Опять ты? - Лана Стендере

— Авокадо, черника или чёрная икра? — спросила перебирая пакетики с масками.

— Гулять так гулять, — смеясь ответила она. — Вдарим по шику и гламуру. Давай чёрную икру.

— О, хороший выбор.

Крис закрыла глаза и доверилась нам. Разгладила маску на её лице и принялась расчёсывать волосы. Матрёна колдовала над руками.

— Блин, мы столько времени проводим вместе, а девичник первый раз устроили, — говорит Крис.

— Ну правильно, все в любви же, где там найти время для подруг? — сказала Матрёна.

— И как у тебя в любви? Мой дядя тебя не обижает?

— Он слишком много работает. А ещё слишком наглый и оборзевший. Пытается всё время командовать, — ответила подруга.

— О, да он властный мужик, — усмехнулась Крис.

— Что-то типа того, — подтвердила Матрёна.

— И как у него выходит властвовать? — поинтересовалась я.

— С трудом, — улыбнулась мне Матрёна.

— Дядя думал что он крутой и властный, а тут вредная малолетка весь мозг чайной ложечкой вынесла. Жаль не судьба увидеть как его перекашивает, когда ты ему перечишь.

— Кстати, о перечишь, как у тебя и Вовы-чумы? — поинтересовалась Крис.

Она так и продолжала сидеть с закрытыми глазами, а вот Матрёна с любопытством уставилась на меня, ожидая ответа. От неё не укрылось как я улыбнулась закусив губу и слегка покраснела.

— Офигеть! — воскликнула Матрёна.

— Что случилось? — спросила Крис. — Мне же ничего не видно, озвучивай что происходит.

— Наша Стефания покраснела. Покраснела, прикинь.

— Это потому что у них с Вовчиком шуры-муры, — ответила ей Крис.

— Правда? — играя бровями спросила Матрёна.

Тяжко вздохнула и покачала головой. Ох, мои любимые подружки, я даже себе боюсь признаться что у нас с Вовой шуры-муры. Хотя творю с ним самые настоящие глупости. Отключила голову и нырнула в омут по самые ушки. Я буквально пьянею от него. Надеюсь потом не произойдёт жуткого похмелья.

— Ты не в курсе? — обращается Матрёна к Кристине.

— Чего?

— Вовчик то у Стеши две ночи подряд ночевал.

— Что? — спросила Крис.

— Откуда ты знаешь? — сорвалось с моих губ.

Блин, выдала сама себя с потрохами. Нужно было всё отрицать. А доказательств у них нет.

— В первую он сначала залез в моё окно, — пожала плечами подруга. — А я уже направила его на путь истинный.

Крис сняла маску и уставилась на меня.

— И ты молчала об этом? Вот коза!

— К слову не пришлось, — отмазалась я.

На самом деле меня больше интересовало, откуда Матрена знала про вторую ночь. Два дня подряд Вова никак не мог ошибиться окном.

— А с меня требовали подробностей, — надулась Крис.

— Как ты узнала про вторую ночь? — всё же спросила у Матрёны.

— Ну вы как бы не тихие….

— Оу, — обескураженно выдохнула я.

Матрёна и Крис начали хохотать. А я была похожа на варённого рака. Какой кошмар: все наши стоны и шлепки слышала подруга. Готова провалиться под землю от стыда. Вот уж действительно, рядом с Вовой мой мозг засыпал.

Мы засиделись до глубокой ночи. Успели закончить косметические процедуры всем троим, выпить по чашечке травяного чая и поделиться пикантными подробностями. Ох, хорошо наших родителей сейчас нет рядом. Думаю они очень тяжело пережили бы тот факт, что мы стали взрослыми.

Прощались с девчонками уже широко зевая. Вошла в свою комнату и закрыла за собой дверь, включила свет и уже собиралась повернуться к кровати.

— Что-то ты не торопишься в кроватку, — послышался голос Вовы за спиной.

Повернулась и не смогла сдержать улыбки. Он развалился на моей кровати. Его одежда было сложена на стуле, а сам он завернут в простыню.

— Ты что, меня соблазняешь?

— Кровать твою я соблазняю, а ты где-то шоркаешься полночи, — проворчал он и поднялся с кровати.

Простынь опоясывала его на манер греческого Бога. Наверное он похож на Аполлона. Высокий, атлетически сложен, сносит своей харизмой и нахальной усмешкой. А какой он наглый. Считает что уже покорил моё сердце, надо будет его разубедить в этом. Но не сегодня.

— И что же ты сделаешь?

— Буду наказывать тебя, — прошептал мне на ухо, запуская по телу миллионы мурашек.

Смотрела на него как завороженная, он как бы невзначай ослабил замотанный кончик простыни и она начала скатываться с его загорелого тела. Я сглотнула и сжала бёдра. Внизу живота скопилось приятное тепло. Проследила взглядом за тканью, что красивым облаком упала к его ногам.

— Реально как Аполлон, — сорвалось с языка и я прикусила его кончик, чтобы не ляпнуть ещё что-нибудь.

— Для тебя я буду кем захочешь, — порочно проговорил Вова.

Чёртов искуситель. Как он умудряется парочкой слов вскипятить мою кровь и заставить меня плавиться как шоколаду на солнце?

— Верни на место простынь, пожалуйста, — пропищала я.

— Неужели ты смущена? — улыбается Вова.

— Мы, как оказалось, мешали Матрёне спать. Слишком шумные.

— Как скажешь, будем пыхтеть в подушку.

Расхохоталась, представив эту картину и упустила момент, когда загребущие ручищи Вовы, легли мне на попу. Он сделал один шаг и теперь вплотную стоял ко мне. Сквозь тонкий хлопок пижамы, я ощущала жар его тела и его возбуждение. Он словно моя зависимость, мне не соскочить с него, лишь сильнее вязну в нём. Даже не могу сказать чтобы взял себя в руки.

В его руках я безвольная кукла, что он может делать со мной что захочет. Словно со стороны отмечаю как мои шортики спускаются по ногам, как топ падает на пол, а я оказываюсь в надёжных руках Вовы. Где-то далеко на задворках моего сладко спящего сознания, промелькнет мысль, что слишком легко я пустила его в свою жизнь, что слишком сильно доверилась, обнажила душу и своё тело. Что если он всего лишь играет в любовь ради лёгкого летнего романчика, то потом мне просто не удастся собрать себя по кускам.

Но подумаю об этом я завтра. А сейчас мне уютно, комфортно и надёжно в его сильных руках. Засыпаю под стук его сердца и мне снятся красивые, яркие сны о счастливых людях. Жаль пробуждение не похоже на этот сон.

Непонятный шум будит нас утром. Мы переглядываемся с Вовой, пытаясь понять причину этого шума, но понятно лишь то, что кто-то ругается. Встаю с кровати и подхватываю с пола свою пижаму. Натягиваю спешно её на себя. Вова тоже вскочил с кровати и уже полностью одет.

— Оставайся здесь, — шепчу ему.

— Сдурела? Сидеть в комнате, пока не понятно что происходит в вашем номере?

— Да. Сиди и не высовывайся.

— Я не согласен.

Он рвётся к дверям, но я успеваю перегородить