Тени Грейфолла 1 - Алекс Кош

— А я не посетитель. — Себастиан задрал рукав, дав знаку Ордена вспыхнуть, затем развернул заявку с печатью городского совета. — Истребитель ранга «А» Ворон по официальному делу. Имею право допроса представителей аристократии, в том числе иных рас. Твой хозяин дома?

Дроу изучил печать с таким выражением, будто ему предложили понюхать дохлую крысу, но спорить не стал. Ворота открылись с мелодичным звоном, и охранник жестом пригласил следовать за ним по дорожке через сад.

Идти между цветков саррацении оказалось занятием на любителя. Кувшины медленно поворачивались вслед за гостем, отростки приподнимались над стеблями и покачивались, будто принюхиваясь. Воздух здесь был густым и сладковатым, с гнилостной ноткой, а тишина стояла такая, что собственные шаги по крошке звучали неприлично громко. Где-то за домом что-то большое тяжело переступило с лапы на лапу и утробно вздохнуло. Ближе к дому растения были посажены практически вплотную к дорожке и цветы саррацений буквально заглядывали на неё сверху.

— Здесь вам лучше пригнуться, — неожиданно посоветовал охранник, не оборачиваясь. — Саррацении чувствуют чужого и могут напасть. Такова их природа.

В его голосе не было заботы, зато отчетливо слышалось предвкушение. Дроу явно рассчитывал полюбоваться, как грозный истребитель семенит по дорожке, согнувшись в три погибели.

— Обойдусь, — спокойно отказался Себастиан.

— Я вас предупредил, — пожал плечами эльф. — Это снимает с меня вину за любые последствия.

— Договорились. А я, в свою очередь, предупреждаю, что очень не люблю, когда на меня пытаются напасть плотоядные растения. Это снимает ответственность за последствия уже с меня.

Охранник издал короткий звук, отдаленно похожий на смешок, и в это самое мгновение ближайшая саррацения атаковала гостя. Три гибких отростка метнулись к Себастиану с трех сторон одновременно: два целили в руки, третий в горло. Скорость была впечатляющей, такой позавидовала бы боевая змея. Вот только истребитель даже не сбился с шага. Левая рука перехватила первый отросток у самого лица, правая поймала второй, а третий едва коснулся плеча истребителя, как тут же рассыпался в пепел. Растение возмущенно задергалось, пытаясь освободиться, алый цветок распахнулся, обдав дорожку сладкой вонью, но хватка у человека оказалась крепче.

— Я ведь предупреждал, — укоризненно напомнил Себастиан.

Удерживая оба извивающихся отростка одной рукой, второй он извлек из-под плаща маленький кожаный мешочек, зубами потянул шнурок и коротко дунул внутрь. Облачко серебристо-серой пыльцы окутало стебель и осело на пятнистых листьях и самом цветке. Эффект наступил мгновенно. Саррацения задрожала, отростки в руках Себастиана обмякли и посерели, по стеблю снизу вверх побежали мутные стеклянистые пятна, бутон съежился, потрескался и осыпался внутрь себя с сухим шелестом. Через десяток ударов сердца на месте здоровенного хищного растения остался только оплывший серый холмик, похожий на кучку грязного белья под дождем.

Охранник застыл. Ленивое презрение слетело с его лица, уступив место откровенному ужасу, и он даже отступил на шаг от серого холмика, словно тот мог броситься следом. В каком-то смысле он и правда двигался — стеклянная плесень медленно ползла по земле в сторону других растений.

— Что… что ты сделал⁈

— Я же предупреждал, — терпеливо повторил Себастиан, отряхивая перчатки. — Дважды, между прочим. Это стеклянная гниль, споры одного милейшего грибка со Стеклянных равнин. В Землях Ушедших она за ночь сожрала на моих глазах целую рощу деревьев, каждое из которых было раз в двадцать крупнее твоего цветочка. Я тогда не поленился и собрал немного на память. Знал, что пригодится.

— Ее нужно остановить!

— Боюсь, уже слишком поздно. Гниль ушла в корни, а по корням и под землей она расползается быстрее, чем по листьям. К вечеру от этого чудесного сада останутся лишь серые кучки ни на что не годных удобрений.

— Но уже вечер!

— Вот именно, — не скрывая удовольствия, кивнул истребитель. — Плесень действует очень быстро. Хотя, возможно, уцелеет пара самых удачливых кустов у дальней ограды. Мой совет: не трогайте ее голыми руками и не жгите, от огня споры разлетаются по воздуху.

Дроу перевел взгляд с холмика на дорожку, где у самой белой крошки уже начинал сереть краешек соседнего стебля, и выдал длинную фразу на родном языке. Себастиан темноэльфийским владел скверно, но общий смысл уловил без словаря.

— И вам не кашлять, — вежливо кивнул он. — Так мы идем к хозяину или подождем, пока сад дозреет?

Дальнейший путь до крыльца они проделали заметно быстрее.

Элькатар Алеа'нэт ждал их на верхней ступени мраморной лестницы, и стало понятно, что за представлением в саду он наблюдал от начала и до конца. Высокий, темноволосый, смуглокожий, в длинном темно-зеленом одеянии с серебряной вышивкой, он держался с безупречной прямотой существа, которое смотрело свысока на дедов нынешних аристократов и собирается пережить их правнуков. Красивое узкое лицо не выражало ровным счетом ничего, и только в глубине янтарных глаз тлело холодное бешенство.

— Истребитель, — произнес он вместо приветствия, и это слово в его исполнении прозвучало как название кишечного заболевания. — Вы уничтожили катар-шиссу, которую я растил тридцать лет.

— А она пыталась уничтожить меня, которого родители растили примерно столько же. Согласитесь, размен был неизбежен — либо она, либо я. К тому же ваш слуга любезно засвидетельствует, что я предупреждал о последствиях заранее, все честно.

— Честно. — Элькатар попробовал слово на вкус и явно нашел его отвратительным. — Люди удивительные существа. Вы способны назвать честностью что угодно, если это сказано победителем. Проходите, раз уж совет прислал мне вас вместо извинений за полгода неумелой слежки и неуёмных беспочвенных подозрений.

Внутри особняк оказался полной противоположностью светлой мраморной внешности: полумрак, тяжелые портьеры глубоких зеленых тонов, живые стены. Именно живые: по панелям вился светящийся мох, из ниш свисали плети незнакомых растений, а под потолком холла медленно вращалась люстра из полупрозрачных цветов, светящихся изнутри мягким лунным светом. Пахло влажной землей, хвоей и чем-то звериным. Из глубины дома доносилось приглушенное ворчание, и на человеческое горло оно походило меньше всего.

Хозяин провел гостя в кабинет, уставленный шкафами с книгами на разных языках, уселся в высокое кресло за столом черного дерева и не предложил сесть. Себастиан сел сам, с удовольствием развалившись в кресле напротив и водрузив шляпу на угол стола.

— Задавайте свои вопросы, — разрешил Элькатар. — У вас четверть часа.

— Какая щедрость. Тогда без предисловий: за последние полгода в Старом городе и восточных районах пропали или погибли десятки людей с магическим даром. Убийства начались вскоре после вашего появления, тела находят по кругу, в центре которого стоит этот особняк. Думаю, вы сами понимаете, что всем жителям Грейфолла очень хочется, чтобы виновным оказались именно вы.

— А вам?

— А мне хочется найти настоящего убийцу.