Князь Медведев. Сила рода - Вячеслав Николаевич Уточкин

— Ну ты мастер, — воскликнул тот. — Так точно вычертить — это мощно.

Через пару часов мы стояли на месте. Блудов сложил правую руку в мудру, и песок стал растекаться в разные стороны. Яма углублялась. Его работа вызывала восхищение. Так точно работать с энергией — высший пилотаж.

Углубившись на полметра, он сложил левую руку в мудру воздуха, и осколок бирюзового камня неправильной формы лёг у наших ног.

Блудов убрал его в инвентарь.

Мы замерли в ожидании портала обратно. Через пять минут молча опустились на песок.

— Нам здорово не повезло, — снова приуныл Блудов.

— Пояснения будут?

— В этом проколе остались живые чудовища. Пока всех не перебьём, арка портала не появится.

Сидеть и страдать я не любил и в прошлой жизни. А в этой времени не было. Направился к воздушному шару.

— Ты куда? — вскинулся Блудов.

— Осмотрюсь, — ответил я, залезая в корзину.

Через час мы снова сидели на песочке в глубоких раздумьях. Я насчитал больше ста островов. Плюс, в воде плавали существа размером с синего кита.

Глава 15

Рысев

Блудов, выдав нецензурное выражение, просто откинулся на песок в позе морской звезды. Я сидел, пытаясь найти выход из той глубокой тёмной дыры, в которую мы угодили. Попытка выйти в астрал не удалась. Зато перед глазами высветилась иконка осеннего парка. Видимо, так Алиса приглашала меня в гости.

Решив использовать эту возможность, задумался о подарке. Идти в гости к Алисе с пустыми руками было нежелательно, тем более, я рассчитывал взять в нагрузку Блудова.

Вскочив, отправился к воздушному шару. Блудов даже не дёрнулся, видимо, думал.

Проводя разведку, я заприметил остров, усеянный цветами протея. В прошлой жизни, будучи на островах Океании, я поражался их размерами. Этот цветок похож на огромное воздушное пирожное в упаковке из розовых острых листьев.

Остров цветов встретил меня безумным смешением запахов. Зависнув над полянкой, заросшей протеями, я почувствовал, как организм начинает наполняться энергией. Мир вокруг перестал быть враждебным. Он с готовностью принимал меня в свои объятья. Завораживающе красиво смотрелась картина, где балдеющего от счастья ящера, похожего на гигантского крокодила, медленно поедали кувшинки Непентес Раджа.

Шар, повинуясь моим командам, ринулся в направлении этих милых цветков. Появившаяся рядом дракоша закружила причудливый танец вокруг моей головы и выдохнула омерзительный запах. Я перегнулся через бортик, и мой организм занялся самоочищением.

Мир хрустального счастья пошел трещинами и, расколовшись, показал своё неприятно мерзкое нутро.

Надпись перекрыла страшную картину трапезы хищных растений:

Вы отступили на один шаг из шести на тропе Силы Духа

Убрав надпись, я с кривой улыбкой поприветствовал дракошу.

— Уф, сработало, — выдохнула дракоша, на это раз без запаха. — Ты куда забрался? Даже у меня от феромонов счастья мозги плавятся.

— А ты как здесь вообще оказалась? Я точно помню, что не призывал фамильяров.

— Так Потапыч неожиданно почувствовал смертельную опасность. Но сам переместиться не смог. Мал ещё, — тут она опустилась мне на плечо и приняла горделивую позу. — А я взрослая девочка. Гуляю где хочу. Так чего ты сюда полез?

— Букет хотел собрать.

Дракоша удивлённо посмотрела на меня:

— Это кто ж тебе так насолил, что ты ей такую пакость подарить решил?

— Я не этих хищников нарвать собирался. Вообще, странно. На меня не должны действовать ни яды, ни ментальные атаки.

— Так здесь нету ни ядов, ни ментала. Тут только всё лечебное. Запах этих цветочков, наоборот, улучшает состояние организма и дарит кусочек счастья, просто зашкаливающий, — просветила меня дракоша.

Она помогла собрать протеи и смылась к Потапычу. Я вернулся на наш остров. Блудов всё так же валялся на песочке. Увидев у меня в руках букет, он страшно удивился:

— Ты зачем цветы принёс?

Моя фраза, что мы идем в гости к даме, вообще выбила его из колеи. Пришлось вначале подробно всё рассказать и объяснить. Наконец Блудов дал добро на столь экстравагантный эксперимент.

Взяв его за руку, я активизировал значок приглашения в мир Алисы.

Возле пустой скамейки перед оградой парка стояла золотая клетка с попугаем-метаморфом. Увидев меня, нехорошая птичка начала рассказывать Блудову, какой дрянной человек стоит рядом с ним. Приличными в этой речи были только предлоги.

Увидев, как обескуражен мой товарищ, попугай трансформировался в обнажённую Интарову. Упав на колени, она, рыдая, заголосила:

— Спасите меня, спасите!

Блудов сделал шаг в её сторону.

— А ну стоять, — взревел я, ухватив его за расстегнутый пиджак. — Если эту птичку освободить — сожрёт нас и не подавится.

Недоверчивый взгляд Блудова прервал нежный голос, раздавшийся за нашими спинами:

— Ой, Миша. Ты привёл ещё один подарок?

После этих слов Интарова нервно захохотала, а Блудов попытался выставить защиту. Поняв тщетность этих попыток, как-то настороженно затихарился.

Повернувшись, я выставил перед собой букет.

— Алиса, это тебе! Пусть в яркие краски осени эти цветы добавят сладкий запах цветущего сада, — красиво преподнёс ей подарок.

Алиса приняла букет как самую великую ценность во Вселенной. Её глаза увлажнились.

— Мне никогда не дарили цветов.

Интарова, наблюдая эту сцену, прошипела:

— Сволочь ты, Медведев. — и превратилась в попугая.

Блудов вздрогнул, когда из ниоткуда возникла клумба, в которой мгновенно прижились цветы. Их сладковатый аромат навевал покой и лирическое настроение.

— Мишенька, познакомь меня со своим другом, — прощебетала Алиса.

— Прошу прощения, — обратился я к ней, — Блудов Николай Александрович. Мой напарник по выполнению задания от Стелы. Да и просто хороший человек.

Пока я его представлял, обратил внимание, что он становится всё бледнее и бледнее. Но продолжил:

— Алиса. Создательница этого прекрасного маленького мира. Да и просто прекрасная женщина.

Из клетки донёсся противный голос попугая:

— Ты забыл добавить. Она — одушевлённая проекция нашей планеты.

К этому моменту у Блудова закатились глаза, и он потерял сознание.

Алиса сурово взглянула на попугая. Та сразу заткнулась и спрятала голову под крылом.

— Миша, боюсь, твой друг не сможет долго существовать в моём мире. Он хоть и близок к тому, чтобы стать игроком, но пока не игрок.

— Так ведь и я не игрок.

— Тебе можно. Часть тебя — из другого мира. Как и в случае этого