Неординарные преступники и преступления. Книга 4 - Алексей Ракитин

В этой связи заслуживают внимания два любопытных момента. Несс не очень хорошо относился к Мерило, возможно, помощник мэра не без ревности воспринимал известность детектива и его успехи. Питер платил Элиоту той же монетой, во всяком случае сложно представить, чтобы опытный детектив, знакомый не понаслышке с грязью и обременениями низовой полицейской работы, воспринимал молодого политического выдвиженца на руководящую работу иначе, как выскочку. То есть отношения их были очень прохладными, хотя формально корректными и деловыми. Однако в феврале 1940 года Несс захотел услышать о Фрэнке Суинни мнение именно Питера Мерило и никого иного.

Весьма примечательная мелочь! Но есть и ещё кое-что…

Детектив ничего не знал о Фрэнке Суинни — никогда не слышал его имени и фамилии, не знал в лицо, не был осведомлён о событиях, приведших последнего в психиатрическую лечебницу. А ведь Суинни находился в госпитале уже полтора года! Эта деталь весьма красноречиво характеризует ту обстановку тотального умолчания, что создал Элиот Несс вокруг этого человека. Данное обстоятельство представляется тем более необычным, что, как нам сейчас достоверно известно, в рядах кливлендской полиции были люди, осведомлённые о подозрениях в отношении Суинни — тот же самый детектив Том Браун, что охранял «врача-дегенерата» в «Кливленд-отеле» в мае 1938 года [но и не он один]. Тем не менее от этих людей никаких утечек информации не произошло, и в феврале 1940 года Элиот Несс сумел застать Питеро Мерило врасплох своим необычным предложением.

Детектив не мог отказать просьбе высокопоставленного чиновника и 5 февраля вместе со своим помощником Залевски встретился с Фрэнком Суинни, и провёл с последним весь день. По результатам этого мероприятия Мерило подготовил и передал Нессу служебную записку, копия которой попала в материалы расследования убийств, совершённых «Безумным Мясником», и сохранилась до наших дней. В ней Мерило без колебаний заявил, что Фрэнк Суинни не годится на роль «расчленителя». Хотя он и выглядел крупным и сильным мужчиной, в действительности его физические кондиции были совершенно недостаточны для совершения тех преступлений, что были по плечу «Безумному Мяснику». Страдавший от избыточного веса, рыхлый, малоподвижный Суинни обливался пОтом при малейшем напряжении. Ему было тяжело переставлять ноги, а уж носить мешки с грузом 30–40 и более килограммов он не мог и подавно.

3 мая 1940 года начальник рабочей бригады железнодорожной компании «P&LE Railroad» Гарри Ф. Гросс (Harry F. Gross) занимался обходом одной из тупиковых веток железнодорожной станции в местечке Стоув-тауншип (Stowe Township), штат Пенсильвания. Его сопровождал Лерой Раст (LeRoy Rust), инспектор по приёму металлолома из расположенных там железнодорожных мастерских. Гросс и Раст занимались самым что ни на есть рутинным делом — им предстояло осмотреть старые списанные вагоны, перегнанные из небольшого городка Стратерс (Struters), штат Огайо, двумя неделями ранее, и направить их на утилизацию.

В 09:15 Гарри Гросс откатил подвижную дверь вагона № 80179 и ощутил сильный смрад, исходивший изнутри. Хотя все вагоны являлись очень старыми, они имели крышу, стенки и двойное дно, что превращало их в довольно комфортное жилище для бездомных. Помимо людей, в вагоне, если только тот не был плотно заперт или имел повреждённую стенку, могли найти приют и животные — собаки, лисы, еноты, даже волки. В том, что внутри старого вагона оказалась туша сдохшего животного, не было ничего необычного — осмотр вагонов перед их отправкой в мастерские как раз и проводился для того, чтобы очистить их от такого рода содержимого… Однако Гросс, пройдя вглубь вагона, с ужасом понял, что источником запаха является отнюдь не исдохшее животное — нет! — на грязном полу лежал человеческий торс, лишённый головы и конечностей.

Через 25 минут перед вагоном собрались трое полицейских и два работника коронерской службы. Включив фонари — поскольку в вагоне, несмотря на солнечный день, было сумрачно — они сделали первое важное открытие. В большом джутовом мешке, лежавшем в дальнем от торса конце вагона, были найдены две руки, две ноги и голова. Теоретически эти части должны были принадлежать найденному торсу, но для подтверждения этой догадки требовалось провести судебно-медицинскую экспертизу.

Торс казался обесцвеченным, что наводило на мысль о его прижизненном обескровливании, другими словами, отсечение рук, ног и головы с большой вероятностью осуществлялось при работающем сердце. Торс кишел личинками мух, состояние мягких тканей было настолько ужасным, что при взгляде на эти останки невозможно было определить даже пол умерщвлённого человека.

Ещё одним важным результатом осмотра вагона стал факт отсутствия одежды убитого человека. Стало ясно, что преступник явно озаботился сокрытием следов — он поместил отсечённые конечности в мешок, по-видимому, намереваясь выбросить в дальнейшем, а вот одежду и личные вещи жертвы унёс сразу же.

После удаления из вагона обнаруженных останков детективы отправились наводить справки. Один из них занялся изучением списка находившихся в розыске лиц, а двое других направились в местную контору железнодорожной компании «P&LE Railroad» с целью восстановить маршрут вагона № 80179 в первые месяцы 1940 года.

Ну, а что же Гарри Гросс? Ему необходимо было сделать свою работу независимо от присутствия или отсутствия на станции полиции. Он решил продолжить осмотр старых вагонов, правда Лерой Раст от него отделился, объяснив свой уход тем, что в мастерские следует направить все 19 старых вагонов, стоявшие в тупике, а принимать их по одному — это глупая трата времени. Вот, дескать, полиция закончит работу, разрешит забрать вагон — тогда и продолжим.

Итак, Раст покинул станцию, а Гросс взял в напарники молодого рабочего Джона Кинела и продолжил свой обход. Немногим позже 11 часов они открыли вагон № 51224 и… обнаружили новый расчленённый труп. Также облепленный личинками мух и издающий ужасный запах.

В 11:15 перед вагоном собралась уже настоящая толпа полицейских чинов, возвратились и те трое детективов, что приезжали ранее тем же утром. Приехал и коронер — звали его Патрик Хенни — пожалевший лично осмотреть места обнаружения трупов.

Найденные останки подверглись расчленению во всём аналогичному тому, что и обнаруженные двумя часами ранее в вагоне № 80179 — у потерпевшего были отсечены руки, ноги и голова. И торс выглядел точно так же — синюшно-белый, обескровленный, заметно разложившийся, в его ранах во множестве копошились личинки мух.

Осмотр места обнаружения останков показал, что торс был уложен поверх двух ног и правой руки, левая осталась лежать чуть в стороне. Голова убитого и его одежда отсутствовали.

В вагоне был найден кусок обивочного материала в форме круга, грубо вырезанный ножницами. Кроме него имелся ещё один кусок ткани с узором в клетку, имевший длину 87 см и ширину 12 см. Наконец, третьей неожиданной находкой стали 40 (!) неиспользованных бумажных пакетов с надписью «Evert Fuel Co.». Похожие пакеты использовались в американских