Папа из пробирки - Ева Коши

Спустя десять минут она вышла в белых брюках и лёгкой кофте, едва прикрывающей попу, с декольте, выгодно подчеркивающем её бюст.

- Пойдёмте? – стоит улыбается.

Её волосы распущены и слегка вьются, храня следы влаги.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Вы дали мне мало времени, - говорит, заметив, что смотрю на её волосы.

Не отвечаю улыбаясь, и пропускаю вперёд в лифт. Спускаемся в ресторан и занимаем столик. Она долго смотрит меню и молчит.

- Вас что-то смущает, Алина?

- Порции маленькие.

Я рассмеялся, - прижав кулак ко рту.

- Я, так понимаю, вы очень голодны?

Она кивает, продолжая смотреть в меню.

- А чего вы хотите больше всего из меню? – спрашиваю.

Она поднимает взгляд и смотрит так, что я понимаю: ей хочется всего и побольше.

Подошёл официант.

- Готовы сделать заказ?

Я заказал и смотрю на Алину. Вздыхает и называет блюдо. Я же добавляю.

- Девушке тройную порцию сделайте.

- Простите? – официант решил, что я шучу.

- Тройную порцию того, что она заказала.

- Нас трое, - добавляет Алина, мило улыбаясь и указывая на свой животик.

- Понял, - кивает официант и уходит.

Алина тут же принимается за фрукты, лежащие в вазах практически на каждом столе, осматривается с интересом. Я наблюдаю за ней, пока она не смотрит.

- Ищете что бы ещё закинуть в себя?

Она исподлобья смотрит и загадочно улыбается. Что это значит я так и не понял, но когда принесли блюда, она съела всё и ещё заказала другое блюдо и десерт. Я с любопытством наблюдал и улыбался. Никогда бы не подумал, что смотреть, как ест беременная твоими детьми девушка, приносит столько позитива.

После ресторана я предложил ей прогуляться, на что она охотно согласилась и мы вышли на улицу. Июньский вечер был тёплым и располагал к прогулке. Шли молча некоторое время, углубившись каждый в свои мысли. Не знаю о чём думала она, а мои мысли полностью были отданы будущему, в котором я пытался представить нас. Смог ли бы я сделать её счастливой, чтобы её улыбка, которая сейчас играет на её губах, не исчезла, чтобы озорной блеск её глаз не потух с годами? Все эти годы общаясь только с женщинами определённого уровня и склада, вступая лишь в отношения не требующие никаких обязательств, всегда избегал таких как Алина - девушек, которым нужно больше чем просто интим, которым нужна семья, дети, то есть то, чего я не мог дать. Я сильно сомневался, что смогу в тридцать пять быть ухажером. Оттого-то Валера и бесился, что влез в жизнь «правильной девочки», как он охарактеризовал её, узнав о ней всё, что смог. Отказался помогать мне с тем, чтобы она оказалась в моем офисе, грозился, что примет её сторону, если возникнут проблемы.

Улыбнулся, вспоминая её выходку с полотенцем.

- Скажите, а что вы имели ввиду говоря, что вспомните молодость. Гуляли в одном полотенце?

Алина посмотрела на меня и улыбнулась. Опустила голову и тихонько рассмеялась.

- Обещаю, что никому не расскажу, - говорю.

Она вновь смотрит на меня, улыбается и вновь закусывает нижнюю губу. Я заметил, что она делает так, когда принимает какое-то решение.

- Будучи студенткой второго курса, мне предложили игру, по условиям которого, в случае проигрыша, я должна была пройтись в одном коротком полотенце по всей общаге.

- И вы проиграли?

- Я дала ему выиграть. Специально. И вышла из душевой в одном полотенце, потом в коридор под аплодисменты ребят и девчонок. Но он стянул его с меня, а я оказалась в нижнем белье. Знала его подлую натуру, поэтому подстраховалась. Выигрыш единогласно отдали мне, а он должен был за свой поступок пробежаться по этажам с одним листом А4.

- И что? Пробежался?

- Наверняка. Там были ребята, которые не слезли бы с него ради честности.

- Вы не наблюдали как были отомщены?

Алина ответила не сразу, отвернувшись в другую сторону.

- Это был такой у меня период. Первый раз играла на спор и дала выиграть осознанно, это было что-то вроде маленького протеста…

Она вновь замолчала.

- Протест против испытаний на животных или вырубки сибирских лесов, - спрашиваю, так как хочу узнать её ближе.

- Нет, - улыбается Алина, - это был протест против решения моих родителей. В один вечер я узнала, что у мамы другой мужчина, а у папы другая женщина. Я ушла из дома и поселилась в общаге, зная, как они против этого. Я хотела привлечь их внимание к бедовой дочери, чтобы они помирились ради меня. Я пробовала курить и дала им знать об этом, я выпивала и приходила к ним пьяной, в общем целый месяц творила дичь, пока самой не стало тошно: я ведь никогда не была к этому расположена. К тому же родители только сильней начали ссориться, обвиняя друг друга. Они всё равно разошлись. В какой-то момент я поняла, что все потеряно и в попытке собрать невозможное я теряю себя. Мне дали выбор - жить с мамой в Америке или с отцом в нашем доме. Не выбрала никого и сняла квартиру, вернула свою правильную жизнь, подрабатывала и жила самостоятельно. В обоих семьях я была бы чужой, хотя Стэн хорошо ко мне относился, а Вера не лезла в мою жизнь. Потом родители договорились и купили мне квартиру. Дальше я сама. Но иногда кто нибудь из них да и подкинет мне деньги на подарок.

Она посмотрела на меня, а я шёл рядом задумавшись над её рассказом.

- Не бойтесь, босс, я больше не творю дичи. Вообще я хорошая девочка, хотя нет-нет меня и заносит.

Я улыбнулся, повернув к ней голову.

- А сегодня бы вышли в таком виде? – спрашиваю, удерживая её взгляд.

- Надо было проверить… чего уж теперь говорить об этом, - смеётся она и я не могу понять – кокетничает или вызов бросает.

Вообще с первых дней заметил, что никакой субординации она со мной, как с боссом, не соблюдает. И шутит, и кокетничает, и смотрит с вызовом.

Улыбаюсь её ответу и дальше идём молча пару минут.

- Вы не устали? – спохватился я.

Она обернулась назад.

- Наверное, пока проделаем обратный путь, будет как раз потребность в отдыхе. Вы не против, если мы вернёмся?

- Конечно нет. Это прогулка для вас.

Она