Они тоже воевали… Солдаты СВО и герои нашего времени - Михаил Иванович Федоров

– Это где?

– Учебка в Амурской области. А через полгода я попал на станцию, Лазо называется. В 6 километрах от нее военный городок. Там стоял прославленный полк. Еще со времен Гражданской. Блюхер им командовал. Но там условия … Чистое поле. Я офицерам не завидовал, честно признаюсь. До станции 6 километров и до границы 6 километров. Казармы со времен Блюхера стояли, которые отапливаются старым способом. Там было два новых здания – в них танкисты и обеспечение. А это еще блюхеровские казармы: по центру стоит здоровая печка.

– А если минус 40 на улице?

– Там стены здоровые, держат тепло, так что нормально. И там служил. Была и дедовщина, не без этого. У нас рота одного призыва. А проходишь, двухэтажная казарма, там роты другого призыва. В роте 56 человек. Небольшие. Тогда были кадрированные части, когда личный состав минимальный: командир роты, техник и несколько солдат. А военная техника стоит на хранении в боксах, ее раз в два года проверяют. Она не боевого применения. А сейчас вот у меня рота боевого развертывания: 105 человек. Другие вообще по сто сорок пять. Ну, служил. Готовили качественно. Были полковые тактические учения. Подъем по тревоге. Причем тогда, когда не знаешь. А учитывая морозы, танковые аккумуляторы нельзя было оставлять в машине. Его надо тащить. А он весит ого сколько! Вот такая махина, – отмерил руками, – тяжеленная! И надо дотащить, поставить, закрутить, танк запустить, сначала чтобы прогрелось масло в двигателе, потом сам двигатель – там специальные печки для прогрева масла. А это перед 8 Марта – весна натуральная. 8 отмечаем, а с 8 на 9 марта тревога.

– Самое неудобное время, когда после праздника расслабуха…

Карзанов:

– Подняли. И по маршруту. А у меня БТР с командиром. Я мехвод. Первые сутки марш-бросок на полигон. Развертывание. Палатки. Самое прикольное, что 9 марта пошел снег. А там полностью боевое развертывание. У меня рота мотострелковая. Каждой роте придается танк, который впереди. На марше, когда идешь. Когда на полигон выдвигались. А бойцы – дагестанцы, якуты, с Камчатки, Севера. Один был мощный, тоже северной народности, он сам пошел служить. Причем мать у него чуть ли не главой района была.

– Вот хочет показать, что мужчина…

– И вот ночёвка, потом на следующий день выдвижение, и по развертке: первые идут танки, потом пехота, потом БТРы, сейчас так не применяется… И выдвинулись, я-то на БТРе иду, все видно. Вот танки болванками стреляют, а пехота боевыми патронами, метание боевых гранат… Там на полигоне оборудовано несколько линий обороны условного противника. Ты выдвигаешься, а поднимаются мишени, все как положено. Повезло, единственный раз за все время в них поучаствовал… Тогда два дня в неделю были стрельбы боевые. Вот, скажем, сегодня днем, потом – в ночь. Чередовались. И вождение: день-ночь. И ночное вождение, тогда не такие, как сейчас приборы. По ним чуть различаешь, все расплывчатое. Одни силуэты, и ты должен пройти успешно противотанковый ров, мост…

4

В ВАТУ. Бывалины пограничника

– И вот служите.

– Я служил до апреля 1983 года. Потом командир батальона меня вызывает. А тогда же палочная система была: сколько ты отправил бойцов на поступление в военные училища. И он мне предложил. А я: «Да ну, я уже поступал». Он: «Да нет, поедете. Мне больше из батальона отправлять некого». И отправили: в Уссурийске принимали экзамены. Думаю: отправили, ладно. Там месяца полтора. Жили в палатках. Почему запомнил, холодно было. Самый прикол в том, что выходим, снега по колено… Сначала занятия провели, общение с ребятами. Тем более я подсказывал им, ведь учился хорошо. Надо сдать физо, математика, физика, сочинение. И, по-моему, обществоведение. Короче, сдал экзамены в Уссурийске. А потом мандатная комиссия, приглашают и говорят: можно туда, туда и туда. Куда могли направить учиться. И предложили в танковое, я: нет, мехводом был. Тогда: ВАТУ есть – Воронежское авиационно-техническое училище. Тем более вы учились на физмате, это близко. Пойдет? Я: «Хорошо, давайте». В часть вернулся, к службе уже не привлекали, на хозработы только. Военные совхозы были. В июле дали отпуск. Ну и потом в Воронеж. Попал на метеофакультет. А еще были автомобилисты, штабники, аэродромщики. На метеофакультете интересно. И на пять лет. На первом курсе тяжело было. И физически. К концу первого курса я подогнал физически. Я хорошо был подготовлен физически, но подъем с переворотом никогда не делал. А там нужно. К концу первого курса я все это наверстал. У меня единственная тройка с первого семестра, я не пересдавал. Я выпускался, была одна тройка. Как-то тяжело. Три четверки и все остальное на отлично. Первый курс: желание не желание, наряды. Тяжело сразу перестроиться, тем более в армии практически полтора года другое…

– И вот скоро выпуск…

– К тому времени я уже был замкомвзвода. И сдавать проще. Стал старшим сержантом. А как распределение? Был Николай – чистый хохол, он два года служил на заставе. Уволился, после этого поступил в училище. И вот ему и мне предложили пойти в погранвойска. Должности одна на Камчатке, а вторая – в Благовещенске. Он, как и я, был командиром группы. В Петропавловске-Камчатском должность просто инженера метеослужбы, а в Благовещенске должность начальника метеослужбы. И мне: «Пойдете начальником, тем более и дом рядом». А ему туда: там год за два. И двойные оклады.

Курсант Карзанов

– Вы оказались рядом с домом…

– Да, там двести километров…

– А дальше?

– Служил. Там очень сложно. У меня была авиационная эскадрилья. Вертолеты. Мы обеспечивали участок границы от Хабаровского края и до Читинской области. Сковординский погранотряд. Причем в Сковородино части в тайге стоят. Климат там изменчивый. Я там даже выговор умудрился получить, хотя ни за что. Получилось, срочный вылет на границу. А так идет постоянный облет границы, доставка продуктов, личного состава. Работа. Плюс если прорыв, нужно прочесывать. И вот получается, срочно вылетели, погода – а март месяц. Там особенности климата. Вылетели, а возвращаться вечером. И пошел сильнейший снегопад. Я: «Да не переживайте, к возвращению и следа не будет». Начальник штаба, он вертолетчик, Афган прошел, орден Красного Знамени у него, кстати, к Герою представляли, но… Тем более к пограничникам отношение не особое. И: «Я объявляю вам выговор». Выговор так выговор. А время к возвращению вертолетов – солнце опять светит. Там, может, и другое сыграло роль: у меня машина легковая была «буханка», а тогда