Дома смерти. Книга V - Алексей Ракитин

Следующей моделью стала 16-летняя Пенни Пивлер (Penny Peavler), которую Хендрикс в июне 1983 года увидел на улице. Пивлер училась в школе и не являлась моделью, но Дэвид сказал, что может предложить ей неплохую подработку в качестве модели, рекламирующей медицинские аксессуары. Он особо уточнил, что ему необходимо будет получить официальное согласие её родителей. Он вручил Пенни визитку и впоследствии договорился с матерью Пенни о фотосессии. Был заключён официальный договор, мать девушки присутствовала во время фотографирования — в общем, всё прошло чинно, благородно и без каких-либо неловкостей.

Летом 1983 года Хендрикс привлёк к сотрудничеству Нэнси Джарретт (Nancy Jarrett) ещё одну фотомодель, которая подрабатывала эпизодически и сама себя моделью не считала. Дэвид явился к ней домой во второй половине дня, познакомился и объяснил условия фотосъёмки. Нэнси согласилась, и Хендрикс тут же предложил ей сходить в душ. Детективы, беседовавшие с Джарретт в конце ноября 1983 года, в этом месте, должно быть, возликовали, ожидая рассказа о пикантной сцене, последовавшей после этого, но… Нэнси объяснила им, что в просьбе Хендрикса принять душ не было ничего пикантного, скабрёзного или двусмысленного — дело заключалось в том, что перед самым появлением Дэвида она вернулась с продолжительной велопрогулки и сильно вспотела. И то, что Хендрикс перед примеркой предложил ей освежиться — это для чистоплотного человека, вообще-то, совершенно нормально. В общем, Нэнси сходила в душ, и Дэвид после этого произвёл примерку и подгонку корсета. Во время подгонки Нэнси была без бюстгальтера и трусиков, но в легинсах. Во время подгонки корсета Дэвид несколько раз касался груди Нэнси, но без какого-либо акцента на прикосновениях, и сама девушка ничего двусмысленного или фривольного в этом не видела.

Во время примерки в квартиру Джарретт явились две её родные сестры, и Хендрикс некоторое время работал в их присутствии. Через несколько часов девушка приехала в офис Хендрикса, и там было осуществлено её фотографирование. Через некоторое время Хендрикс вручил ей чек за работу. И на этом всё.

Хотя детективы тщательно допрашивали Нэнси Джарретт, явно рассчитывая услышать скрытое или явное порицание поведения Хендрикса, девушка не оправдала их ожиданий. Она не считала, что мужчина с ней флиртовал или вынашивал некие далеко идущие планы, фотосессия оказалась совершенно обычной и, можно даже сказать, непримечательной.

Наконец, следующая модель Ли Энн Уилмот (Lee Ann Wilmoth) вроде бы сказала то, что так надеялись услышать «законники». Дэвид привлёк её к сотрудничеству в конце лета 1983 года. Девушка имела небольшой анатомический дефект — перекошенный таз и обусловленное этим смещение бедра — который практически не был заметен обычному человеку, но который Дэвид Хендрикс моментально увидел, едва Ли разоблачилась до купальника. Тем не менее он не отказался от проведения фотосессии и отснял с дюжину кадров, однако концовка этого мероприятия оказалась смазана довольно неожиданной выходкой Ли Энн Уилмот. По её словам, ей вдруг показалось, что Хендрикс хочет её поцеловать, она его оттолкнула и заявила, что ему следует уйти.

Цимес ситуации заключался в том, что Ли Энн находилась в офисе Хендрикса, а не наоборот. В общем, девушка оделась и ушла… Детективы могли быть довольны — они получили подтверждение того, что Дэвид Хендрикс пытался флиртовать с моделями, пусть и неудачно.

Однако сама же Ли Энн Уилмот и смазала до некоторой степени то впечатление, которое произвёл на полицейских её рассказ. Она сообщила допрашивавшим её полицейским, что обдумав произошедшее, поняла, что погорячилась и Дэвид Хендрикс совершенно ни в чём не виноват. А потому она согласилась на новую фотосессию, которая и была проведена без сучка без задоринки через неделю. Ничего подозрительного или двусмысленного тогда не произошло — Дэвид вёл себя идеально, и Уилмот ничего не могла поставить ему в вину.

