НАЦИОНАЛЬНЫЕ СТРАТЕГИИ: ГЕОСТРАТЕГИЧЕСКИЙ ВЗГЛЯД НА БУДУЩЕЕ МИРА И РОССИИ - Андрей Юрьевич Школьников

Достижение указанных выше целей невозможно без решения общественно-гуманитарных и образовательных вопросов, ответы на которые способны дать смысл жизни и идею существования для многих людей, ведь, как отмечалось выше, средний уровень жизни в результате структурных экономических проблем значительно упадет.

Следующий прорыв в космической сфере следует ожидать в 2060-х годах, к этому моменту биотехнологии, что ушли в седьмой уклад, получат должное развитие, что станет серьезным стимулом к развитию автономных космических баз и позволит расширить ареал обитания человечества до границ Солнечной системы. Пусть численность людей за пределами Земли измеряется тысячами или даже десятками тысяч, это будет капля в море, вот только это будут пионеры и первопроходцы, на которых будет работать и равняться значимая часть жителей планеты.

В 2090-х годах наступит пора перехода в следующий технологический уклад (автор не верит в создание безукладной экономики к этому времени) и световой барьер станет ощутимым ограничением развития человечества. Автор надеется, что по сложившейся традиции человечество найдет способ преодоления данного ограничения, но этот вопрос находится за пределами геостратегии и в полной мере относится к футурологии, поэтому он остается за пределами повествования.

12.3. Геоклиматическая угроза

Как уже говорилось ранее, нам выпало жить в период прохождения нескольких кризисов различной природы, и одной из таких угроз являются геоклиматические изменения.

Долгие годы нам рассказывали про глобальное потепление из-за парниковых газов, всячески призывая к снижению их выбросов, причем в формате ограничения / отказа от прогресса и развития, консервации текущего доминирования развитых стран. Оформлялась данная политика в формате Киотского протокола, а потом Парижского соглашения по климату. Вот только идеологии и подтасовок в этом вопросе было в разы больше, чем правды. К тому же предыдущие истории с фреоном и озоновыми дырами не были забыты.

Как только идеологический диктат правых либералов начал осыпаться, так все подтасовки и ложь увидели свет. Если из нескольких сотен станций наблюдения учитывать только данные нескольких станций, расположенных в городах, то, конечно, средняя температура будет расти.

Автор разделяет точку зрения тех, кто считает соглашения по ограничению парниковых газов не имеющим смысла, но в то же время считает, что мир входит в эпоху серьезных геоклиматических изменений. При этом не имеет значений, в какую сторону пойдут изменения. Экономический, социальный, этнический и т. д. рельеф мира станет совсем другим.

Предполагаемые события не являются чем-то невероятным в масштабах истории планеты, большая часть антропологического влияния будет полностью нивелирована за несколько сотен лет, может тысячелетий. Планета ни один раз исправляла последствия извержения вулканов, масштаб которых превышал в разы все суммарное влияние людей. В этой же логике использование нефти, газа и угля не является чем-то страшным, если есть процессы, что запасают все это, то должны быть и обратные — извлечения и возвращения в круговорот веществ в природе. Собственно, люди очень подходят для этой роли.

Являются ли грядущие изменения проявлением естественных процессов или следствием антропологических факторов, в первую очередь загрязнения атмосферы и поверхности различными химическими веществами, для целей прогнозирования это не является первоочередным вопросом. Важно, что формат борьбы с антропологическим влиянием должен быть изменен на борьбу с загрязнением, а все стратегии должны идти поверх данной угрозы.

Сложно отрицать, что климат на планете становится более экстремальным, колебания вокруг средних показателей усиливаются, баланс постоянно нарушается. Складывается впечатление, что нас ждет поиск новых точек равновесия и период серьезных изменений, пока большинство неангажированных ученых говорят о росте среднего уровня температуры на 3-5 °С выше исторической нормы, при сохранении проявленных тенденций.

В этом случае изменения будут катастрофичны — таяние ледников (Арктика, Антарктида, Гренландия), повышение уровня океана, затопление прибрежных территорий (700-1000 млн человек проживают в зоне непосредственного затопления). Все это будет сопровождаться резкими изменениями в разных точках планеты — рост температуры и влажности, резкое увеличение смертности, эпидемии, засухи, ураганы и т. д. Значительные территории станут ресурсодефицитными — воды, еды и энергии станет недостаточно для поддержания жизни текущего количества населения.

Под удар попадут практически все панрегионы — Континентальная Европа пострадает из-за затопления и изменения Гольфстрима, что сделает климат там сопоставимым с Россией на той же широте. Основные промышленные и населенные районы Китая и значительная часть южной Индии и другие страны юго-восточной Азии погрузятся под воду. Британия, Япония, побережье США и т. д. потеряют значительные территории. Температурный режим на Ближнем Востоке и юге Европы будет требовать значительно больше энергии, ведь для нормальной жизнедеятельности в пустынных района Аравии энергии нужно даже более, чем в условиях Крайнего Севера.

Наиболее благоприятными районами станут — юг Сибири, Дальний Восток России, Канада, Австралия.

Поскольку из-за выхода за пределы допустимых значений, в мире отсутствуют адекватные климатические модели, использование большей части исторических данных не корректно, автор считает, что процессы изменения идут, но большинство недооценивает инерцию, устойчивость систем и индустриальный откат ближайших лет. То есть серьезные изменения следует ждать не к концу 30-х годов, а не ранее середины века. Как раз к моменту формирования триполярного мира или еще позже.

В то же время игнорировать необходимость укрепления наиболее безопасных для проживания регионов ни в коем случае нельзя. Все национальные стратегии должны учитывать эту необходимость:

■ центры развития и политические центры должны быть в наиболее спокойных регионах;

■ вопросы безопасности и защиты, в первую очередь от нашествия неоварваров, необходимо решать заранее;

■ планирование должно учитывать возможное изменение энергетических, транспортных и т. д. потоков и рельефа;

■ необходим учет новых процессов этногенеза;

■ в случае начала событий, власть должна быть готова оборонять свои территории от пришлого населения с максимальной жесткостью, четко разделяя права человека и права гражданина.

В этих условиях России необходимо переносить центр развития на юг Сибири и Дальний Восток. Границы должны быть максимально защищены, вплоть до сотен километров полос отчуждения в Средней Азии. Крайне важно создание механизмов ассимиляции пришлого населения, с жесткой и сжатой по времени «перепрошивкой» культурного канона у детей мигрантов и беженцев.

Все эти вызовы необходимо держать в голове при планировании национальных стратегий, даже если климатические прогнозы не подтвердятся. Национальные стратегии необходимо формулировать поверх климатических изменений.

12.4. Заключение

Вторая половина XXI века будет крайне непростой для мира в целом. На сформировавшиеся в результате трансиндустриальной революции (шестой уклад) регионы высокого уровня развития, в окружении диких архаичных территорий, наложатся геоклиматические изменения, в сочетании с ухудшением экологии. Альтернативные / конкурентные очаги развития будут добиты катастрофическими изменениями, что еще более укрепит полюса триполярного мира или новый центр глобализации. Если же изменения