Проблема смысла жизни, смерти и бессмертия в духовной культуре человечества - Арнольд Валентинович Ерахтин

Очень своеобразно проблема смысла жизни решалась в древнекитайской философии. Даже четко не фиксированная, она всегда присутствовала в качестве общего фона. Древние китайцы полагали, что все в мире зависит от предопределения неба. Небо рассматривалось как божественное начало, которому прилагались нравственные характеристики (способность желать, осуществлять воздаяния и пр.). Конфуций связывал волю неба с судьбой человека. Он утверждал, что «жизнь людей зависит от судьбы, а богатство и знатность происходит от неба». У каждого человека есть свобода выбора – он может быть «благородным» или «низким человеком». Благородный человек ставит своей целью самосовершенствование через постижение высшей добродетели, сочетающей в себе самоуважение и человеколюбие (гуманность). Вероятно, обращение к небу, так или иначе влияющему на судьбы людей, представляло собой поиск внешней точки опоры, с помощью которой жизни человека можно было придать целостность и осмысленность.

Центральное место в этическом учении Конфуция занимает концепция «благородного мужа», который противопоставляется «низкому человеку». Благородным мужем человека делает не происхождение и богатство, а воспитание и культура, высокие нравственные качества. «Благородный муж думает о морали; низкий человек думает о том, как бы получше устроиться. Благородный муж думает о том, как бы не нарушать законы; низкий человек думает о том, как бы извлечь выгоду»8. «Благородный муж избегает трех вещей: в юности, когда организм еще не окреп, он избегает любовных утех; в зрелом возрасте, когда у него появляется сила, он избегает драк; в старости, когда организм ослабевает, он избегает жадности»9.

Проблема смысла жизни получила широкое обсуждение в зарубежной и отечественной литературе. О смысле жизни размышляли герои произведений великого английского драматурга и поэта У. Шекспира. Поиску смысла жизни посвятил не одно свое рубаи выдающийся персидский поэт Омар Хайям:

«Приход наш и уход загадочны – их цели

Все мудрецы земли осмыслить не сумели.

Где круга этого начала, где конец,

Откуда мы пришли, куда уйдем отселе?»

Или:

«Откуда мы пришли? Куда свой путь вершим?

В чем нашей жизни смысл? Он нам непостижим.

Как много чистых душ под колесом лазурным

Сгорает в пепел, в прах, а где, скажите, дым?»

Русская классическая литература в качестве главного героя видела неприкаянного человека не находившего своего места в жизни. Он мог быть и безработным и внешне вполне благополучным человеком – быть, например, известным ученым или гениальным писателем. Неблагополучие неприкаянного человека сидит внутри его души. Об этом подробно пишет В.П.Даниленко10. Есть немало людей, которые о смысле жизни не думают вообще, они живут сегодняшним днем. А.М.Горький называет их мещанами. В статье «Заметки о мещанстве» он пишет, что мещанин не чувствует будущего и, живя интересами данного момента, свое отношение к жизни определяет так:

«Не рассуждай, не хлопочи,

Безумство ищет, глупость судит;

Дневные раны сном лечи,

А завтра быть тому, что будет,

Живя – умей все пережить:

Печаль, и радость, и тревогу.

Чего желать? О чем тужить?

День пережит – и славу богу…»

Это стихотворение Ф.И.Тютчева Горький преподносит, по существу, как гимн мещанина, – который свое отношение к жизни определяет так: «Не рассуждай, не хлопочи». Характеризуя позицию мещанина, Горький пишет: «Он любит жить, но впечатления переживает неглубоко, социальный трагизм недоступен его чувствам, только ужас перед своей смертью он может чувствовать глубоко и выражает его порою ярко и сильно. Мещанин всегда лирик, пафос совершенно недоступен мещанам, тут они точно прокляты проклятием бессилия…»11. Критикуя позицию мещан, Горький не останавливается на Тютчеве, он решительно относит к писателям-мещанам Л.Н.Толстого и Ф.М.Достоевского. Толстой и Достоевский, пишет он, два величайших гения, которые силой своих талантов потрясли весь мир. Но однажды, в самое трудное время для России, они оказали плохую услугу своей темной, несчастной стране. В то время, когда лучшие люди изнемогали и пали в борьбе за освобождение народа от произвола власти, что в это трагическое время сказали наши духовные лидеры, которые жили в стране?

