Чужая мама - Николь Келлер

внешности: у него слегка вьющиеся светлые волосы, светлые глаза, окруженные изогнутыми пушистыми ресницами, прямой орлиный нос и пухлые, как у модели, губы. Дима высок и обладает высоким спортивным телосложением, которым, видно не вооруженным глазом, очень гордится.

— Оригинальный способ подкатить к девушке, — усмехаюсь, пригубив сок.

— Просто действительно давно за тобой наблюдаю, а тебе как будто невесело.

— Ты ошибаешься. Мне очень даже весело.

— Особенно с соком на пару, — кивает головой, указывая на стакан в моих руках.

— Имеешь что-то против трезвого образа жизни? — скептически поднимаю бровь.

— Нет, абсолютно. Сам его придерживаюсь. Просто имел в виду, что скучно, потому что компания не подходящая, — пожимает плечами, не сводя с меня взгляда.

— И что же ты предлагаешь делать?

— Предлагаю ее сменить и просто отсюда свалить, — довольно улыбаясь и оглядывая меня с интересом, сообщает Дима.

— А давай свалим! — неожиданно для самой себя соглашаюсь и встаю с места.

Дима берет меня за руку и выводит из ресторана, идя на выход широким шагом.

— И куда мы идем? — интересуюсь, шагая рядом и наслаждаясь теплым вечерним летним воздухом.

— Это так важно? — Дима бросает на меня мимолетный взгляд, улыбаясь краешком губ.

— Ну, я просто не совсем люблю неожиданные сюрпризы. Например, когда тебя поздно вечером везут куда-нибудь в неизвестном направлении из города….

Дима заливисто смеется, заражая хорошим настроением и меня. Улыбаюсь, мигом расслабляясь и про себя отмечая, что здорово, что я решилась уйти пусть и с незнакомым парнем с этого праздника жизни.

— А мне кажется, что неважно куда идти, главное, вдвоем.

Я не могу не согласиться.

Мы гуляем с Димой всю ночь, держась за руки. Потом он, как истинный джентльмен, провожает меня до дома и целует на прощание. А у меня, неопытной в таких делах, крышу сносит от этого поцелуя, и вот в голове уже пляшут розовые слоники.

К моему удивлению, но мы встречаемся с Димой на следующий день. Просто гуляем, общаемся, идем в парк аттракционов и дурачимся, беззаботно проводя время.

А потом на следующий день. И еще. И еще. И вот мы уже не можем дышать друг без друга. Все свободное время проводим вместе, а если расстаемся, уходя на работу или учебу, то постоянно созваниваемся и переписываемся.

Летит время. Я порхаю на крыльях любви во уже много-много месяцев. Каждое утро боюсь проснуться. Мне кажется, что может настать день, когда я распахну глаза, посмотрю на Диму и пойму, что чувства угасли, притупились, и осталась одна рутина.

Но все наоборот. С каждым днем, просыпаясь и глядя на любимое лицо, понимаю, что люблю его все крепче и крепче. Так, как, кажется любить невозможно.

Я могу с уверенностью заявить, что я — самая счастливая женщина на свете. У меня есть потрясающий любимый мужчина, любимая работа — я недавно закончила ординатуру и получила место хирурга в больнице и теперь лечу детей. Разве можно желать большего?!

Я заполняю карточку после операции маленького мальчика, как дверь ординаторской распахивается и… сначала вплывает букет на ножках, а потом входят счастливые, широко улыбающиеся коллеги.

— Так как моей возлюбленной почти никогда нет дома, — говорит «букет» голосом Димы, — то приходится поступиться некоторыми планами и желаниями. Учти, Вера, что в том, что у нас не будет ресторана с видом на Москва-реку и романтического ужина, виновата ты и только ты. Вернее, твой трудоголизм.

— Я же не виновата, что малыши нуждаются во мне, — оправдываюсь со смущенной улыбкой. — Дима, что происходит? По какому поводу цветы?

— Я очень хотел бы сказать, что повода никакого нет, и я принес этот огромнейший букет эквадорских роз просто так, но это будет неправдой. Ты сама как-то говорила, что очень подружилась с коллегами, и они стали тебе второй семьей. И поэтому, — любимый берет паузу, опускаясь на колени. У меня тут же подкашиваются ноги и округляются в удивлении глаза. Кто-то из врачей даже шмыгает носом украдкой. — Я в присутствии второй твоей семьи прошу у тебя стать моей женой.

Я прижимаю ладони к горящим щекам, не веря своим глазам. И ведь даже намека никакого не было! Мы ни разу не разговаривали о нашем будущем, о том, что надо узаконить наши отношения и перейти на новый этап. Нет. Мы просто проводили любую секунду вместе, живя здесь и сейчас.

И вот теперь Дима стоит, преклонив колени, с охапкой алых роз в одной руке и бархатной коробочкой в другой. И весь мой коллектив замер в ожидании моего ответа.

— Да, конечно, да!

Кидаюсь на шею любимому, сама прижимаясь в поцелуе к его губам. Господи, спасибо тебе за такого замечательного мужчину, что однажды просто подошел и предложил мне сбежать от всех. А потом и вовсе украл меня и забрал себе.

Свадьба у нас скромная: с моей стороны только мама, Света, пара институтских подруг и две близких коллеги. Со стороны Димы тоже только его родители, друг и пару коллег. Мы не хотели пышного торжества, все же это праздник для двоих.

Откровенно говоря, свадьбу я помню плохо. Не помню, что нам желали, говорили гости. Мы с Димой не сводили друг с друга глаз. И я навсегда запомнила его фразу, сказанную шепотом на ухо во время медленного танца:

— Что бы ни случилось, я всегда буду рядом…

Жалко только, что произнесена она была несколько поспешно…

После свадьбы мы стали жить в квартире, оставшейся мне от бабушки. Вернее, нам от бабушки осталась огромнейшая квартира в центре, но мы ее продали, и мама, поделив деньги пополам, купила нам со Светой по небольшой квартире в более отдаленном районе.

Спустя чуть больше двух месяцев утром я чувствую себя неважно. Меня все раздражает и тошнит от абсолютно любых запахов пищи. Слегка прикинув в уме, иду в ванную. А спустя пять минут выхожу оттуда растерянная, с небольшим предметом в руке.

— Любимая, что у тебя там? — раздается голос мужа с кухни. — Все в порядке?

— Я даже не знаю… — отвечаю рассеянно, не сводя взгляда с крепко зажатого теста.

— Что случилось?

— Ребенок. У нас будет ребенок, — со счастливой улыбкой сообщаю мужу.

Дима в порыве крепко прижимает меня к себе и горячо шепчет:

— Ты сделала меня еще более счастливым. Хотя, казалось, дальше уже некуда…

Но позже эти «две полоски» перевернут мою жизнь с ног на голову…

Глава 41

Вера

Сказать, что я счастлива — ничего не сказать. Я обожаю детей, именно поэтому и стала работать детским врачом, чтобы спасти