Б.А.Г. Книга пятая - Андрей Петрович Ефремов

Такая простая магическая манипуляция оказала на местных эффект разорвавшейся бомбы. Все рядовые члены бригады попадали на колени и склонили к земле головы, а сын вождя, выпучив в изумлении глаза, тоже опустился на одно колено, но головы не опустил.

— Прошу прощение за свою несдержанность, Великий Жрец, — уже без прежней надменности, но с признаками затаённой ярости в голосе проговорил он. — Я не признал вас в простой одежде. Женщина, ты почему не сказала, что твой муж жрец культа Крови?

— Хотела посмотреть, как в землях вождя Варкара Отважного обходятся с теми, кто смог прорваться через блокаду не мёртвых, и ты наглядно нам это продемонстрировал, — с ехидцей в голосе ответила Алёна.

Хм, и когда она успела столько всего про этот мир выяснить? И как говорит уверенно, как будто всю жизнь тут прожила. В ней умерла талантливая актриса.

— Много на себя берёшь, женщина, — зло сплюнул на траву сын вождя.

— Ты продолжаешь рыть себе могилу, — вмешался в разгорающуюся перепалку я. — Моя жена имеет право так говорить с тобой, и если ты ещё раз позволишь себе повысить на неё голос, то познаешь мой гнев. Встань и обеспечь мне комфорт, я устал с дороги, прорыв блокады отнимает много сил. Когда я утолю голод и жажду, мы поговорим.

Так пока и оставшийся для меня безымянным сын вождя на краткий миг гневно сверкнул глазами, но перечить жрецу не осмелился. Ох и не привык он прислуживать кому-либо. В принципе, оно и понятно — сын вождя всё же, а не вошь подзаборная, но против силы не попрёшь. С этим человеком надо держать ухо востро. Он и нож в спину воткнуть может, а потом скажет, что так оно и было.

Нарочито проигнорировав зажимающих раны от кровавых шипов людей, я в сопровождении Алёны проследовал к костру и занял самое удобное место.

— Что за жрецы культа Крови? — шепнул я девушке, пока сын вождя вместе с остальными суетились и выполняли мой приказ. — Что тут вообще происходит?

— Понятия не имею, — так же шёпотом ответила девушка. — Пока ты валялся в отключке, послушала разговоры, вот и получилось сымпровизировать. Видел бы ты, с какой похотью они на меня пялились, бррр, — поёжилась Алёна. — Теперь хочется закрыться в ванной и пару часов тереть тело мочалкой, да и то не факт, что отмоюсь от брызжущего из них сала. Насколько я успела понять, женщины в этом мире — что-то типа бесправных животных, у которых не то что мнения не спрашивают, а вообще за людей не считают.

— Это довольно распространённое явление, — пожав плечами, ответил я. — Доводилось мне бывать в мирах и с куда более плачевным положением дел. Ладно, давай ближе к нашей проблеме. Обрисуй в двух словах, что произошло, когда я вырубился, и что удалось узнать, ну а там я тоже попытаюсь сымпровизировать.

Как я и предполагал, Алёна была вынуждена снять с нас тяжеленные доспехи и припрятать их в мёртвом лесу. С собой девушка взяла только зачарованные мечи и мой лук, причём она сама так до конца не поняла зачем, потому как стрел для него после отключения системного функционала в наличии не имелось.

Ну а потом девушка тащила меня волоком добрых километров пять, пока на горизонте не показался живой лес. Вот тут на нас и наткнулся патрулирующий границу с царством не мёртвых отряд воинов во главе с сыном местного вождя Варкара Отважного по имени Верикард. Из подслушанных разговоров много узнать не получилось. Так, какие-то обрывки информации, но кое-какие выводы из них всё же сделать возможно.

Алёна выяснила, что подобных зиккуратов, какие мы видели сразу после перемещения, существует довольно много. Такими, кхм, территориями управляют Повелители Плоти, как их тут называют. В каждой пирамиде живёт штук двадцать таких повелителей. Ну как живёт, они тоже, того, мёртвые, в смысле ли́чи. То-то мужик на вершине пирамиды показался мне каким-то бледным и сморщенным.

Разумная нежить — штука довольно серьёзная и очень опасная. Мда, ситуация, в которую мы с Алёной умудрились вляпаться, очень дурно попахивает. Упокоить сильного лича и так-то очень непросто, а если ещё и в мире практически отсутствует нормальная магия, то и вовсе становится практически невозможно, а тут, наверное, и архиличи есть, кто-то же управляет этим мёртвым сбродом. В общем, мы рискуем застрять в этом мире на длительный срок, потому что я пока понятия не имею, как открыть доступ к межмировому порталу. Но тот факт, что мёртвые не смогли полностью захватить мир живых, обнадёживает. Надо разбираться в местных раскладах и собирать информацию.

Из обмолвок воинов Верикарда Алёна поняла, что земли этого крупного клана находятся практически в полной изоляции. Некроманты блокировали все подходы своими зиккуратами, которые очень быстро корёжат живую материю в определённом радиусе и высасывают жизненную силу из самой земли. Прорваться сквозь такую блокаду с каждым годом удавалось всё сложнее, а сейчас, когда замкнулось кольцо из мёртвых земель, стало и вовсе практически невозможно. Наверняка существуют узкие тропки на большом удалении от зиккуратов, по которым сможет пройти одиночка или небольшой отряд, но проблема заключается в том, что в этом мире не существует магов, способных увидеть эту тропку. Вернее, так было до сегодняшнего дня.

Блокированная нежитью территория, на которой пока ещё сохраняется жизнь, поделена между тремя сильными кланами. Каждый год проводится турнир, который определяет Верховного правителя на будущий цикл. Об этом эпохальном событии, которое должно состояться через пару недель, много болтают обычные воины. Что же насчёт культа Крови, то тут мы пока остаёмся в полном неведении. Это может быть как какая-то местная организация, типа религиозной секты, так и другое государство из-за блокады, но одно ясно точно — жрецы этого культа способны пользоваться магией крови. Ладно, надеюсь, из контекста разговора можно будет сделать определённые выводы. Вон и Верикард заканчивает разделывать тушу зажаренного кабанчика и тащит самый жирный кусок мне. Наконец-то можно будет поесть, а то желудок уже судорогами сводит.

Трапеза прошла в полной тишине. Насытившись и выпив целый бурдюк сильно разбавленного вина, я блаженно откинулся на поваленный древесный ствол и величественным тоном обратился к сыну вождя:

— Теперь рассказывай.

— Что рассказывать? — смутился он.

— Да всё рассказывай, — небрежно махнув рукой, ответил я. Проделано всё было так, словно я кость собаке бросил. Был у меня опыт вращения в высших кругах, где принято подобное обращение к тем, кто ниже тебя по рангу, а его, как говорится, не пропьёшь. — Мне ещё не приходилось бывать в ваших краях. Начни