Новая география инноваций. Глобальная борьба за прорывные технологии - Мехран Гул

в университетах, государственных лабораториях или корпорациях, а в среде быстрорастущих стартапов. Поэтому если нужно сосредоточиться на главной движущей силе технологических инноваций, логично выбрать именно их.

И в-третьих, и это самый спорный момент, можно утверждать, что все остальные показатели инновационности (объемы НИОКР, государственное финансирование, количество выпускников технических специальностей, патенты, научные публикации, рейтинги университетов, венчурные инвестиции) в конечном итоге должны воплощаться в новых технологиях. Это река, в которую впадают все притоки, поэтому разумно пропустить промежуточные звенья и сразу оценивать конечный результат. А он в основном создается в компаниях. Поэтому на них и сделан акцент. Но мы периодически задаемся вопросом: существует ли более эффективный подход?

Это книга о технологиях. Но в ее центре – люди. В частности, те люди, которые воплощают эти технологии в жизнь. Она создана на основе бесед с почти 200 ключевыми фигурами технологического мира: предпринимателями, учеными, венчурными капиталистами и государственными деятелями, для которых движение прогресса вперед стало делом жизни. Это попытка составить целостную картину того, как выглядит карта наиболее технологически развитых мест в мире, как они достигли такого статуса и какой мир они создают. На самом базовом уровне книга задает вопрос: что происходит там, в большом мире? Вопрос, ответить на который оказалось гораздо сложнее, чем я предполагал.

Глава 1. Одаренный ученик

Экспансия

Летом 2000 года Дэвид Валлерстайн, энергичный 25-летний консультант южноафриканского конгломерата Naspers, отправился в Шэньчжэнь на встречу с Ма Хуатэном, 29-летним соучредителем китайского интернет-стартапа, разработавшего онлайн-чат QQ – китайскую версию ICQ, популярного мессенджера от AOL для персональных компьютеров. QQ, запущенный в 1999 году, приобрел огромную популярность среди китайской молодежи, только начинавшей пользоваться интернетом, и за год привлек миллион пользователей – и это в стране, где доступ к Сети имели всего около 22 млн человек. В распоряжении Валлерстайна была внушительная по тем временам сумма в 100 млн долларов, которую Naspers выделил для инвестиций в формирующуюся интернет-экономику Китая. Он ехал в Шэньчжэнь с весьма убедительным предложением о покупке молодой компании Хуатэна.

Валлерстайн привык к успешным встречам в Китае. Страна все еще была бедной, средний житель зарабатывал менее 100 долларов в месяц, иностранные инвестиции были редкостью, а сама идея технологического стартапа воспринималась как малопонятная диковинка. Валлерстайн с его 100 млн долларов обычно был желанным гостем, куда бы он ни пришел. Но не в этот раз. После обмена любезностями и короткой встречи Ма Хуатэн, также известный как Пони Ма, вежливо сообщил Валлерстайну, что его двухлетняя компания Tencent не продается. Спасибо, что пришли, и до свидания.

Валлерстайн опешил. Раньше он ни с чем подобным не сталкивался. Но он проделал весь путь из Пекина не для того, чтобы его просто отправили обратно. Не испугавшись отказа, он пригласил Хуатэна и его четырех соучредителей на ужин в тот же вечер, где, как гласит легенда, все сильно напились. На следующее утро он вернулся в офис Tencent, чтобы представить новое предложение о том, как две компании могли бы сотрудничать. Потребовался более чем год ухаживаний, прежде чем Хуатэн наконец согласился и продал половину Tencent компании Naspers за 34 млн долларов[17] – смелая инвестиция для того времени и места, затмившая даже ставшую легендарной ставку Softbank в 20 млн долларов на Alibaba, сделанную всего годом ранее.

