Альфа-ноль. Все части - Артем Каменистый

будет целый год. Не знаю, как кто, а я слышал, что даже самые благородные семьи здесь без привилегий. Ну или почти без них. И, наверное, это хорошие правила, раз их за века не поменяли. Послушай себя со стороны, мы даже разговариваем здесь так, как простолюдины. И не напрягает. Разве не заметили? Само как-то получилось, никто нам такую речь не навязывал. Лишь сказали, что много болтать нежелательно, а дальше как-то само по себе пошло. А это означает, что система у них отработанная. И если тебе, Ашшот, нравится чистить котлы, мне не нравится терять баллы. Понял, к чему это сказано?

— Ты чем-то недоволен? — осклабился здоровяк.

— Да, я недоволен тем, что из-за тебя потерял балл. Может, тебе эти единички вообще не нужны, а вот мне пригодятся. И если что-то не нравится, учти, что сегодня ты меня подвел, а завтра я тебе спину не прикрою. Нам тут долго друг друга терпеть придется, ошибка одного может отразиться на всех. А это даже ошибкой назвать трудно, ты ведь специально нарвался. Не делай так больше, Ашшот.

Тот хотел было что-то высказать в ответ, но тут на пороге показался Паксус. Физиономия веселого соседа излучала радость, голосом донельзя довольным он сообщил:

— Я тут у ворот покрутился и кое-что видел.

— Надеюсь, ты видел Хога или другого строгого мастера и тебя оштрафовали на баллы, — буркнул на это Ашшот, недовольный сомнительными выходками Паксуса.

— Не угадал, — еще шире заулыбался весельчак. — Я маленько посмотрел на девчонок наших.

— Каких девчонок? — рассеянно спросил Тсас, все так же увлеченно читающий про похождения величайшего героя.

— Как это каких? Ты что, не слушал, о чем мы тут говорили? Да ты, вообще, в курсе, что сюда принимают не только парней?! — изумился Паксус.

— А, так ты об этом… Да я как-то не подумал.

— Не подумал?! О девчонках не подумал?! Как можно о них не думать! Я вот кроме них вообще ни о чем никогда не думаю. А, ну да, я понял. — Паксус подмигнул и вздохнул с преувеличенным сочувствием. — У тебя, конечно, секса еще не было, вот и не думаешь. А у меня его много было, вот и не могу из головы выбросить.

— Секс — это когда с другим человеком. Получается, у тебя тоже его не было, — рассудительно заявил Огрон.

— А ты, я вижу, свой меч до блеска уже залюбил, — не остался в долгу Паксус. — Ну да, зачем такому самостоятельному парню девчонки. Это ты что, во вранье меня обвинил, да? Так получается?

— Может, обойдемся без ссор? — вмешался я. — Тут Огрон кое-что говорил полезное. Мы ведь действительно друг от друга зависим. Видели, как баллы с каждого сняли из-за поведения Ашшота? Если устроите ссору или драку, не сомневайтесь, снова всем достанется. Так что давайте как-нибудь поспокойнее и повнимательнее будем друг к другу. Не надо нам свары разводить. Если, конечно, не хотите вылететь из школы.

— Да мне баллов не жалко, — повторил Паксус, но уже другим тоном.

— Если быстро вылетишь из школы, твоим родителям будет трудно этим хвастаться, — заявил я. — А таким темпом можно вылететь очень быстро. Так что повторяю: давайте жить спокойно.

— Чак прав, — кивнул Огрон. — Извини, Паксус, я не со зла.

— Да я не в обиде, — отмахнулся весельчак. — Чак, я тоже признаю, ты дело говоришь. Но ты скучный. По тебе сразу видно, что скучный, я суть человека с ходу определяю. И девчонки тебя тоже не интересуют.

— Да, так и есть, — кивнул я. — Все дело в пресыщении. Я недавно долго кувыркался с десятком прекрасных девушек. И это происходило в шелковом шатре, а не в занюханном борделе, где от воздуха можно заразиться дурной болезнью, а от простыни забеременеть.

Паксус состроил удивленную гримасу:

— Ты так это сказал, будто серьезно. Я даже почти поверил.

— Это и было серьезно, — заявил я. — А теперь, раз уж мы решили не ссориться, может, кто-нибудь подскажет, чего нам ждать в ближайшее время?

— Я ничего не решал, — буркнул Ашшот. — И зачем ты такое спрашиваешь? Разве дома тебе не объясняли?

— Разумный вопрос, — кивнул я. — Но давайте определимся: то, что мы могли услышать дома, это устаревшая информация. В школе что-то могло поменяться с тех времен, когда здесь обучались наши родственники. Если у кого-то найдутся самые свежие сведения, это поможет всем нам не нарваться на новые штрафы.

— Разумно, — кивнул Огрон. — Насколько я знаю, первый день — это прием кандидатов. Длится ровно до полуночи, а потом нас сразу начнут жестко прессовать.

— Мне тоже что-то такое говорили, — подтвердил Ашшот.

— А что значит прессовать? — насторожился Тсас.

— Это означает что-то нехорошее, — неопределенно ответил Паксус.

— Насколько знаю, тут каждый раз что-то новенькое придумывают, — снова поделился информацией Огрон. — Без понятия, что они приготовили на этот раз, но смысл всегда один. Нас будут испытывать. Смотреть, на что годимся. Несколько дней продлится эта канитель. Некоторые испытания добровольные, на другие всех без исключения сгоняют. Но так или иначе достанется каждому. Легко не будет.

— Если испытания проваливаешь, баллы снимают? — уточнил я.

— А сам-то как думаешь? — невесело усмехнулся Огрон.

— Да уж, глупый вопрос… — кивнул я.

⠀⠀

В таком духе общались до вечера. Разве что вечно всем недовольный Ашшот больше отмалчивался, а Паксус то и дело устранялся от разговоров, ускользая в сторону ворот, где выслеживал новых учениц, в процессе чего потерял еще пару баллов.

Да уж, насчет того, что он может вылететь в рекордные сроки, я был прав.

Резвый малый.

Мне сейчас приходилось всячески ухищряться, скрывая свою неосведомленность. Увы, книги с точной и многосторонней информацией по школьным порядкам не попадались. Сомневаюсь, что такая литература вообще существует. В аристократических и близких к ним семействах сведения передавались напрямую от старших поколений к младшим при живом общении. Будущие кандидаты годами выслушивали, что их ожидает за стенами этого самого уважаемого учебного заведения.

Моя мать в свое время провела здесь полный год. Она последняя из Кроу, кому это удалось. Вдвойне солидное достижение, если учесть, что от клана и его богатств к тому моменту почти ничего не осталось. Возможно, вложила в учебу последнее. Однако, несмотря на ее стремление воспитать из меня истинного аристократа, она умела оставаться реалисткой там, где ничего другого не оставалось. То есть не сомневалась, что для сына дорога сюда закрыта.

Ну да, если даже каким-то чудом удалось бы меня вылечить, где взять такие средства? Кроу при моей жизни даже обедневшим кланом назвать было сложно, нищета беднейшая. И быстро поправить материальное положение в