Из Яви в Навь - Евгения Владимировна Потапова

Взяла Захарову кружку, расколошматила криворукая, — продолжил ворчать домовой. — Представляешь, она приехала ему воды подать. С ее-то руками только воду носить.

— Ты разговор что ли их слышал? — спросила Люша.

— А зачем я тогда здесь? Конечно, всё слышал. Это его бывшая супружница прикатила, типа ему помочь. А сама по дому, как лиса, ходила, всё вынюхивала и высматривала. Небось дом наш хочет отобрать.

— Да кому он нужен, — махнула рукой Люша. — Вон она какая фифа, а у нас тут все условия во дворе.

— Вода и лепетричество в доме, и печка есть, — с гордостью произнес домовой.

— Вот и только, одна радость. Ты видел ее машину? На ее стоимость можно всю нашу деревню купить. Видать, чего-то другого хочет.

— А ты зачем ей разболтала о том, что Захар теперь ничем не болеет?

Домовой вытянул из пакета конфетку и запихал ее в себя прямо с бумажкой.

— А ты думаешь, она поверила в мою рассказку? — хмыкнула Люша.

— А еще она решила, что ты полюбовница Захара, — закивал домовой.

— Ой, вот умора.

— Но ты знаешь, пусть так думает, быстрей отсюда свалит. Я ее попозже пойду придушу, когда сон будет глубоким.

— Может, не надо? — Люша посмотрела на домового с осуждением.

— Надо. Очень полезно в профилактических целях, - он вытер нос рукавом.

— Только до смерти ее не напугай, а то же потом сжигать ее придется, обряд проводить. Захару лишняя работа. Ему и так со всем этим тяжело.

— Я постараюсь.

Он хмыкнул, вытянул еще одну конфету и исчез.

Глава 3-4

Ничего не боится

Лика проснулась от странного ощущения — кто-то дышал ей прямо в лицо и со всей силы давил на грудь и шею. Тяжелое, прерывистое дыхание, пахнущее сыростью и чем-то затхлым. Она резко открыла глаза и увидела перед собой расплывчатую тень, склонившуюся над ней.

— А-а-а! — попыталась закричать она, но вместо этого вырвался только сдавленный хрип.

Тело ее не слушалось, и даже пошевелить пальцем она не могла, только с ужасом пыталась рассмотреть сущность, которая ее душила. Тень наклонилась ближе, и Лика, наконец, разглядела лицо — вернее, то, что должно было быть лицом. Пустые глазницы, растянутый в неестественной ухмылке рот, из которого сочилась черная жижа. Пальцы — длинные, костлявые, с гнилыми ногтями — впивались ей в горло, перекрывая воздух.

— Это сон. Это просто сон! — отчаянно пыталась убедить себя Лика, но боль была слишком реальной.

Вдруг в комнате раздался громкий треск — где-то у печки упала чугунная заслонка. Тень на мгновение ослабила хватку, обернувшись на звук. Лика тоже дернулась и смогла спихнуть с себя нечто. Тень отпрыгнула в сторону, и в полумраке комнаты Лика разглядела того самого мужичка со спутанной бородой. Он стоял, склонив голову набок, и ухмылялся.

— Чего орешь? — прошипел он. — Спать мешаешь.

— Убирайся! — Лика схватила подушку и швырнула в него.

Подушка пролетела сквозь домового и с мягким шлепком ударилась о стену. Мужичок рассмеялся, его фигура начала расплываться, как дым.

— Дура, — прошипел он перед тем, как исчезнуть. — Ты еще пожалеешь, что сюда приехала.

Лика дрожала. Она огляделась — комната была пуста, только за окном шелестели листья деревьев.

— Что за чертовщина? — подумала она, вставая.

На кухне уже никого не было. Видно, Люша приготовила обед и куда-то ушла. На печке стояла кастрюля с ароматным борщом, а на столе горкой лежали пироги, прикрытые полотенцем. Лика, несмотря на все потрясения и неудобства, при виде еды испытала чувство голода. Но все же ей сначала хотелось посетить уборную.

— Где она там сказала у них туалет? — подумала она, суя ноги в растоптанные калоши.

Она вышла во двор и стала искать заветный домик.

— Ишь чего удумала тут, жить она здесь собралась, — проворчал домовой, запирая за ней на щеколду дверь. — Еще бы ее окунуть в яму, но пока я дома посижу. Такое развлечение на потом оставлю.

Лика нашла заветный домик довольно быстро. Он выделялся среди построек своей новизной. Она быстро сделала все свои дела, помыла руки, вытерла об висящее полотенце, достала телефон, уселась на лавку и стала кому-то звонить.

Телефон гудел в ухе, но соединения не было. На экране мигало зловещее «Нет сети».

— Гадство, — поморщилась она.

Лика быстро набрала сообщение и кому-то отправила. Она сунула телефон в карман и отправилась в избу, но дверь оказалась закрыта. Дернула несколько раз, но та не открылась.

— Есть хочется, — пробормотала она и начала лупить по двери кулаком.

Ей все равно никто не открывал. Тогда она пошла вдоль дома и принялась стучать в окна.

— Вот ведь коза настырная, — проворчал домовой. — И чего ее к нам принесло?

Он открыл ей дверь и спрятался. Лика услышала, как лязгнул засов, и поспешила к двери. Она вошла в темные сени и тут же споткнулась о ведро. Сверху на нее свалились какие-то тазы и накрыло старыми куртками. Она, тихо матерясь, пыталась выбраться из этой ловушки. За ноги ее кто-то щипал и мерзко хихикал.

— Ты чего тут шумишь? — услышала она недовольный голос Захара.

— Да вот об ведро споткнулась, — промямлила Лика.

— Не по душе ты пришлась нашему домовому, — хмыкнул Захар. — Ты ела?

— Нет, — помотала головой Лика.

— Тогда идем есть. Там Люша наготовила, — буркнул Захар, разворачиваясь и уходя вглубь дома. Его голос звучал устало, будто каждое слово давалось ему с трудом.

Лика, наконец выбравшись из груды тряпья и посуды, пошла за ним. Кухня встретила ее теплом и запахом свежего борща. На столе уже стояла миска с дымящимся супом, рядом — ломоть черного хлеба и ложка.

— Садись, — сказал Захар, не глядя на нее. Он стоял у печки спиной к Лике, его плечи были напряжены.

Лика осторожно опустилась на лавку. Голод давал о себе знать, но что-то внутри нее сжималось от тревоги.

— А ты не будешь есть? — спросила она, поднимая ложку.

— Буду, сейчас себе налью и тоже буду. Не дала мне толком выспаться, — сердито проговорил он. — Ты чего по окнам-то стучала?

— Так дверь захлопнулась. А у вас тут связь ловит?

— Смотря какой