100 килограмм На Двоих - Ольга Дашкова

А эти двое… Они смотрели на нее так, будто она была их главной фантазией.

Марина закрыла глаза и улыбнулась в темноту. Она не знала, что ждет ее впереди, но эти мужчины готовили для нее нечто невероятное. Они хотели ее. Каждый по-своему.

И завтра вечером должно было случиться то, после чего пути назад уже не будет.

Глава 3

Вечер третьего дня опустился на яхту тяжелым, теплым покрывалом. Солнце уже скрылось за горизонтом, но воздух все еще был густым и сладким от соли и дорогого парфюма.

На верхней палубе играла тихая музыка, слышался смех гостей, звон бокалов. А внизу, в полутемном коридоре между каютами и технической перегородкой, стояла Марина.

Сердце колотилось так, будто хотело вырваться из груди. Она сама не понимала, как оказалась здесь. Просто вышла «подышать» после ужина, а ноги сами принесли ее в это укромное место, где свет почти не доходил.

Она знала, кого ждет. Павла.

За последние два дня он не оставлял ее ни на минуту. Его взгляды, его грубоватые шутки, его рука, которая каждый раз «случайно» касалась ее талии или бедра… Все это жгло.

Тимофей был утонченным, опасным, но Павел… Павел был огнем. И сегодня Марина решила, что хочет именно огня. Она не успела даже подумать о том, чтобы уйти.

Сильные руки внезапно обхватили ее сзади. Горячее, тяжелое тело прижало ее к прохладной деревянной перегородке. Запах дорогого парфюма, табак и что-то чисто мужское, мгновенно обволок тело и сознание.

– Наконец-то, – низко, хрипло выдохнул он ей в ухо. – Я уже два дня хожу с каменным стояком из-за тебя, Марина.

Женщина вздрогнула, ладонь Павла сразу легла ей на живот, прижимая спиной к себе. Другая рука скользнула ниже, прямо под подол легкого платья.

– Павел… здесь люди… – прошептала Марина дрожащим голосом, но тело предательски выгнулось ему навстречу.

– Знаю, – он усмехнулся прямо в ее волосы. – Поэтому ты будешь молчать. Или почти молчать.

Его пальцы грубо задрали платье вверх. Марина ахнула, когда он одним резким движением сорвал с нее кружевные трусики, они беспомощно спустились к лодыжкам.

– Уже мокрая, – удовлетворенно прорычал он, проведя двумя пальцами по ее горячей скользкой киске. – Блядь, какая же ты мокрая… Ты весь день об этом думала, да? Весь день текла?

Павел убрал руку, резко развернул марину к себе лицом, впился в губы поцелуем, одновременно накрывая ее промежность пальцами. Поцелуй был долгим, а когда Павел оторвался от нее, Марина закусила губу, чтобы не застонать.

За перегородкой, всего в нескольких метрах, люди продолжали смеяться и пить шампанское. А здесь, в полумраке, Павел уже двумя пальцами глубоко вошел в нее, сразу найдя нужную точку.

– Ох… – вырвалось у нее.

– Тише, – он прикусил мочку ее уха. – Еще один звук и я поставлю тебя раком прямо здесь, чтобы все услышали, как ты кончаешь.

Его пальцы двигались жестко, быстро, безжалостно. Большой палец тер клитор, два других глубоко проникали внутрь. Марина дрожала всем телом, тяжелая грудь колыхалась в глубоком вырезе платья, соски твердыми бугорками проступали сквозь ткань.

– Павел… я… сейчас… – она уже не могла сдерживаться.– А-а-а-а… нет… нет…

– Да, да, давай, детка, – он прижался к ней сильнее, придавливая своим возбужденным членом к бедру сбоку. – Кончай мне на пальцы, моя хорошая. Кончай, пока все там пьют и ничего не подозревают.

Марина вцепилась в его руку, прижала лицо к его плечу и глухо закричала в ткань рубашки. Оргазм накрыл ее мощной, горячей волной. Ноги подкосились, но Павел держал ее крепко, продолжая работать пальцами, выжимая из нее каждую каплю удовольствия. Ее соки потекли по его руке, по внутренней стороне бедра.

Когда Марина наконец обмякла, тяжело дыша, Павел вытащил пальцы, поднес их к ее губам и заставил облизать.

– Вкусно? – спросил он хрипло. – Это только начало.

Он грубо взял ее лицо, жадно, почти кусая, поцеловал ее в губы. Потом взял за руку и повел по коридору к своей каюте. Марина шла как в тумане, трусики мешали, между ног было влажно и все пульсировало.

Дверь каюты за ними захлопнулась. Павел сразу сорвал с нее платье через голову. На пол полетел лифчик, Марина перешагнула через трусики осталась совсем обнаженная.

– Блядь, какая ты красивая… – прорычал он, глядя на ее обнаженное тело. – Эта грудь… Я два дня сходил с ума.

Он толкнул ее на кровать, Марина упала на спину, тяжело дыша. Павел быстро стянул с себя рубашку, обнажив мускулистый торс и черную татуировку, которая спускалась от плеча к груди. Брюки и трусы полетели следом. Его член был огромным, тяжелым, уже мокрым от предэякулята.

– Раздвинь ноги, – приказал.

Марина послушно развела бедра. Павел опустился между ними, грубо раздвинул ее еще шире и одним мощным толчком вошел в нее до самого конца.

– Аа-а-а-х! – вырвалось у нее.

– Тесно, да? – он усмехнулся, начиная жестко долбить ее. – Ничего, привыкнешь. Я тебя еще и не так буду брать.

Он трахал ее сильно, глубоко, без всякой нежности. Кровать скрипела, тяжелая грудь Марины подпрыгивала при каждом толчке. Павел схватил ее за бедра, приподнял их выше и вошел еще глубже.

– Смотри, как твоя голодная киска меня засасывает, – рычал он. – Смотри, как она течет. Ты только для этого и создана, Марина. Для того, чтобы тебя вот так жестко трахали.

Марина стонала, не в силах сдерживаться. Каждый его толчок доставлял ей острое, почти болезненное удовольствие. Она чувствовала, как ее мягкий живот колышется, как груди шлепают друг о друга, и это почему-то заводило ее еще сильнее.

– Громче, – потребовал Павел, шлепнув ее по бедру. – Я хочу слышать, как ты орешь, когда я тебя трахаю.

Он наклонился, взял в рот ее сосок и сильно засосал, продолжая жестко долбить. Марина закричала, вцепившись ему в волосы.

– Павел… я сейчас… опять… боже мой… а-а-а…

– Кончай, сука, – прорычал он ей в грудь. – Кончай на мой толстый член.

Оргазм накрыл ее второй раз он был гораздо сильнее, чем на палубе. Тело Марины выгнулось дугой, она забилась под мужчиной, сжимая его член внутри себя. Павел не останавливался ни на