Медведицкая гряда - Вадим Александрович Чернобров

разбойники. Сообщениями о малейших неприятностях их разрозненные группы обменивались практически мгновенно, несмотря на то, что обычный гонец на лошади скакал бы от одной горы до другой несколько часов. Понятно, что ни о радио, ни о телеграфе в те времена говорить не приходится, зато вполне можно говорить о… костре. Лишь этот вид мгновенной связи был известен старикам. Хотя сигнальные костры просматриваются обычно со всех сторон, однако из окрестных сел костров на горе не видели. Следовательно, сделали вывод наши старики, огни зажигали внутри тоннелей под землей. Ну а действовать подобная сигнальная система будет лишь в случае, если сами тоннели будут идеально прямыми с зеркальными или светоотражающими стенками. Иначе свет в подземелье за несколько десятков километров не увидеть!..

«…Мой дед гонял разбойников по этим тоннелям!..» Расскажите, расскажите подробнее, – просим одного старика. Разбойниками, как выясняется, была банда (скорее всего, белогвардейская) БОРОДАЯ, которая скрывалась в Гражданскую войну в неких тоннелях. Всякий раз, когда красноармейцы, что называется, садились банде на хвост, отряды Бородая умудрялись проходить сквозь оцепление как по воздуху, оказываясь позади цепи заграждения. Дед рассказчика был уверен, что банда на конях проходит через очень старый тоннель, о существовании которого он также знал. Но этот же самый спасительный тоннель стал в конце концов для Бородая и последним пристанищем: красноармейцы, прознав о подземном ходе, наконец подловили отряд Бородая и забросали его гранатами… Как нам объяснили, место это находится «там, где сейчас поставили телевышку», мы пытались самостоятельно отыскать входы, но пока безрезультатно. Впрочем, летом 1998 года участники наших экспедиций Александр ШАПОВАЛОВ и Стас ГРИНЬКИН нашли на этой горке первые признаки чего-то необычного…

…Кстати, в этом же месте в июле 1993 года бывший главный хирург района, а ныне пенсионер Алексей Степанович АБРАМЕНКО, копнув землю лопатой, случайно увидел странную металлическую «штучку». Украшение не украшение, ключ не ключ, – одним словом, непонятного назначения пруток из бронзового сплава, скрученный в двойную право- и левостороннюю спираль, максимальный размер которой 5 см. «Спиралька» была привезена нами в Москву, где она привела в легкий шок археологов: таких изделий, из такого сплава, покрытого таким зеленым лаком, в древнем Поволжье быть не должно! В Древней Греции встречалось нечто похожее, но далеко не то же самое! Тогда откуда же она взялась?..

В начале ХХ века, как сообщил нам краевед Геннадий Зимков, по неким пещерам и тоннелям лазил его коллега ПЕЩИЛИН. Сейчас уже трудно сказать, какие именно пещеры он изучал, но ходят слухи, что это были подземные ходы под женским монастырем рядом с деревней М. на Медведицкой гряде или ниже по течению прямо на высоком берегу Медведицы под мужским и (ниже по течению в 1,5–2 км) женским монастырями. Об исследовании Пещилина нет практически никаких сведений, однако старики толкуют, будто ходил он по прямым ходам целыми неделями… Уже гораздо позже, в послевоенное время, местная старушка, бывшая монахиня, поведала Гусеву и Гайворонскому, что ходы эти от Медведицы тянутся аж до города Серафимович. Кстати, журналист Борис Николаевич ГУСЕВ (ныне живущий в Нижневартовске), который помимо всего прочего был еще отличным фотографом, заснял в женском монастыре иконы – на прекрасно получившихся снимках с четко видимыми окладами и фоном совсем отсутствовали лики святых, лишь снопы ослепительного света… Так и не найдя объяснения и оставив попытки получить нормальные фотографии, Гусев отослал пленки в Москву, где они благополучно сгинули…

Гусев с Гайворонским ночевали в монастыре несколько ночей, насмотрелись всякого. Как-то раз в его внутреннем дворике обнаружили белую мраморную плиту, с трудом отодвинули тяжеленную заслонку и увидели вход в какой-то тоннель шириной 1,5 метра с очень высоким сводом и гладкими земляными стенами. Пройдя по нему 3–4 километра, они уперлись в аккуратно заложенную кирпичом стену – дальше им хода не было.

Как пояснили местные, кирпичную преграду возвела милиция во избежание исчезновений наиболее любопытных пацанов. Ныне все эти обители полностью разрушены, рядом со вторым женским монастырем произошел береговой оползень, входы в подземелья завалены, и очень трудно сказать, как далеко они идут и связываются ли под землей с «нашими» тоннелями…

Одними из самых последних пещерами пользовались цыгане, промышлявшие в тех краях угоном лошадей. Несколько раз уводили чуть ли не целые табуны. Озлобившиеся мужики пытались подловить воров, устраивали на них засады, но те уходили «как под землю», причем вместе с лошадьми. Если предположить, что цыгане уводили коней через тоннели, то должны они были быть действительно неимоверной ширины. Коневоды знают, что незнакомый человек (он же конокрад) не сможет провести лошадь в пещеру (эти животные панически трепещут перед узкими проходами, боясь, что не смогут повернуться в них). Так что, если краденые кони проходили в пещеры быстро и без осечек, значит, у тоннелей был сравнительно большой вход. Настолько большой, что лошадь не боялась войти, чувствуя достаточное для маневра пространство…

Ну а последними, видевшими тоннели во всей их подземной красе, были, как вы уже знаете, либо немецкие подростки, лазившие туда незадолго до взрыва (не исключено, что их останки до сих пор покоятся в каких-нибудь дальних штреках), либо советские саперы, в 1942 году этот самый взрыв обеспечившие.

Поволжских немцев, живших в начале войны в этом месте, тех, кто хоть что-то мог вспомнить про взорванные тоннели, мы так и не нашли. Возможные очевидцы давно умерли или просто не вернулись на прежнее место жительства после выселения в Казахстан. Только про одного уроженца деревни О. мы совершенно случайно узнали в ноябре 1997 года… в Москве! К сожалению, и он, и его мать о тоннеле ничего не помнили, так как мать приехала в уже опустевшую деревню сразу после оккупации собственного села, а мой новый знакомый Б., ее сын, родился в О. еще позже, уже под конец войны, в марте 1945 года. Самое удивительное во всей этой истории – то, что этот человек уехал из О. еще в младенческом возрасте и ровным счетом ничего не успел узнать об окружающих его тайнах, но, видимо, что-то он все-таки «впитал». Ибо впоследствии стал известным уфологом и даже был избран президентом известной уфологической ассоциации!.. Случайность?..

После войны о тоннелях здесь вспоминали нечасто. Один раз – летом то ли 1970-го, то ли 1971-го года, когда неподалеку от поселка Н. пропали четверо подростков, отправившихся на гору печь в костре картошку. Из областного центра прислали курсантов, которые прочесали окрестные холмы вдоль и поперек… Однако только спустя месяц кто-то обратил внимание на свежие следы недавнего оползня. Начали раскапывать и обнаружили тела всех четверых. Как оказалось, они нашли вход в какую-то пещеру и расположились в ней. Почему произошел обвал – теперь уже неизвестно. Так же неизвестно –