Гарри Поттер и стрела Судьбы - Артем Всеволодович Туров

– А она-то тут каким макаром?

– Так я же говорю, что те, кто не могли контролировать себя, тупо дохли. Так что соответствующие подростковые гормоны в нас проснутся чуть позже.

– Ты, я смотрю, довольно неплохо подкован в этом вопросе?

– Бабушка провела со мной беседу несколько дней назад.

– Это та бабушка, которая из картины?

– Ага.

– Понятно. Я рад, что ты проговорил со мной об этом прямо.

– Думаю, так было правильнее.

И на этом в чем-то даже душевная беседа могла бы закончиться на позитивной ноте, но этот идиот решил оставить последнее слово за собой, так что задал по его мнению очень каверзный вопрос.

– Насчет этой магической помолвки. То есть если помолвлен, то значит, хочешь или нет, то в какой-то степени полюбишь своего партнера. Я ведь прав?

Увидев мой кивок, он продолжил.

– То есть, если бы скажем моя дочь была бы помолвлена скажем на сыне нашего недавнего делового партнера, то в итоге у нее была бы счастливая семейная жизнь?

Язык мой, враг мой. Об этом я знаю давно. Но смолчать на это высказывание, тем более на недосказанности, я уже не мог. У меня чуть не сорвало крышу на самом деле.

– Не совсем. Вы не учитываете парочку нюансов с психологией.

– С психологией?

– Ага. Именно. Слышали когда-нибудь, что власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно?

– Слышал.

– Вингардиум левиоса, – я заставил бутылку виски взлететь над столом. – Так вот, у магов есть власть над гравитацией, стихиями и так далее. Не абсолютная власть, конечно, но развращает прилично. Это, во-первых. Во-вторых, я учусь на факультете Гриффиндора. На словах, храбрость и благородство звучат красиво. Но, к сожалению, мы живем не в мультиках. На деле, девяносто девять процентов работников силовых структур маг Британии выходцы именно с нашего факультета. И самые лучшие наемники магической Европы тоже оттуда. Теперь, когда мы выяснили что я отмороженный тип с сомнительными моральными качествами, отвечу на ваш вопрос. Если кто-то посмотрит в сторону моей Гермионы, то я вот этим луков застрелю весь его род до пятого колена, не щадя женщин и детей. Так что счастливой семейной жизни с другим не получиться.

Мы минут пять буравили друг друга взглядами, пока в комнату не вернулись женщины. Подозреваю, что моей девушке ждет тяжелый разговор с отцом после моего отъезда. Но смолчать я буквально физически не мог.

Этот… этот… не хочу материть отца моей любимой, но в общем этот мистер Грейнджер буквально намекал, что у его дочери может быть нормальная жизнь с нормальным человеком, а не вся эта магическая чепуха вдали от дома. И в чем-то я его даже могу понять, ведь мужик понимает, что с каждым днем его дочь все больше отдаляется от них, буквально уходя жить в совершенно другой мир, где им с женой может не найтись места.

Понимаю, но можно же было именно в этот момент смолчать и не портить настолько хороший вечер. На Гриммо я вернулся в довольно скверном настроении. По ходу дела я не имею права отметить хорошо ни один день своего рождения. Наверное, какое-то проклятье, или что-то вроде того.

Глава 18

После ухода своего парня Гермиона Грейнджер лишь мельком глянула на подарок для своего парня, который тот демонстративно оставил у них дома, не взяв с собой, и сдерживая слезы, не говоря ни слова, поднялась в свою комнату.

Конечно же ее родители не могли не заметить состояние своей дочери, так что через несколько минут родители постучались в дверь комнаты, и не услышав ответа зашли, чтобы застать свою дочь тихо сидящей на кресле с красными глазами и с бледнотой.

– Дорогая, что случилось?

– Ничего такого мама. Все нормально. Не могли бы вы оставить меня? Мне нужно подумать.

– И все же милая, – вступил в разговор Ден Грейнджер, – мы бы хотели узнать, почему ты в таком состоянии. Очевидно, что ты не в порядке.

– Это были его первые свечи?

– О чем ты?

– Я ведь рассказывала, что опекуны Гарри ужасно обращались с ним?

– Да. Хотя я мы до сих пор не можем в это поверить.

– И все же. За всю свою жизнь он впервые задувал свечи сегодня. Очевидно, что никто никогда не праздновал его день рождения. Я просто хотела, чтобы у него наконец-то был хотя бы один хороший праздник. И все было идеально, пока мой отец не стал ненавязчиво интересоваться у моего парня, как можно от него избавиться.

– Дорогая, твой отец не хотел намекать ни на что подобное. Завтра мы поговорим с ним, и…

– Не будет никакого завтра. Он больше никогда не войдет в этот дом, и я не могу его винить за это. А знаешь почему у него не было хороших праздников?

– Ну ты сказала, что его родственники…

– Нет. Почему он вообще попал к родственникам? Знаешь почему?

– Потому что его родители погибли. К чему ты ведешь?

– Есть такой артефакт. Он называется книгой Хогвартса. Когда на территории Великобритании рождается волшебница или волшебник, в книги появляется запись с именем и адресом, так что директор Хогвартса и в министерстве магии могут узнать об этом.

– Логично. Вот как они узнали о тебе?

– Именно. Во время войны, сторонники темного лорда имели доступ к этим данным, поэтому пожиратели смерти имели доступ к адресам маглорожденных детей и нападали на них. Пока новорожденная Гермиона Грейнджер спокойно лежала в этом доме, возможно в этот момент уже беременная Лили Поттер вместе с мужем дежурили за окном в один из ночей, охраняя ее покой. И если бы в последствии семейная пара Поттеров не принесли бы себя в жертву и не победили бы темного лорда, рано или поздно до нашей семьи добрались бы пожиратели смерти. Рассказать вам, что бы с нами было?

– Дорогая, не думаю, что нас ждало бы что-то хорошее, да и откуда бы тебе знать.

– Я читала старые газетные вырезки. Конкретно тебя мама, подчинили бы при помощи непростительного заклинание империус, а дальше, я думаю ты и сама все понимаешь. О отца заставили бы на это смотреть. А потом, просто ради забавы, наверное, они заставили бы вас обеих