Пробуждение Хаоса. Том 3 - Дмитрий Янтарный

стихийных шаров неожиданно замедлились, остановились… после чего направились в Месса. И тот, к большому удивлению Сарефа, даже не пытался от них уклониться. Вместо этого его отец вскинул руки — и мгновение спустя все пять сфер врезались в него. И… Месс просто поглотил всю эту мощь. Причём он не просто не получил от этого урона, напротив, его стальные руки, прежде бывшие мутными от кислотной плёнки, засияли с новой силой. Как будто от этого он получил, пусть и совсем небольшое, но всё же лечение. И, словно проверяя свою физическую форму, Месс наклонился и царапнул пальцами каменный пол, вероятно, проверяя функциональность своих рук. Мгновение спустя в пяти шагах от него появилась Нина.

— Это было неплохо, — нехотя кивнула она, — признаю, сейчас тебе удалось меня удивить.

— Сейчас тебе придётся удивиться ещё раз, мамочка, — мягко сказал Месс, занося руку и готовясь к рывку.

— Один удачный приём не подарит тебе победу, — начала было Нина, но в этот момент Месс рванул прямо на неё, заострив ребро правой руки. Сблизившись, он попытался было разрубить Нину… но она, ожидаемо, отстранилась, не позволяя до себя добраться. Вот только тело Месса по инерции продолжало лететь дальше… словно он знал, что эта атака провалится… но в следующий момент неуловимое движение левой рукой… и вот из груди Нины торчит… бумеранг Йохалле! Разумеется, чёрным остриём внутрь…

— Что, — Нина ошарашенно уставилась на бумеранг, торчавший из её груди, — но… как… почему… ах вы, мерзкие крысы! — разъярённо прошипела она, — вы будете наказаны за ваше подлое жульничество!

С этими словами она испарилась, даже не оставив после себя тела. А Сареф, в тот же миг получивший доступ к Системному окну, использовал на себя Силовое Поле и вырвался из проклятых цепей. После чего при помощи Силового же поля освободил сначала Йохалле, а потом и Бориса. Бедному оборотню за его подсказу, действительно, досталось сильнее всех, он получил наказующий удар в 400 единиц здоровья. Сареф поспешно выхватил Скальпель Архитектора и вызвал Системное окно:

Власть жизни!

Восстановлено здоровья: 353!

Пока Борис приходил в себя, Месс подошёл к Йохалле и, левой рукой протягивая эльфу бумеранг, правую протянул для рукопожатия.

— Спасибо тебе, дружище, — искренне сказал Месс, — это было весьма хитро, весьма своевременно, и это мне очень помогло.

— А как вы это провернули? — спросил Сареф, который совершенно не понимал, как бумеранг Йохалле оказался в руках Месса.

— Когда эта тварь напустила тумана, то я понял, что это шанс, — пожал плечами Йохалле, пожимая Мессу руку в ответ, — тогда я немного поелозил на месте, чтобы бумеранг у меня из чехла выпал. Правда, чтобы кинуть его в центр пещеры, нужен был удачный момент. Ну и весьма вовремя подал голос наш мышонок, и эта тварь очень вовремя отвлеклась на него, так что я ногой подцепил бумеранг и бросил его в сторону Месса. И, учитывая, что у твоего отца стальные руки, я понадеялся, что с металлом Месс знаком неплохо, и он в этой суматохе обратит внимание на металлический звон у себя под ногами. И, как видишь, твой отец не подкачал.

— Да, хитро, — признал Сареф, после чего оглядел пещеру и с досадой сказал, — жаль только, что после неё не осталось никакой добычи. Какая же противная тварь… и ведь в самые больные места била!

— Меня больше другое беспокоит, — озадаченно сказал Йохалле, — это первый раз в моей жизни, когда Зеркала устраивают ночную засаду. Обычно такой сильный противник, как Зеркало, позволяет ходокам хотя бы морально подготовиться к поединку… не говоря уже о том, что прототип для Зеркала всегда выбирается в последний момент. Впрочем, прав и Сареф. Без обид, Месс, но это, и правда, было далеко не самое опасное Зеркало, какое я встречал в своей жизни. Морального вреда от него, во всяком случае, уж точно было больше, чем физического.

— Давайте обсудим это потом, — заявил Сареф, — сейчас нам надо найти Бьярташа!

— Ну, думаю, это будет нетрудно, — хмыкнул Йохалле, хлопнув по плечу Бориса, который потихоньку приходил в себя, — у нас имеется самый мощный эхолокатор во всей Системе. Он тебе что угодно отыщет.

Слабо улыбнувшись в ответ на похвалу, Борис закрыл глаза, опустил голову и принялся внимательно вслушиваться. Его большие розовые уши мелко подрагивали, улавливая малейшие звуковые колебания… после чего он указал волосатой рукой в одно из направлений.

— Нам туда… правда, я не уверен… кажется, с ним что-то не так…

— Ну, это-то понятно, — хмыкнул Йохалле, правда, на сей раз веселья в его голосе было кратно меньше, — если бы с ним всё было так — он бы сидел тут, с нами…

Спустя 15 минут и 3 пещеры, которые им пришлось очистить от мелких монстров, они, наконец, нашли Бьярташа. И нашли они в самом неожиданном виде, в котором только можно было представить…

— Мда, — протянул Йохалле, задумчиво разглядывая товарища, — такого, признаться, я вообще не ожидал…

Бьярташ оказался заточён в хрустальную породу красного, даже алого цвета. Посреди комнаты стоял огромный, колоссальных размеров то ли рубин, то ли стекло, то ли это, и правда, был хрусталь. Огромный куб длиной, шириной и высотой примерно в 5 шагов. И вот внутри этого куба то ли заточённый, то ли вмурованный и висел Бьярташ. Который, разумеется, в таком состоянии не мог пошевелить ни одной частью своего тела. Даже глаза с вертикальным зрачком смотрели неподвижно и безжизненно.

Что примечательно — в Системном окне запас здоровья стревлога не упал ни на одну единицу. То есть он, безусловно, был жив, и ему (по крайней мере, Сареф на это надеялся) даже не было больно. Но освободиться сам он был, очевидно, не в силах.

— Эка невидаль, — Сареф, увидев в Системном окне, что у стревлога полный запас здоровья, даже рассмеялся от облегчения, — сейчас мы его достанем.

— Не спеши, — внезапно сказал Йохалле, — сначала убедись, что твоя Тёмная Фаза вообще в состоянии преодолеть эту породу. Попробуй сначала вот такое расстояние, — Йохалле указал на ребро куба, пальцами зафиксировав небольшое расстояние между двумя гранями. Пожав плечами, Сареф вызвал Системное окно и сконцентрировался на точке сразу за ребром куба:

Тёмная Фаза!

И здесь случилось невероятное. Тёмный сгусток, прежде не знавший почти никаких препятствий, эту породу преодолевал с таким трудом, словно он пробирался даже не через жидкий кисель, а через сырую глину. Которая при этом стремительно затвердевала. Это были самые невыносимо долгие доли секунды за всю его жизнь. И когда телепортация, наконец, завершилась, Сареф упал на колени и закашлялся, чувствуя, как ему