снимать любые отрицательные эффекты, а также… да! У меня, точнее, моего миньона, появилось полноценное Воскрешение! По крайней мере, она была свято уверена, что может его использовать не только на мобах в системном данже, но и на вполне реальных людях, с небольшими ограничениями, очень похожими на те, что имелись у моей способности «Создание Призрака». Ну и ещё в её случае на шанс успеха заклинания сильно влияла сохранность тела — безголовый или испечённый до превращения в горстку пепла труп уже не воскресишь. И пусть сам я использовать это заклинание не мог, равно как и имеющиеся у меня паладины и жрецы (последние, впрочем, на элитном рыцарском ранге, возможно, и потянут), всё равно это было жуткой имбой и читом.

Само собой, я и так, в некотором роде, с лёгкостью воскрешал из мёртвых, но одно дело — «в некотором роде», и совсем другое — вот вообще натурально и без условностей. Подобная фишка уже сама по себе делала меня… ну просто дохрена уникальной личностью в этом мире. Быть может, те иномировые боженьки, что и стоят за всей этой вакханалией с Вратами и монстрами, тоже так могут. Да что там? Скорее всего, могут, был же среди них Владыка Теней, что тоже, в общем, «воскрешатель из мёртвых». Но в обществе Охотников и людей вообще… Скажем так, если я официально легализуюсь с этим делом, я или очень быстро стану бессовестно богатым человеком и вторым Иисусом на Земле, или… меня убьют, чтобы не достался конкурентам.

— Ну что же, я вами очень доволен, — подвожу итог долгому разговору. — И в честь этого… — скольжу взглядом по табличкам [Призрачный воин Ур. 1] [Ранг: Гвардеец] и [Призрачный целитель Ур. 1] [Ранг: Гвардеец] над их головами, — будете и дальше Аббендис и Вайтмейн, — мысленным усилием командую Системе установить имена.

— (^_^)! (^_^)! — разулыбались красотки, фоня неподдельным счастьем.

— Ну-ну, — улыбнулся и я. — А теперь ещё несколько вопросов: что вы помните первое в своей жизни и знаете о себе и мире вокруг?

Новый, пусть и куда более короткий допрос принёс уже известные факты: мобы в системных данжах просто в какой-то момент осознают себя уже стоящими на посту. Памяти о событиях до этого момента у них нет, личных воспоминаний и каких-то социальных связей — самый минимум, буквально на пару строк описания, мол, я знаю, что это — мой подчинённый, вот это — равный коллега, а это — командир, с редкими вкраплениями «мы подруги», в данном конкретном случае относительно взаимоотношений между леди-генералом и одевающейся в костюм из секс-шопа монашкой. Тем не менее мелких деталей — практически полный ноль, например, Аббендис знала, что была близка со своими адъютантами-телохранителями, и даже могла добавить, что сама их обучала, но почему близка, когда и как обучала, где познакомилась и даже как тех зовут — полнейшая пустота. У Вайтмейн — то же самое. Она могла в общих чертах описать «Три добродетели Света» — Уважение, Упорство и Сострадание, этакий аналог Семи Заповедей христианства, могла рассказать, что такое Алый Орден, знала, что такое Лордерон, но всё очень и очень поверхностно, становясь в тупик буквально на первом же уточняющем вопросе. Причём все известные девушкам факты «их биографий» были известны и мне, и если бы они при этом обе не владели письменным людским языком Азерота, я бы полностью уверился, что их знания взяты Системой из моей же головы. Однако, помимо боевых навыков и магических знаний, которые выходили за рамки доступного мне, язык они знали, отсюда следовало, что информацию Система для их создания брала ещё откуда-то.

Проверки ради я уделил внимание и телохранительницам леди-генерала. Что можно сказать о них? Шикарные брюнетки с выразительными зелёными глазами, да ещё и сёстры-близняшки. В том смысле, что если обычные девушки из системных данжей были просто схожи между собой, как родные сёстры, но всё-таки не отражения в зеркале, то вот эти две закованные в глухие миланские латы милашки на самом деле походили друг на друга как две капли воды. Известная им предыстория их жизни этому тоже соответствовала — девушки «знали», что они сёстры-близнецы, любят друг друга и вообще всегда вместе, идеально работая в паре, но на этом всё. Ни как их зовут, ни где родились, ни чем занимались до попадания в Монастырь… В общем, как обычно. Аббендис для них была уважаемым и любимым командиром и практически старшей сестрой, Вайтмейн — строгой, требовательной и вообще грозной духовной наставницей, которая при этом о них искренне заботилась, и-и-и… всё. Больше никаких деталей, всё как у всех: пришли в себя, уже стоя в соборе на посту, в голове звучал приказ защищать это место, а через несколько часов появился я и всех убил, после чего воскресил, дал новую жизнь и вообще стал обожаемым боженькой во плоти.

— Пожалуй, я знаю, как буду вас назвать…

— (0_о)(о_0)??? — одинаково наклонили головы друг к другу обе воительницы, ещё не понимая, о чём я.

— Милти и Мелани Мэлакайт, — как ещё я мог назвать боевых брюнеток-близняшек с умопомрачительными малахитовыми глазищами?