Она мне (не) чужая - Елена Владимировна Попова (ХЕЛЕН)

А потом обращает свой такой же нежный взгляд другому «солнцу»…

Как мужчины это делают? Как?

Несколько минут после разговора Алиса пыталась прийти в себя, чтобы двигаться дальше.

Домой она точно не собиралась ехать. Знала: для начала нужно остыть и понять, как правильно поступить дальше.

Роман не из тех людей, кто будет церемониться. Алиса прекрасно помнила, чем мог обернуться для нее скандал, который произошел в их семье два года назад, и была уверена, что в этот раз муж поступит точно так же.

― Я никогда этого не делала, но сейчас просто обязана поехать туда, ― проговорила она и, отыскав в телефоне нужный контакт, набрала номер.

Глава 3. Когда впервые ее увидела

6:55

Роддом

Алиса

― Только родилась, а уже сирота при живых родителях… ― прошептала Алиса, стоя возле больничной люльки для младенцев, в которой лежала новорожденная девочка.

Оглядела крохотные ручки, ножки, сморщенное личико, и сердце сжалось от боли.

«Как можно отказаться от такого счастья?..»

Это был не первый ребенок-отказник, которого она видела за все время своей работы, но до сих пор не могла научиться справляться с эмоциями.

Пропускала через себя все, что в будущем ожидало эту малышку: и как будет расти без мамы, и как ей будет не хватать ее тепла, и… как на всех детских утренниках будет грустить, что среди чужих людей не будет родного взгляда.

Вероятно, ей придется расти в детском доме, самостоятельно переживать подростковые трудности и первую влюбленность.

Алиса всем сердцем надеялась, что этой малютке повезет, и ее возьмут в хорошую семью.

― Дай бог, чтобы у тебя не сложилось так, как было у меня, ― прерывисто вздохнула она и, положив руку на люльку, задержала печальный взгляд на крохе.

Она не понаслышке знала, каково это ― расти без родителей. Родная мать Алисы, точно так же, как и эту малышку, оставила ее в роддоме.

Никогда о ней ничего не слышала. Знала только, что мать родила ее в семнадцать.

Алиса до четырнадцати лет жила в детском доме, а потом ей выпал счастливый билет. До сих пор помнила, как в детдоме сменилось руководство, пришла новая заведующая и сразу прониклась к ней, после чего забрала в свою семью.

Анна Витальевна стала ей как мать. Именно благодаря ей Алиса в восьмом классе взялась за ум, закончила школу с отличием, затем поступила мединститут.

Вот только Романа она как-то сразу не приняла.

― Зачем тебе мужчина с годовалым ребенком? ― твердила она. ― Ты молодая, красивая, умная. Выйдешь замуж и создашь свою семью.

― Его дочка считает меня мамой, ― упрямо отвечала Алиса. ― Ты понимаешь, что я люблю ее как родную? И его люблю! Это же мой единственный шанс, Анечка Витальевна. Единственный шанс обрести полноценную семью. Я детей хочу, а своих у меня никогда не будет.

― Будь проклят этот гаденыш! ― плевалась Анна Витальевна. ― Чтоб ему всю жизнь пусто было!

С такой ненавистью она говорила о бывшем молодом человеке Алисы. Третьекурсник Влад Громов был старше на два года и понравился ей с первой встречи. Их отношения вспыхнули, как бенгальский огонь, когда Алиса только-только поступила в мед.

Красивые ухаживания, свидания, романтические прогулки, путешествия ― всего этого было сполна за счастливые три года отношений.

А потом Алиса забеременела…

Влад стал меняться на глазах. Из заботливого и любящего мужчины превратился в деспота. Все ему не нравилось: и что Алиса стала меньше уделять ему внимания, и что поправилась на пару кило.

Он стал просто невыносимым. Раздражался по любому поводу, выводя из себя беременную невесту.

Итог: выкидыш на четырнадцатой неделе.

И приговор врача:

«К сожалению, во время операции возникли серьезные осложнения. Вы больше не сможете иметь детей».

Тогда ей пришлось проделать очень долгий путь, чтобы прийти в себя и попробовать снова начать жить.

Отношения с Владом были разорваны. Слава богу, к тому моменту он уже выпустился из института и она больше никогда с ним не виделась.

Но память о нем и последствия их отношений останутся с ней навсегда.

С тех пор Алиса не надеялась услышать в свой адрес ласковое слово «мама». Все подруги выходили замуж и обзаводились детьми, а ей ничего не оставалось делать, как уйти с головой в работу.

Из-за личной душевной трагедии она стала отличным врачом. Сейчас коллеги, наблюдая за тем, как она проводила сложные операции, приходили в полнейший восторг.

«Алиса Алексеевна, вы просто гений! Я думала, что эта роженица обречена, но вам не только удалось спасти ребенка, но и сохранить ей матку!»

Зная, каково это потерять возможность иметь детей, Алиса выкладывалась на подобных операциях по полной.

Молодого, но невероятно опытного доктора сейчас звали и в частные московские клиники, и в Питер, и в крупный перинатальный центр в Сочи.

Роман высоко оценивал ее профессионализм, гордился, но и нередко говорил, что она слишком мало времени уделяет семье.

― Диана скоро начнет называть мамой свою няньку. Сколько еще будут продолжаться твои ночные дежурства? У нас дочь растет, а ты ее почти не видишь. Из садика забирает няня, гуляет с ней няня, кормит ее тоже няня. Алис, давай, завязывай. Ей ты нужна, а не чужая тетя.

«Может, поэтому он стал мне изменять?.. ― подумала Алиса. ― Я ведь и правда зашиваюсь. Домой прихожу выжатая, как лимон, за собой следить тоже совершенно нет времени и сил. Разве успешному бизнесмену нужна такая измотанная жена?»

Но несмотря на занятость, Алиса знала, что была для Дианы хорошей и заботливой мамой. Все свободное время она проводила с дочуркой, разговаривала с ней на важные темы, засыпали всегда в обнимку, обсуждали мальчишек в садике, и обожали по выходным устраивать шопинг.

Она души не чаяла в своей маленькой моднице. Любила ее всем сердцем. Как свою, родную.

― Вот такой я ее впервые и увидела, ― улыбнулась она, глядя на малютку, и вспомнила, как присутствовала на рождении Дианы будучи еще интерном.

В ту ночь после серьезной аварии в роддом привезли девушку на тридцать шестой неделе беременности. Алиса, наблюдая за тем, как проходила операция, безумно переживала за будущую маму и ее малыша. Молилась, чтобы обе выжили.

Но… в аварии девушка получила сильные травмы и умерла на операционном столе прямо во время кесарево.

Эта была родная мама Дианы.

Молодая,