Магия S-T-I-K-S 5 - Стинго

— Я так понимаю, что нам не свезло повстречать Великого Знахаря со своим боевым гаремом? — горько усмехнулся Ждан, а Ольвия сдавленно охнула, уставившись на меня «квадратными глазами».

— И вновь мимо, — пожал я плечами.

— Вполне возможно. — вновь включил он бесчувственный механизм.

— Но если я ошибаюсь, то в таком случае без гарантии своего освобождения я не скажу ни слова. Можете хоть лоботомию мне сделать, — так же безэмоционально выставил он свой ультиматум.

— Гарантия того, что вы вернётесь в Тортугу целым и невредимым, вас устраивает? — уточнил я.

— Поклянитесь Ульем! — неожиданно потребовал он.

— Какие интересные клятвы вы знаете, — задумчиво ответил ему.

— Клятва?! — потребовал он, а в ментале я отчётливо ощутил флёр из нетерпения, ожидания, дикого азарта, предвкушения и злости.

— Хм… злость, азарт и предвкушение значит, — прошептал я, но расширившиеся зрачки мужчины дали понять, что он меня услышал и всё осознал.

— Видимо, вы меня совсем уж за идиота считаете, — подняв на него взгляд и гаденько ухмыльнувшись, волевым усилием снеся достаточно мощную, но изрядно повреждённую сектантами защиту, я ворвался в его разум.

POV Ждана (где-то на болотах)

— Какие интересные клятвы вы знаете, — слова странного мужчины мгновенно расставили все точки над «i». Мало того, что это та самая группа, что перевернула вверх дном их тихое «болотце» и неожиданно стала той соломинкой, что ломает спину верблюда, так, ко всему прочему, он ещё и умудрился попасть к ним в плен, о чём свидетельствовала его абсолютная беспомощность. И это при его уникальном наборе Даров, позволившем выжить практически в эпицентре ядерного взрыва. Да, многие теперь в «откате» и обновятся не скоро, иначе бы он не позволил сектантам так легко взять себя.

То немногое, что мелькало на периферии его памяти, позволяло примерно воссоздать хронологию последних двенадцати часов.

Атака на Вольный…

Ядерный взрыв…

«Последний шанс»…

Меня должно было телепортировать на границу ближайшей соты из эпицентра взрыва.

Учитывая что здесь бушевало пекло из пламени атомного распада, меня выкинуло достаточно далеко, возможно где-то в районе болот. Но из-за огромного расстояния я оказался настолько слаб, что, если верить словам «пришлого», я оказался аккурат возле логова киллдингов, чем последние наверняка и воспользовались обнаружив его бесчувственное и изломанное тело.

Плен…

Странный зал…

Заунывный речитатив и… боль!

Запредельная боль от казалось бы безобидного «ножика», которым на его лице, два сектанта вырезали свои кабалистические символы.

Потом наступила тьма…

Дальше в памяти идет провал, но видимо меня освободили эти непонятные «рейдеры». Которые совершенно «случайно», оказались в логове незамеченных никем в течении десятка лет киллдингов. Совершенно «случайно» перебили их, и совершенно «случайно» исцелили его далеко не простые раны…

А «случайно» ли???!

Но факт остаётся фактом — он вновь в плену. Плюс ко всему, опознан своими врагами, да ещё с племянницей Райдера.

Эх, ему бы добраться до Тортуги, и там разговор будет уже на его условиях, но сам он туда не дойдёт, тем более в таком состоянии.

Ну же, принимай Договор! Я и сам могу его озвучить. Даже именем Улья! И если я его нарушу, благодаря уникальному Дару «хитреца» откат ударит по сидящему в казематах стаба куску полуживого «мяса», а он, Ждан, выйдет из воды «сухим».

Давай же!

Принимай Договор!

— Клятва?! — прорычал я, теряя остатки самообладания.

Что он там говорит?

— Хм… злость, азарт и предвкушение значит, — от его слов я ощутил, как по скованной параличом спине пробежал табун мурашек размером с рубера.

Он оказался не только невероятно одарённый иммунный, он, ко всему ещё, и способен читать или контролировать эмоции, которые я сейчас так неосмотрительно ему продемонстрировал.

— Видимо, вы меня совсем уж за идиота считаете, — после его слов, всё, что я ощутил, лишь то, как в мой разум врывается чужая воля и, проломив остатки ментальной защиты и оттеснив меня на задворки сознания, принялся копаться в моих самых глубинных воспоминаниях. Даже тех, о которых я старался забыть все эти годы…

Моя память была для него, по сути, раскрытой книгой, которую он листал с небрежностью опытного мозголома.

…Вот мы с братом, два боевых офицера, попадаем в Улей.

Наши первые дни…

Чудовищные твари и двое суток отсидки в каком-то вонючем подвале…

Невероятное, это мы поняли лишь спустя пару месяцев, везение — встретить снабженцев из весьма неблизкого стаба, Колючий.

Адаптация в новых условиях…

Благодаря кадровому голоду мы быстро пошли «в гору» и вскоре уже «вертелись» в высших кругах стаба, что привлекло внимание группы стронгов, курирующих этот район.

Далее следует предложение, от которого невозможно отказаться, и вот мы являемся бойцами отряда, который уходит на разведку в соседний регион. Виной тому слишком рьяное противостояние внешникам и мурам, из-за чего руководству пришлось искать для, порядком увеличившегося отряда, новые «угодья».

Новая местность.

Новые контакты.

Совершенно иные условия, что при желании позволяют стать достаточно весомой Силой. Нужно лишь самую малость: предоставить руководству нужный отчёт.

«Расписав» новый регион как «землю обетованную», руководство принимает решение о массовой миграции.

Не всё проходит как надо, и черноту преодолевают лишь 2/3 отряда. В числе «безвозвратных потерь» оказались некомбатанты, но и парочка тех, кто имел право отдавать приказы, так же остались в сверкающей антрацитом, безжизненной пустыне.

В итоге в этом регионе они с братом оказались на лидерствующих позициях, и хоть их решение принималось со «скрипом», но всё же выполнялись, чем ушлые «братыши» в итоге воспользовались.

Далее шла короткая акклиматизация и расстановка приоритетов: заниматься поиском места под «солнцем» или же отжать жизненное пространство у более слабых?!

Пока судили да рядили, на него, Ждана, «совершенно случайно» вышли представители непуганных стронгами внешников и предложили поучаствовать в одной крайне выгодной афере, обещая солидные дивиденды и далеко идущие перспективы.

Почти год ещё длились эти подковёрные «переговоры и тёрки». На исходе второго года, а конкретнее — двенадцать лет тому, регион, что был относительно спокойным и где различные сообщества жили вполне себе «тихо-мирно», насколько это вообще возможно между постоянно конкурирующими стабами,