Развод. У тебя есть дочь - Арина Арская

— Прекрати, — цедит сквозь зубы.

— Это констатация факта, — пожимаю плечами. — И ведь, что у нас с тобой выходит, Руслан, — слабо улыбаюсь, — нам тогда стоило развестись? То есть… Я своим женским нутром чувствовала, что ты мне изменяешь. Так?

— Да, у нас тогда был кризис…

И наш кризис не был громким и скандальным.

Мы в один момент отдалились. И сделали это мы оба. Оба шагнули друг от друга в разные стороны.

Я с содроганием помню то время.

Я никогда не была веселушкой-хохотушкой, но тогда около шести лет назад я просто нырнула в черную безрадостную тоску без причины.

Мои успехи обратились для меня в неудачи, семья стала клеткой, а в Руслане я перестала видеть мужчину. Только отца наших детей, и этот отец меня раздражал до тихого гнева.

И тогда я задалась вопросом, а зачем я вышла замуж? Для чего? А зачем родила детей, потому что приколы и выкрутасы Анфиски с Антоном меня вымораживали до состояния немого отупения.

Я потеряла и к ним нежность и привязанность под гормональным дисбалансом, который после серьезного разговора с Русланом о том, что все идет на дно, я выправляла около года.

— Так ты хочешь подвести все к тому, что в твоей похоти виноват наш кризис?

— Это была ошибка, — Руслан игнорирует мой вопрос. — И да, я решил, что лучше тебе всего этого не знать, Аглая. Я не хотел терять тебя, семью. Да у нас все было непросто, но мы же справились.

— Да я бы не сказала, что справились, раз у тебя ребенок на стороне растет, — горько усмехаюсь. — И твои разговоры об ошибке и о том, что я не должна была знать, можно со скрипом назвать логичными, Руслан, но ровно до того момента, когда вскрылась правда об Ане.

— Чего ты от меня хочешь? — Руслан переходит почти на крик. — Чтобы я себе устроил вторую семью? Участвовал в воспитании этой девочки? Такой бы вариант тебя бы устроил? Что ты несешь?

— Меня бы устроил вариант, в котором ты верный муж! — резко встаю и сжимаю кулаки.

— Да с тобой тогда рядом находиться было невыносимо! — от голоса Руслана дрожит люстра над головой. — Не только я хотел от тебя сбежать, но и наши дети!

Глава 6. Куда ее увезли?

— И очень интересно, что скажут наши дети, когда узнают, что у папочки есть внебрачная дочь! — рявкаю я.

Пальцы на ногах немеют.

Это знак того, что меня начинает сжирать гнев.

— Они не должны о ней знать!

— Почему?

— Может, ты еще сейчас заявишь, что надо ее забрать у родителей и притащить к нам?!

— Я к этой девочке не имею никакого отношения! — меня трясет. — Это твоя дочь! Ты несешь за нее ответственность! Есть моральные нормы, Руслан! Тебе они могут не нравиться…

— Я повторяю! Меня никто не спрашивал, хочу ли я этого ребенка или нет!

— Это не имеет значения! Твоя шлюха привела в мир человека! А раз ты совал в нее свое достоинство…

— Я должен был пожертвовать нашими детьми?!

— Быть честным со мной и с детьми — это принести их в жертву? — удивленно охаю я. — Вот как? Ты потерял власть над ситуацией, когда она родила! Нет, даже раньше! Это и ежу понятно, что все однажды вскрылось бы! И я не о том, чтобы тащить мне нагулянного ребенка! Это твоя зона ответственности, и она не измеряется только деньгами, которыми ты все привык решать! И что бы ты сейчас ни сказал, ничего из этого не оправдает тебя ни в случае твоей измены, ни по поводу Ани!

Отворачиваюсь от него к окну и прижимаю кулак к подбородку.

Закрываю глаза и медленно выдыхаю.

— Глаш, — Руслан касается моего плеча, которым я зло дергаю.

Он рывком разворачивает меня к себе. Молчит. Я тоже молчу. Смотрю в его глаза.

Конечно, я могу сейчас пустить слезы и сопли ручьями с вопросом “за что?”, “почему?” и “чего тебе не хватало?”, но хочу ли я действительно услышать правдивые ответы?

Я и сама от себя хотела сбежать в те дни, когда накрыло черной меланхолией и нежеланием просыпаться.

— Эта девочка…

— У нее есть имя, Руслан, — шепчу я. — Вне твоей измены, подлости и лжи это маленькая девочка, которую бросили. Сначала бросил отец из-за трусости, потом мать, затем тетя.

— Если ты так хочешь ее укрыть крылышком, — цедит сквозь зубы, — то я могу тебе это устроить.

— Ты меня не слышишь!

— Я не могу понять, чего ты от меня хочешь!

— Я после такого не вижу нашу семью вместе, — щурюсь. — И нет, я не рвусь воспитывать Аню. Это твоя дочь, мой милый.

— Я так не считаю, — поскрипывает зубами.

— Ты продолжаешь себя закапывать в моих глазах, — всматриваюсь в его покрасневшее от гнева лицо. — Я тот человек, который понимает ошибки и почему люди их совершают, но лишь в том случае, когда за них берут ответственность. И ни ты, ни твоя Вероника не хотите этого делать.

— У нас с ней была четкая договоренность, — Руслан взгляда не отводит. — И на все условия она согласилась.

— Уж тебе ли не знать, что любую договоренность можно разорвать? М? — презрительно вскидываю бровь. — Ты же не мальчик, Рус. Серьезный дядечка.

— Я взял на себя столько ответственности, насколько потянула эта ситуация.

Затем он выхватывает из кармана брюк телефон, глядя мне в глаза:

— Да и на тот момент новость о моем внебрачном ребенке усугубила бы твое состояние, Аглая. Давай будем честными. Мы бы потеряли тебя.

— Какой ты у меня заботливый, — мило улыбаюсь. — Ну, прямо-таки образцовый муж. Только вот вопрос. Почему мне сейчас так тошно?

— Я тоже сейчас не брызжу радугой, — касается экрана смартфона. Поднимает взгляд. — И не переживай. Девочкой займутся.

— Аня. Ее имя — Аня.

— Да мне все равно, — Руслан прищуривается. — Не я это имя дал. Ясно? И на руках не держал. Рождения ее не ждал, и отекшие ноги ее матери не массировал. И ты сейчас к серьезному разговору не готова.

Разворачивается и шагает к двери.

— Это я-то не готова?

— Ты в этой девочке видишь себя, — оглядывается. — Ведь так, да? Вот тебя и переклинило. Давай-ка ты, как советует твой психотерапевт, отделишь себя, как мою жену и как мать моих детей, от девочки, которую теряли в детстве.

— Не смей мне сейчас говорить такое.

— Ты зачем привела ее к нам домой? — Руслан вопросительно приподнимает бровь. — Зачем накормила?