После заключения сделки Валлерстайн, калифорниец по рождению, выпускник Вашингтонского университета и Беркли, в свободное время играющий на рок-гитаре, стал первым иностранным руководителем, нанятым Tencent. Он оказался первым человеком за пределами пятерки основателей, вошедшим в высшее руководство компании. На тот момент трехлетняя компания насчитывала всего 45 сотрудников и имела единственный продукт – QQ, который только-только начал приносить прибыль. «В первые годы я часто выступал с речами, чтобы воодушевить команду, убедить компанию, что однажды мы сможем стать международным брендом и участником глобальной экономики, – рассказывает мне Валлерстайн, предпочитающий работать из переоборудованного под офис церковного здания в Пало-Альто. – В 2000 году такие идеи казались совершенно фантастическими. Думаю, даже после нашего выхода на биржу мы все еще не до конца осознавали, что можем играть какую-то роль или оказывать влияние на международных рынках»[18].

В свои пятьдесят Валлерстайн посвятил ровно половину жизни компании Tencent. Долгое время он был самым высокопоставленным американцем в руководстве компании, а сейчас остается американцем с самым длительным стажем в высшем эшелоне этого бизнеса. Он один из немногих западных специалистов, подхваченных волной невероятного взлета Tencent и Китая – от практически полной неизвестности до абсолютной значимости во всех технологических сферах за невероятно короткий срок – всего 25 лет. На пике своего развития, в начале 2021 года, Tencent с рыночной капитализацией, приближавшейся к 1 трлн долларов, была самой дорогой компанией Азии. Ранняя инвестиция Naspers в 34 млн долларов выросла до более чем 200 млрд долларов, став одним из самых феноменально успешных вложений в истории капитализма – корпоративным эквивалентом выигрыша в лотерею Powerball.

Naspers начиналась как скромный газетный бизнес в Стелленбоше, Южная Африка, в 1915 году и большую часть XX века занималась изданием газет и журналов на языке африкаанс[19]. Эта единственная инвестиция в малоизвестный китайский стартап, инициированная 25-летним консультантом, превратила ее в глобальный интернет- и медиагигант, который в определенный момент прорвался в ряды 100 самых ценных компаний на планете, соперничая на равных с такими технологическими лидерами, как Amazon, Netflix и Facebook. Доля Naspers в Tencent, составляющая практически всю стоимость компании, сделала ее – с большим отрывом – самой ценной компанией на всем Африканском континенте.

Каким образом Tencent удалось так вырасти за такое короткое время? В первые годы рост компании практически полностью обеспечивался ее десктопным мессенджером QQ. Первый продукт компании, которым до сих пор пользуются 800 млн человек, обеспечил ей капитализацию «всего лишь» в несколько миллиардов, но не в сотни миллиардов долларов; принес известность в масштабах Китая, но не мирового рынка. Стремительный рост компании начался более чем через десятилетие после ее основания, когда она переключила фокус с настольных компьютеров на мобильные устройства. В 2011 году она запустила WeChat – ориентированное на смартфоны суперприложение, которое вывело Tencent и китайский интернет-опыт на совершенно новый уровень. WeChat объединяет функциональность Facebook, WhatsApp, Uber, Instagram и различные другие платежные и розничные функции – все, что пользователь может захотеть делать в интернете на смартфоне, собрано в одном приложении. С помощью WeChat Tencent контролирует самый важный цифровой сервис на крупнейшем в мире цифровом рынке. Почти каждый – и речь идет буквально о каждом – житель Китая использует его. WeChat настолько важен для повседневной жизни в стране, что смартфон без флагманского продукта Tencent для среднего пользователя стал бы практически бесполезным.

Первая должность Валлерстайна в компании называлась «руководитель международного направления». Он свободно владел английским и мандаринским диалектом китайского, приобрел ключевой жизненный опыт в США, Азии и Африке и делил свое время между Западным побережьем и Китаем. Поэтому было вполне естественно, что его роль заключалась в том, чтобы стать мостом между Tencent и внешним