Русские народные сказки и суеверные рассказы про нечистую силу - Александр Евгеньевич Бурцев

— Милостивый государь! Я в точности исполнил ваше приказание и купил ровно столько, сколько вы приказать изволили. Но, желая угодить вашей милости и приготовить яйца такими, как вы того хотели, я, боясь, как бы они не переварились и вместо всмятку чтобы не сделались бы вкрутую, я их пробовал и семь штук из них употребил на пробу.

— Ах ты, плут этакий! — вскричал хозяин. — Так ты их съел?!

Последний вопрос рассерженный хозяин повторил раза три. При таком обороте дела бедный работник растерялся окончательно и не знал, что сказать и что ему делать, и, предположив, что хозяин повторением вопроса желает узнать о том, как именно ел он варившиеся яйца, купленные для хозяйского стола, работник решился показать хозяину над последними оставшимися тремя наглядный пример того, как пробовал он первые семь штук, и, взяв эти три яйца с тарелки, последовательно разбил и выпил одно за другим все три штуки, проговорив при этом:

— Вот, сударь, как я их ел.

Как ни был раздражен и разгневан в этот момент хозяин, но, видя такую своеобразную находчивость и сообразительность в своем виноватом работнике, не мог удержаться от смеха и на сей раз простил его за сделанный им проступок.

По прошествии некоторого времени после описанного выше случая хозяин, собираясь ехать в гости к своей сестре, сказал своему работнику, чтобы он приготовился сам, а также подготовил бы и все необходимое для дороги к утру другого дня. Выслушав приказание хозяина, работник спросил его:

— Не прикажете ли прихватить с собой заодно и хорошего завтрака или ужина?

Но хозяин восстал против намерения своего работника, строго запретив ему обременять какими бы то ни было лишними припасами ехавшую лошадь, добавив при этом, что надеется приехать к месту назначения еще задолго до захода солнца.

Но работник, зная быстроту бега хозяйской лошади, рассудил иначе и запасся на дорогу изрядным количеством разных съестных припасов на ужин, припрятав весь запас как можно подальше от глаз хозяина.

На другой день, едва только утренняя заря успела прогнать ночную тьму, как хозяин приказал своему работнику подавать лошадь, и, сев в экипаж, они тронулись в назначенный путь. Ехали они долго, а проехали всего только половину пути, и хозяин, видя, что ошибся в своем предположении, стал говорить своему работнику, что, как ни торопись, а до ночи им, пожалуй, все равно не успеть добраться до конечной цели их пути; да к тому же начинало уже и смеркаться, и, понимая теперь ясно, что далее в ночной темноте ехать будет не особенно хорошо да и не совсем безопасно, хозяин тотчас же приказал своему работнику остановиться и не ехать дальше, пока не станет рассветать, решив при этом остаться ночевать здесь, на поле, в своей повозке.

Подъехав к стоявшему в сторонке сенному стогу, работник распряг лошадь и, вынув из повозки мешок и захваченный им на дорогу запас провизии, забрал с собой все эти предметы и полез себе преспокойно на сенной стог. Забравшись туда, запасливый работник влез во взятый с собой мешок и, расположившись таким образом, как только можно было поудобнее, принялся за свой ужин.

Тем временем хозяин, расположившийся было на ночлег, почувствовал сильнейший голод и, услыхав, что работник его на стоге что-то ел, спросил его:

— Работник, чем ты утоляешь свой голод?

А работник, смекнув, в чем дело, отвечал ему:

— Сеном, сударь.

— Так поделись со мной, — сказал хозяин.

Работник тотчас же выскочил из своего мешка и, выдернув из стога клочок сена, подал последнее своему недогадливому хозяину. Взяв поданное сено и отделив из него несколько травинок, хозяин положил их в рот и стал нехотя жевать это необычайное для человеческого вкуса блюдо. Но едва он только начал пережевывать сухое сено, как в ту же минуту почувствовал к этому странному блюду полное отвращение и с величайшим омерзением выплюнул его вон, дивясь в то же время, как это мог есть его работник такую отвратительную гадость, да к тому же еще твердую до того, что все зубы переломаешь.

Итак, не став продолжать предложенного ему работником его ужина, наш хозяин остался на всю ночь голодным, и потому, желая как-нибудь поскорее скоротать предстоящую впереди только что еще начавшуюся ночь, хозяин решил лучше опять лечь спать и таким образом незаметно дождаться следующего утра.

Но, видно, судьба преследовала нашего хозяина в эту злополучную для него ночь. Едва только улегся он спать на дно своей повозки, как вдруг неожиданно задул сильнейший северный ветер, и наш хозяин так здорово продрог от стужи, что не знал, чем и как спастись от нее, так как сам он одет был по-летнему, а с собой на случай холода ничего не захватил. И вот опять обратился хозяин к своему работнику, мысленно надеясь, узнав, как тот спасается от холода, перенять от него пример и самому поступить так же. На вопрос хозяина: «На чем ты лежишь?» — работник отвечал ему:

— На мешке.

— А что у тебя в головах? — продолжал допытываться хозяин.

— Мешок же.

— А в ногах?

— Тоже мешок, сударь.

— А чем же ты одеваешься?

— Мешком же и одеваюсь я, сударь.

Хозяин (рис. В. Малышева)

— Тьфу ты! Что за черт! Да сколько у тебя мешков? Дай мне ты хоть один.

— Да у меня, сударь, у самого всего только один мешок имеется, который все нужды мои исправляет.

Так и пришлось хозяину, оставшись ни с чем, мучиться всю ночь до самой утренней зари от голода и холода. А хозяйский работник спал во всю эту ночь самым преспокойным образом, так как, плотно поужинав запасенной им на дорогу провизией, тепло и уютно устроился себе на сенном стогу, весь с головой залезши в большой и толстый мешок, который ни малейшей не пропускал сквозь себя стужи и ветра.

На следующее — после описанной ночи — утро, едва только стало рассветать, хозяин, промучившийся всю эту ночь, приказал своему работнику немедленно же готовиться в дальнейший путь и как можно скорее запрягать лошадь. Когда все уже было готово и можно было отправляться в дорогу, то хозяин вздумал почему-то разыграть из себя что-то такое, что было ему одному только понятно.

Он вдруг обратился к своему работнику и начал отдавать ему следующее приказание:

— Как только мы приедем с тобой в дом