Князь Медведев. Сила рода - Вячеслав Николаевич Уточкин

Вы сделали пять из десяти шагов по пути Силы Мысли

Быстро смахнул их.

Говорят, ночь дарит умиротворение и прохладу, погружает в разные мечты. Меня погрузило в мечту о глотке воды и тёплой куртке. Прохлада в горах совсем не радовала. Вместо умиротворения — боль и превозмогание.

Кэт как-то обмолвилась, что самое опасное время в аномалии — ночь. Я решил поторопиться. Пошевелился. Сильных травм не обнаружил. Синяки и приличная шишка не в счёт.

Охая, как столетний дед, обошёл всю нашу компанию. Живы.

Пришел посыл от юного телом Потапыча:

«Жизнь с тобой яркая, интересная. Но, похоже, будет очень короткой. Я чуть передохнуть».

Потапыч исчез.

Зато пришел в себя шаман.

— Однако, — произнёс он с болью в голосе.

Сел, обнаружил отсутствие брюк и разорванную куртку.

— Однако, — в голосе прорезалось удивление.

Пошарив вокруг глазами, наткнулся на меня.

— Однако… — с вопросом произнёс шаман.

Пока расшифровывал монолог шамана, в себя пришла Ордынская. Её реакция воина вызывала уважение. Выпущенная ей зелёная волна энергии только начала свою работу, а она уже сменила местоположение, оказавшись спиной к ближайшему валуну. Я даже не успел отследить движение.

В следующую секунду Ольга оказалась возле дочери и пустила на неё оздоровительную волну. После этого спокойно оглядела местность. И только потом избавилась от шарика кляпа, который я не успел вынуть.

— Однако, — кивнув головой, поздоровался шаман.

— Акакий, хватит тормозить. Доклад, быстро!

У её ног зашебуршилась Кэт.

— Однако, Мишу спрашивать надо. Штаны отдай, — проскрипел шаман, оценивающе разглядывая свои штаны на Ордынской.

Та перевела взгляд на меня.

— Двое суток назад Кэт не смогла выйти с вами на связь.

Я, морщась, опустился на соседний камень и хотел продолжить, но был резко остановлен:

— Это потом. Сейчас: где враг, сколько их, когда ждать?

Более-менее пришедшая в себя Кэт и шаман с интересом уставились на меня.

— Ну, того нехорошего собачьего сына больше нет.

Решил не распространяться насчёт каменного шара и продолжил:

— Из пещеры вынес Ольгу Субудаевну. Только успел её одеть, как площадка начала исчезать. Потом полёт по косогору. Доклад закончен, добавить нечего.

— Ты хочешь сказать, что справился с игроком? — прищурившись, продолжила допрос Ордынская.

— Оно как-то само, — пожал я плечами.

— Ты что, сумел избавиться от проклятия?

Она всё никак не могла успокоиться.

Взгляд химеры, не успевший отключиться, показал, как от шамана потянулись в сторону моей головы фиолетовые нити.

Представил на их пути зеркало. Но выставил под неправильным углом. Нити ушли в крону стоящего на обрыве дерева. Словно перезрелый плод, оттуда свалилась маленькая мерзкая обезьяна. Кроны деревьев вокруг оврага взорвались оглушительным писком.

В нас полетели каменные шарики. Размером они были чуть больше грецкого ореха. Но их было очень много.

Шаман привычно выхватил из воздуха бубен и колотушку. В этот раз выбиваемый им ритм звучал воинственно.

Вместо камешков на нас посыпались растерзанные тушки обезьян. Вытерев кровь из рассечённой брови, я собрал горсть каменных шариков и отправил их в инвентарь.

— Акакий, тропу проложи, — как к старому знакомому, обратилась к нему Ордынская.

— Однако, аномалию покинуть надо. Лечить надо. Штаны надо, — проворчал шаман.

Ордынская запустила в него волну исцеления, и под размеренный звук бубна мы отправились дорогой шамана.

От усталости перед глазами плыли разноцветные пятна. Темнота ночи сменилась темнотой ушедшего сознания.

Очнулся, болтаясь на плече Ордынской. Она без усилий вышагивала под мерные удары колотушки шамана.

Прислушался к разговору.

— Кэт, ты едешь в Академию. Миша пусть пару дней передохнёт, — вещала Ордынская.

Чуть пошевелился затёкшим телом, на что получил чёткий приказ:

— Не дёргайся. Скоро будем на месте.

На землю меня сгрузили возле розовой пони, от которой мы стартовали.

— Так, Миша. Мы втроём отправляемся в Академию. У тебя есть три дня, чтобы прийти в себя. Отдохни и молчи о своём приключении.

Она внимательно посмотрела на меня.

— Не думай, что я неблагодарная. Долг жизни за мной.

Правая рука ректора окуталась белой дымкой, которая втянулась под рукав одетой на ней рубашки. Ордынская оголила руку. На внутренней стороне предплечья появилась татуировка Потапыча.

Затем вся их компания быстро разместилась в перламутрово-бирюзовой карете и они исчезли за поворотом.

Я достал из багажника свою форму. Переоделся. Уселся на водительское место. Осталось понять, умею ли я водить машину? В этом новом мире ещё не пробовал.

Оказалось — умею.

Вырулив на трассу, медленно и печально двинулся в сторону Выборга. Выползающее из-за леса солнце слепило глаза.

С каждым километром мне становилось всё хужее и хужее. Мысли путались. Жар разливался по телу. Сквозь пелену, опутывающую мой разум, пробился голос Потапыча:

— Идет восстановление магоканалов до двадцати процентов.

Притёрся к обочине, осознавая, что авария не добавит мне здоровья. Очень необычное чувство возникло, когда меня выбило из тела. Словно голограмма, я завис над розовой крышей пони.

Увидел, как моё тело ткнулось лицом в руль. Обзор в триста шестьдесят градусов сбивал ориентацию. Блеснув проблесковыми маячками, неподалёку остановилась машина охраны дорожного движения.

Молодой парень и девушка чуть старше моего нынешнего тела направились к моей машине.

— Ты оружие достань и страхуй, — скомандовала она напарнику.

На груди девушки блестела бляха с волком, кусающем цифру два. Ниже бейджик, на котором значилось: Лейтенант Борзая Светлана Леонидовна .

Подойдя к моей машине, она решительно постучала в боковое стекло. Её напарник сместился чуть в сторону, чтобы контролировать ситуацию. Бляха у него была такая же, а вот бейджика не было.

Борзая, видя, что моё тело не реагирует, открыла дверку и приложила пальцы к сонной артерии. Отскочив, начала дуть на обожжённые пальцы.

Только сейчас я обратил внимание на плавящийся в местах соприкосновения с моим телом руль. От одежды пошёл лёгкий дымок.

Девушка подскочила к открытой двери и быстрым движением выдернула меня из машины. При этом успела проорать напарнику:

— Огнетушитель тащи!

Струя сжиженного углекислого газа вызвала эйфорию у моей голограммы.

Борзая достала переговорник:

— Докладываю. Экипаж номер три. У нас, похоже, тело чёрного сталкера в процессе модификации.

Из динамиков донёсся ответ:

— Через пять минут прибудет катафалк