Дома смерти. Книга I - Алексей Ракитин

Так, летом 1980 г., за 9 месяцев до трагедии в доме № 28, Тина Шарп — младшая из дочерей, исчезнувшая в ночь с 11 на 12 апреля — подверглась сексуальному насилию, о чём официально было заявлено в полицию. Правоохранительные органы разыскали человека, в котором Тина опознала своего обидчика. Выяснилось, что тот причастен к ещё одному сексуальному посягательству на девочку. Педофил, которого звали Дэниел Френч, был арестован 1 июля 1980 г. Ему грозила перспектива многолетней тюремной отсидки, однако его адвокат добился досудебного урегулирования — иски потерпевших были отозваны, а сам обвиняемый уехал из Калифорнии.

К концу 1980 г. появилась новая проблема — Гленна Шарп узнала, что её старшая дочь Шейла беременна. Данное обстоятельство держалось в глубокой тайне, и Донован Дэвис не знал в точности, кто именно мог быть отцом ребёнка Шейлы, но предполагал, что таковым являлся 17-летний Ричард Микс, сын уже упоминавшегося Уэйда Микса (того самого, кто забирал Мэрилин Смартт и её детей из дома № 26, а на следующий день отвозил «Бо» Бубеда на автобусную остановку). В конце 1980 г. Гленна Шарп увезла Шейлу из «Кедди резёт» на несколько месяцев. По возвращении Шейлы в конце февраля 1981 г. она уже не была беременна и… ребёнка с нею не было.

Кроме этого, Донован сообщил, что Гленна имела определённые проблемы и со старшим сыном Джоном, хотя это были трудности иного порядка. Джонни рос сильным, инициативным и независимым подростком. Он явно тяготился материнской опекой, конфликтовал с матерью из-за её стремления управлять всеми аспектами его жизни. О делах племянника Донован не знал много, но слышал, что тот имел какие-то конфликты и в школе. Также Донован сообщил о том, что Джон Шарп имел пистолет, с которым умело обращался. (Особо подчеркнём, что судьба этого оружия следствием не установлена — либо Джон хранил пистолет вне дома, либо тот исчез во время нападения. Тип оружия, количество патронов к нему, а также легальность владения также вызывают вопросы. Кроме того, имеются свидетельства, согласно которым пистолет Джона был вовсе не огнестрельным оружием, а обычной пневматической игрушкой, выполненной очень натуралистично. Эту «пневматику» якобы Джону Шарпу подарили на Рождество 1980 г., однако, кто именно подарил, выяснить детективам не удалось. Неясно, как относиться к такого рода утверждениям, возможно, что свидетели просто боялись собственного вовлечения в расследование и обвинения в недонесении о факте незаконного владения оружием. Поэтому их рассказы о пневматическом пистолете не соответствовали действительности и преследовали цель убедить детективов в собственной неосведомлённости).

Сообщение Донована Дэвиса отлично перекликалось с информацией, сообщённой Зонитой Сиболт, женой Джеймса Сиболта. Напомним, что Сиболты были ближайшими соседями семьи Шарп — это именно в их доме провели день и вечер 11 апреля Тина и Шейла, и именно у них Шейла провела ночь на 12 апреля, благодаря чему и осталась жива. Зонита выросла в мормонской семье и была из числа тех женщин, о которых принято говорить «строгих правил». Она прямо заявила детективам, что считала Гленну Шарп виновной в неправильном воспитании детей, слишком слабохарактерной и безответственной для того, чтобы быть матерью трёх мальчиков и двух девочек. Гленна ей не нравилась, и поэтому они мало общались. Зонита знала и об истории с изнасилованием Тины, и о беременности Шейлы, но, как это не покажется странным, девочек в этих происшествиях не винила, считая, что в их проблемах виновата невнимательная мать. Зонита поддерживала дружбу собственной дочери Полы с Шейлой и Тиной Шарп и всячески привечала сестёр в собственном доме. Интересен момент, о котором нельзя не упомянуть — вечером 11 апреля Пола Сиболт собиралась идти ночевать в дом № 28, к Шарпам, об этом визите существовала предварительная договорённость, но в последний момент Зонита дочь не отпустила и предложила Шейле остаться у них. Эта настойчивость Зониты (если угодно — своеволие) спасла две жизни…

Всё это было, конечно, очень интересно, но следственную группу интересовали события, конкретно привязанные по месту и времени к трагедии в доме № 28. Картина получалась очень интересной.

Жители дома № 16 (внимание на карту «Кедди резёт»!) Барбара М. и Майкл П. дали ценные показания о событиях ночи с 11 на 12 апреля. Сразу подчеркнём, что фамилии и лица некоторых важных свидетелей до сих пор скрыты — это связано с опасением, что преступники могут оставаться живы даже в XXI столетии и представлять для свидетелей потенциальную опасность и поныне. Так, например, нет фотографий Джастина Исона, важнейшего свидетеля по делу, хотя известно, что он жив и здоров. Он не даёт интервью и никому не известно, где он проживает. Известно только, что он сменил фамилию и категорически отказывался от любых контактов с журналистами и лицами, ведущими самодеятельное расследование. Читатель может быть уверен, что за незначительными исключениями, приводимые в очерке имя, фамилия и биографические данные свидетелей или подозреваемых относятся к уже умершим лицам.

Впрочем, вернёмся к Барбаре и Майклу. Это были любовники, которые после бурного секса только-только успели заснуть. В 01:15 Барбара была разбужена страшным криком — согласитесь, неприятное пробуждение ото сна! Женщина не смогла сказать определённо, был ли это крик мужчины или женщины, но это лишь усиливало ощущение дикости услышанного. Она моментально растолкала своего дружка, и тот очень серьёзно воспринял её рассказ. Всё-таки, как ни крути, а вокруг настоящий лес и горы, и непонятно, кто и с какой целью там бродит. Хотя крик больше не повторялся, Майкл ни на секунду не усомнился в рассказе Барбары. Он поднялся с кровати и, сжимая в руках топорик для разделки мяса, обошёл домик, проверяя запоры на дверях и окнах. Он признался на допросе, что тревога его подружки передалась ему, и он очень разволновался. Когда утром они узнали о трагедии в доме № 28, то однозначно связали ночной инцидент с происшедшим.

Показания эти очень важны, потому что они дают точную «реперную» привязку ко времени: и Барбара, и Майкл посмотрели на часы и без колебаний привязали описанный инцидент к 01:15 ночи с 11 на 12 апреля. Следующей «реперной точкой» в выстраиваемой следствием предполагаемой хронологии событий оказались 02:30 — именно этим временем датирован другой важный инцидент, описанный в показаниях официантки бара «Задняя дверь» Кэти Андреа. Кэти закончила работу и переоделась к 02:20; несколькими минутами позже она вышла на автостоянку, где был припаркован её «Oldsmobile Cutlass». Она подошла к машине, держа в руке ключи, но где-то за спиной услышала подозрительный шум — словно бы кто-то засовывал человека в багажник, а тот сопротивлялся. Отчётливо были различимы два голоса — мужской и женский. Происходившее до такой степени напугало Кэти, что она невольно выронила ключи, но быстро подняла их и стремглав бросилась к автомашине. Женщина испугалась того, что стала невольным свидетелем похищения и преступники постараются избавиться от неё любой ценой. На следующий день она узнала об убийстве