– Терпи! – сказал русскому обществу Достоевский12 своей речью на открытии памятника А.С.Пушкину.

– Самосовершенствуйся! – сказал Толстой и добавил: – Не противься злу насилием!..

Автор «Песни о буревестнике» увидел в этой позиции подавляюще уродливое и постыдное. Ведь два мировых гения, продолжает он, жили в стране, где насилие над людьми уже достигло размеров, поражающих своим сладострастным цинизмом. Произвол власти, опьяненной безнаказанностью, сделал всю страну мрачным застенком, где слуги власти, от губернатора до урядника, нагло грабили и истязали миллионы людей, издеваясь над ними, точно кошка над пойманной мышью.

И этим замученным людям говорили:

– Не противьтесь злу! Терпите!

И красиво воспевали их терпение.

Объясняя свое отношение к Толстому и Достоевскому, А.М.Горький пишет: «Я не занимаюсь критикой произведений этих великих художников, я только открываю мещан. Я не знаю более злых врагов жизни, чем они. Они хотят примирить мучителя и мученика и хотят оправдать себя за близость к мучителям, за бесстрастие свое к страданиям мира. Они учат мучеников к терпению, они убеждают их не противиться насилию, они всегда ищут доказательства невозможности изменить порядок отношений имущего к неимущему, они обещают народу вознаграждение за труд и муки на небесах и, любуясь его выносливостью тяжкой жизнью на земле, сосут его живые соки, как тля»13.

Большое внимание проблеме смысла жизни уделяется в психологии. Особая роль в исследовании этой проблемы принадлежит австрийскому психологу, психиатру и неврологу В. Франклу. Он является создателем логотерапии – новой психотерапевтической стратегии, основанной на предположении, что развитие личности обусловлено стремлением к поиску и реализации смысла жизни. В юности Франкл увлекался психоанализом З. Фрейда, который в одном из своих писем высказал такую мысль: «Если человек задумался о смысле жизни, значит, он серьезно болен». В отличии от него, именно поиск смысла жизни В. Франкл назвал путем к душевному здоровью, а утрату смысла – главной причиной не только нездоровья, но и множества других человеческих бед. В одной из своих работ Франкл приводит результаты опроса студентов американских университетов. Статистика показала, что среди причин смертности у американских студентов второе место по частоте после дорожно-транспортных происшествий занимают самоубийства, причем число попыток самоубийства в 15 раз больше. Опрос людей пытавшихся добровольно уйти из жизни, показал: 85% из них решились на это потому, что, по их признанию, не видели больше в своей жизни никакого смысла, и при этом 93% из них были физически и психически здоровы, жили в хороших материальных условиях, имея достаточную возможность причаститься к тому, что считается жизненными наслаждениями – к пище, к сексу, к искусству, спорту и пр. И все-таки в такой жизни не увидели смысла»14.

Согласно концепции американского психолога А.Г.Маслоу, потребности человека делятся на высшие и низшие, причем высшие потребности могут быть удовлетворены лишь при условии удовлетворения низших потребностей. Одной из высших потребностей он считает стремление к смыслу. Получается, что человек задумывается о смысле жизни лишь тогда, когда ему живется хорошо, в общем, старается «сначала для брюха, потом уже для духа». Но оказывается, что потребность в обретении смысла жизни часто заявляет о себе именно в те моменты, когда жизнь человека становится тяжелой или даже невыносимой. В 2017 году Институт Гэллапа (Американский институт общественного мнения) провел опрос сразу среди 140 тысяч человек из 132 стран. Один из вопросов звучал так: «Чувствуете ли вы, что ваша жизнь имеет важное значение или смысл?». Оказалось, что «в то время как в целом 91% людей по всему миру признали, что в их жизни есть смысл, люди из более зажиточных стран, таких как Великобритания, Дания, Франция и Япония, чаще всего отвечали,