Девочка из глубинки. Книга 1 - Слава Доронина

наверное, вмиг становятся пунцовыми. И какую-то мою часть «щедрость» точно раскрепостил, раз пошлые картинки предстают перед глазами после его реплики. Но и это я тоже не смогла осуществить в моменте. Вроде и ничего такого. Легкая провокация. Но… иногда наша интрижка потреблением каким-то отдает, а не романтикой. Вот днем это точно оно было. А сейчас… как будто иначе.

— Хорошо, поехали, — выпаливаю, отрезая все эти глупые мысли, сравнения и ассоциации. Какая к черту разница, как это выглядит со стороны, если мне на самом деле приятно внимание Демьяна.

Да-да, и в отдел женского белья его заведи, — трепещет от восторга Миша, пока Мишель с ужасом забилась в угол от нас двоих и сеет смущенный хаос и неуверенность. А я не знаю, кого слушать. Точно, святая троица.

Мы паркуемся у какого-то здания с непримечательной вывеской. Снаружи оно не выглядит как что-то особенное. Никаких ярких букв, свет внутри приглушенный, я бы даже сказала умиротворяющий.

Переступаю порог бутика, и в нос ударяет запах цитруса и дорогого дерева. Это так вкусно, что даже немного начинает кружиться голова. Консультант, тонкая, вылизанная девушка, как будто ее саму только что сняли с витрины, идет к нам навстречу.

— Здравствуйте.

Ее улыбка становится шире, когда Демьян дает ей свою визитку. Пробежавшись по ней глазами, она приглашает его присесть на диван, сделать кофе.

«Щедрость», скинув куртку, бросает ее на спинку.

— Да, мне двойной эспрессо, пожалуйста, а моей спутнице, — кивает Демьян на меня, — подберите несколько образов. Вечерний, городской и… что-то базовое. Без перегруза, чтобы ей было комфортно и по возрасту.

Я сглатываю. От слова «по возрасту», которое он намеренно подчеркивает. Как не крути, но эта разница между нами заметна.

— Конечно, — мило отвечает девушка и сосредоточивает на мне внимание.

Смотрит, наверное, с полминуты, затем идет сделать кофе для «щедрости», а потом исчезает между вешалками. Через пять минут возвращается с охапкой вещей.

— Примерочные там, — кивает она.

Вот так быстро? И на глаз определила мой размер, что мне подойдет?

Неуверенно смотрю на Демьяна, но он лишь попивает кофе мелкими глотками и ведет подбородком в сторону, куда направляется консультант.

— Иди, Миша, — коротко изрекает он.

Я беру первое платье, захожу в кабину. Закрываю занавес, делаю вдох. Облачаюсь и смотрю на себя в зеркало. Сначала даже не узнаю. С прямыми плечами, с талией, которая на секунду кажется нарисованной и такой тонкой. Цвет бутылочного стекла подчеркивает глаза и явно уж не делает меня младше. Что-то потрясающее…

Пару минут стою истуканом у зеркала и не решаюсь выйти и показаться Демьяну. А если бы еще стрелки нарисовать и губы накрасить… — нашептывает Миша. — Будешь выглядеть дерзко, сексуально и будто старше. То, что нужно.

Отодвигаю занавеску, делаю шаг. Демьян сидит на диване с чашкой в руке, листает какой-то журнал. Медленно поднимает взгляд, начиная с щиколоток. Смотрит выше. И в глазах вспыхивает огонь.

— Повернись, — говорит, ставя чашку на столик.

От интонаций его голоса по телу проносится легкая дрожь. Я думала, это скучное мероприятие, а оказывается… не совсем.

— Нравится? — наконец подаю голос.

— Берем, — отвечает он хрипотцой. — Следующий образ.

Я почти бегу обратно за занавес. Снимаю платье, стараюсь не думать о его взгляде и игнорировать мурашки на коже.

Новый комплект — джинсы, белая футболка и мягкий пиджак графитового цвета. Я натягиваю их и неожиданно ловлю кайф, когда опять смотрю на себя в зеркало. А ещё от того, что на одежде нет ценника. Хотя полагаю — он космический.

Демьян и этот образ одобряет.

Консультант приносит еще вещи: топы, второе платье, кроссовки, босоножки. Я переодеваюсь, меряю, меняюсь. «Щедрость» все спокойно оценивает и с комплиментами. Отчего святая троица в экстазе. Особенно Миша — она, как дорвавшийся до богатств падишах, мучает несчастную антилопу и просит: «Ещё, ещё, ещё. И комплиментов тоже!» И представляет, что расплату за все это «щедрость» потребует в натуральном эквиваленте. Дурочка.

В какой-то момент Демьян отходит в сторону с телефоном в руке. Голос у него меняется, становится ниже, мягче, с паузами. Не его привычное «по делу», а будто разговаривает с кем-то близким. Я слышу лишь обрывки фраз. И чувство, что он сейчас с девушкой общается. Сердце неприятно ёкает. «Не твое дело», — повторяю себе под нос. Но тут же всплывает разговор с Мариной и мои догадки, что я, возможно, в любовный треугольник попала, не дают покоя. Что если действительно так? Хотя нет, исключено. «Щедрость» хоть и красавчик, но на изменника-ловеласа мало похож. Правда же?

Демьян возвращается через минуту. Лицо спокойное. Улыбается, глаза опять горят, когда на меня смотрит.

— Все? Готово?

— Да. Набрала вещей на год вперед. А то и на два, — показываю на ворох одежды, которую консультант несет на кассу.

Мы тоже к ней направляемся. Там уже стоит пара. Они пришли позднее нас, и с женщиной у примерочной я пересекалась, когда выходила к «щедрости». Она была постоянно чем-то недовольна, отчитывала персонал. Ее спутник — лет сорока пяти, в дорогом костюме, стоит рядом с таким же кислым лицом, как и у нее.

— Я же говорила, мне это не нужно, — громко и недовольно произносит она, берет в руки какой-то цветной платок и трясет им. — Зачем ты его положила? Что за невнимательность!

— Извините, — произносит девушка и убирает его.

— А это, — показывает на какой-то кусок тряпки.

— Вы в последний момент попросили отнести на кассу…

— Я не просила! Ты чем вообще слушаешь?

Мужчина, стоящий рядом с ней, нервно закатывает глаза и достает карту.

— А это? — продолжает она.

— Оставьте, я все оплачу, — говорит он консультанту.

— Что значит «оплачу»? Я это не буду носить! За что ты собираешься платить? Ты потакаешь рассеянности персонала. Сейчас же позвоню Елизавете и попрошу ее уволить, — тычет пальцем на побелевшую бедняжку.

Мужчина с невозмутимым видом прикладывает карту, забирает пакет и идет на выход.

— Игорь, ты специально меня дурой выставил⁈ — разворачивается она и, гневно стуча каблуками по плитке, направляется за ним.

Парочка выходит, их голоса стихают.

— Наличные или карта? — спрашивает кассир, возвращая меня в реальность.

Отвожу глаза от входа, все еще находясь под впечатлением от увиденного. Не особо приятным. Страшно подумать, что лет через десять могу стоять так же, трясти каким-то платком и вымещать свою злость на чужих людях. А мой мужчина при этом будет смотреть на меня с подобным безразличием и скучающим выражением лица.

— Карта, — говорит Демьян и все оплачивает.

Консультант помогает сложить все по пакетам и провожает нас с натянутой улыбкой.