Однако не зря говорится, что дорогу осилит идущий, и детективы отыскали женщину, которая сообщила нечто такое, что можно было с очень-очень-очень большими натяжками расценить как попытку соблазнения, предпринятую Дэвидом Хендриксом. Некая Сюзан Райбарн (Susan Ryburn) рассказала отыскавшим её детективам, что в начале октября 1983 года, то есть приблизительно за два месяца до допроса, она откликнулась на предложение Хендрикса поработать моделью. Познакомились они в больнице, Дэвид дал ей свою визитку, пообещал лёгкие деньги, они созвонились, и через несколько дней Райбарн приехала в офис «CASH Manufacturing» в сопровождении любимого мужа. Ибо Сюзан была женщина замужняя и без благоверного в сомнительные авантюры не бросалась.

Дэвид Хендрикс, по словам модели, был чрезвычайно удивлён появлением мужа, ибо о его существовании Сюзан прежде ничего не говорила. Кроме того, волосы Хендрикса были мокрыми, он явно принял незадолго перед тем душ, и от него исходил сильный запах мужского парфюма. Райбарн была убеждена в том, что Хендрикс и не думал проводить фотосессию, а готовился соблазнить её.

Однако появление мужа Сюзан спутало искусителю все карты! Он быстро измерил рост Райбарн, заявил, что она слишком высока — её рост составлял 175 см — и у него нет корсета соответствующего размера. А потому фотосессия не состоится. Voila! С тем Хендрикс и выпроводил посетителей…

Муж Сюзан полностью подтвердил рассказ любимой супруги и заявил, что готов явиться в суд, чтобы свидетельствовать против Дэвида Хендрикса. Детективы чрезвычайно приободрились и решили, что у них наконец-то есть хорошие свидетели, чьи показания могут убедительно подтвердить версию обвинения о существовании у Дэвида Хендрикса намерения изменить жене и предпринимавшихся им систематических усилиях в этом направлении.

Однако самые интересные для следственной группы показания дали две модели из города Финикс, штат Аризона, Тэмми Ледбеттер (Tammy Ledbetter) и Либби Томлинсон (Libby Tomlinson). Эти женщины работали с Хендриксом во время конференции хирургов и специалистов по протезированию, проходившей в отеле «Phoenix Hyatt» в середине октября 1983 года.

Тэмми работала с Хендриксом в первый день конференции. Ко времени встречи с Дэвидом она подрабатывала моделью уже шесть лет, начав практиковаться на этом поприще в возрасте 14 лет. Основным источником её доходов являлась работа барменом, а фотосессии были своего рода развлечением для души и тела.

Ледбеттер заявила детективам, что проводила примерку корсета на голое тело, для чего ей пришлось приспустить боди к талии. Хендрикс делал какие-то пометки на её теле шариковой ручкой, после чего сообщил, что у Тэмми наблюдается сколиоз, что мешает правильному ношению корсета. Он уложил девушку на диван и немного помассировал спину, чтобы снять напряжение с мышц спины. Массаж продлился около двух-трёх минут, в принципе, совсем недолго.

После этого она надела корсет поверх боди и тонкой блузки и спустилась в сопровождении Хендрикса в фойе, где позировала на стенде около четырёх часов [приблизительно с 11 до 15]. Затем она позвонила своему агенту и попросила прислать на подмену другую модель, чтобы та отработала остаток дня и следующий день. Своё нежелание участвовать в демонстрации корсета Ледбеттер объяснила тем, что корсет был неудобен и мешал дышать, а кроме того, ей не понравились манипуляции Хендрикса при его подгонке. Его поведение она посчитала провокативным и подготавливающим почву для последующего непристойного предложения, а подобное развитие событий Тэмми хотела исключить.

Это было именно то, что желали услышать полицейские!

Но ещё более интригующим оказался рассказ Либби Томлинсон — той самой модели, что была прислана на подмену Ледбеттер. Подгонку корсета Хендрикс также произвёл на голое тело, хотя затем Либби надела его поверх закрытого купальника. Также девушка надела короткую юбку для танцев.

Дэвид в процессе общения поинтересовался у Либби: много ли в Финиксе достопримечательностей и может ли она их показать? Либби ответила утвердительно, но заподозрила, что такой вопрос маскирует попытку интимного знакомства. Она даже задала об этом вопрос Беверли Кратчер, присутствовавшей на конференции, и последняя заверила, что Дэвид Хендрикс — примерный семьянин и уж точно не ходок по женской части, так что опасаться ей нечего.

Вечером того же