Галина Ковалева. Творческий портрет - Наталья Платоновна Корыхалова

она пела еще студенткой консерватории. Так хотелось сыграть эту роль в театре! Мечта, к счастью, воплотилась, и на спектакль этот Галина Александровна всегда шла, по ее собственному признанию, как на праздник. Она была поистине влюблена в свою героиню с ее душевной цельностью и чистотой, милой живостью и ”непредсказуемостью” характера. ”Я никогда не знаю, как поведет себя, что выкинет сегодня моя Наташа”, — говорила певица. Характерное замечание! Оно свидетельствует о таком вживании в образ, когда воображаемый персонаж срастается с личностью артиста. Казалось, Ковалева не играла Наташу, а жила ее жизнью. Не случайно интерпретация была так убедительна и так свежа.

Русская опера, конечно же, наиболее близка ей. И все же ряд вершинных достижений артистки связан также с зарубежной, в первую очередь итальянской оперной классикой.

Роль Розины, в которой она так блистательно дебютировала в Кировском театре и на протяжении более чем двадцати лет имела неизменный успех, не относится к числу любимых ею. Видимо, певице больше по душе роли лирико-драматического плана. Одна из таких ролей — Виолетта из ”Травиаты” Верди. На Международном конкурсе вокалистов в Софии Ковалева уверенно прошла первые два тура, но судьба ее решилась на третьем туре, когда, по условиям конкурса, каждый из допущенных к последнему испытанию должен был исполнить в спектакле какую-либо оперную партию. Ковалева спела Виолетту и сразу же покорила и взыскательную публику, и строгое жюри.

”...Ряд нежных фраз в минорном тоне, музыкальные вздохи и слезы, грусть и тоска да физическое страдание от болезни — все эти эффекты перемешаны в партии Травиаты”, — писал в середине прошлого века Ростислав (Ф. Толстой). Русский критик метко охарактеризовал ту исполнительскую манеру, которая уже тогда, в самом начале сценической жизни оперы, связывалась с образом парижской куртизанки. В истории оперного искусства известна и другая трактовка образа, когда в творении Верди-Дюма подчеркивается момент социальной драмы; партию Виолетты поет не легкое, воздушное, а ”крепкое” сопрано, и героиня предстает во всей драматичности ее судьбы. Такой, к примеру, была Виолетта у Ж. Гейне-Вагнер.

Интерпретация Ковалевой направлена прежде всего на психологически достоверное раскрытие образа, отмечена чувством меры. Певица не играет в I акте блестящей, избалованной вниманием куртизанки, а в сцене смерти избегает натуралистических подробностей. Ее Виолетта — человек душевно благородный, трогательный в своей незащищенности, способный на величайшее самопожертвование — отказ от своей любви во имя счастья любимого.

Сходный образ создается ею в другой опере Верди — ”Риголетто”. И здесь возвышенная чистота чувств, нравственная сила поднимают ее героиню над окружающим, и здесь, при всей ее хрупкой нежности, она оказывается сильнее обстоятельств. Выступление Ковалевой в этой популярнейшей роли мирового оперного репертуара снискало ей признание не только у нас в стране, но и на международной сцене. В оперном театре Тулузы публика трижды заставляла бисировать дуэт из III акта, а по окончании спектакля вызовам, казалось, не будет конца.

”Аида”

Одна из любимейших ее ролей — Лючия ди Ламмермур в одноименной опере Доницетти. По замечанию знаменитого тенора Джильи, произведения итальянского композитора ”безжалостно обнажают все слабости исполнителя”. Очень трудна и партия Лючии: насыщенная виртуозными эффектами, она требует мастерства самой высокой пробы. Ковалева демонстрирует в этой роли свободное владение сложной техникой итальянского бельканто. Роль трудна и в психологическом плане, с точки зрения ее актерского воплощения. Поначалу певица прибегала к обильной жестикуляции, искала особо выразительной пластики и мимики, в частности, в знаменитой сцене безумия. Потом пришло понимание: играть эту сцену следует как можно сдержаннее внешне, пусть чувства героини найдут выражение в самом звучании голоса, во множестве различных его оттенков, в тончайшем пианиссимо на нотах верхнего регистра...

Артистке привычны не только театральные подмостки, она часто выступает на концертной эстраде. Ковалева понимает: пройти мимо целого мира камерной вокальной музыки — значило бы обеднить себя как художника.

Камерное исполнительство является в некотором роде мерилом музыкальной культуры певца. Оно требует развитого художественного вкуса, умения выразить многое в малой музыкальной форме. ”Если оперу можно сравнить с романом, — говорит Ковалева, — то каждое концертное произведение — новелла, вокальная миниатюра со своим обычным поэтическим содержанием. Таких миниатюр в концерте много, и каждая требует от певца мгновенного и полного перевоплощения”.

Солисту оперы в амплуа камерного исполнителя бывает нелегко. Даже тогда, когда он выступает с оперным репертуаром, ему, привыкшему петь под оркестр, приходится умерять силу своего голоса; ”укрупненный”, во многом условный жест, характерный для театральной сцены, для концертной эстрады также не годится. А камерное исполнительство требует, помимо прочего, особой тонкости нюансировки и столь же тонкой, выразительной мимики.

Нельзя сказать, что Ковалева освоилась в этой новой роли сразу. Были концерты не очень удачные, когда рецензенты отмечали, к примеру, не всегда выгодный для артистки отбор сочинений. И все же в сфере камерного пения Ковалева адаптировалась сравнительно легко. Присущая ей как оперной певице сдержанность жеста в сочетании с живой игрой лица, отражающей искреннюю вовлеченность в жизнь изображаемого персонажа, хорошо смотрелись на эстраде. Владение техникой актерского перевоплощения позволяло быстро перестраиваться, переходить от одного образа, настроения, душевного состояния к другому. Совершенная вокальная техника давала возможность использовать любые средства выразительности.

”Риголетто”

”Риголетто”

Выступать с концертными программами она стала очень рано, с самого начала своего профессионального пути. Свой первый сольный концерт дала еще студенткой консерватории. За ним последовало множество других — монографических, составленных из сочинений одного автора или композиторов одной школы, и смешанных, включающих произведения широкого стилевого спектра.

В ее концертных программах представлена музыка классическая и современная, отечественная и зарубежная, фрагменты из опер и камерная лирика. Она поет Баха и Генделя, Грига и Листа, французских композиторов Шоссона, Дюпарка и Дебюсси, ей равно доступны ослепительный мир итальянского бельканто и романтическая лирика Шуберта, Шумана, Брамса, задушевные романсы Булахова, Варламова, Гурилева и лирические высказывания Глазунова, Танеева, Рахманинова. Однако певица далеко не ”всеядна”, и отбор сочинений для сольных выступлений всегда подчинен определенным принципам.

Она избегает сочинений ”запетых”, таких, которые слишком ”на слуху” у широкой публики. Так, в программу из вокальных произведений Листа входит, конечно же, известный романс ”Как дух