Чудовищная алхимия. Том 8 - Борис Фёдорович Тролль

Она прервалась на секунду и выдала:

— В общем, во всем виноваты мужики.

Командир и так был в некоторой прострации из-за своего открытия, а тут еще собеседница начала говорить загадками, и он недоуменно моргнул:

— Какие еще мужики?

В его мыслях тут же возник старый хрыч Бейсин с рыбьими глазами, который что…? Во время битвы заставил Бойню сменить пол, что ли?

Парень мотнул головой, пытаясь избавиться от этого бреда.

— Да самые обычные, — отмахнулась Пирошка и пояснила: — Издревле воинами в основном становились мужчины, просто потому что сильнее от рождения. И следовать за Всемогущей Бойней — женщиной — они не шибко-то и горели желанием. Поэтому культ, по слухам, с разрешения самой богини, немного изменил её изображение. Потом с появлением Выдохов перекос несколько выровнялся. Но возвращать образ никто не стал. Вот, собственно, и вся причина.

Зефир же стоял крайне удивленным. То, чем занимался Брут, когда торговал из своего сарая, было детскими шалостями по сравнению с аферой, которую провернул культ.

— Ты мне сейчас не какой-то особо важный секрет рассказала? — вдруг спросил он.

— Если и так, то кто тебе поверит? — ухмыльнулась девушка и добавила, — ладно, пойдем уже.

Она направилась к лестнице, а задумчивый молодой человек последовал за ней.

Раскрытие личности Бойни, конечно, поражало воображение. Но вот в стройную теорию никак не ложилось. Если Санду выиграла в противостоянии с Бейсином и потом создала свой культ, как победитель, то, когда это вообще произошло?

Насколько командир знал, эта религия была самой старой в мире. Она точно существовала еще до возникновения Выдохов, появившихся примерно полторы тысячи лет назад.

Получалось, что вся эта история с битвой богов произошла в седой древности. Но почему тогда рабы Бейсина повылазили только сейчас? И где они и сам юноша прохлаждались дюжину веков?

Все эти думы вызывали у Зефира одно — головную боль, и он махнул на них рукой. Все равно ничего не было понятно, а тратить время на бессмысленные вещи командир не привык.

Пирошка тем временем провела его по коридору второго этажа и остановилась у двери, в которую постучала.

Ждать долго не пришлось, и уже через несколько секунд появилась Милажена. Она успела переодеться в приталенные серые штаны, подчёркивающие ее крутые бедра, и белую рубашку с закатанными рукавами. Блондинка кивнула и посторонилась, а Зефир со спутницей зашли.

Мила жила скромно — всего одна комната. Кровать, шкаф, тумбочка и небольшой стол. Все выдержано в стиле особняка. Внутри на парочке стульев обнаружились Леопольд и Сесилия.

В общем, проникновение в город прошло успешно, и осталось только дождаться мохнатого.

Тем не менее терять время блондинка не захотела, потому, усевшись на кровать, стала обсуждать с приятельницей, примостившейся у стены, и послушницей единую версию событий, которую они будут рассказывать культу.

Хотя Милажена и считала, что их не станут строго наказывать, но дурочкой не была и решила сразу сгладить острые углы. Однако стоило им начать, тут же встал вопрос о судне, которое сейчас торчало из стены Нисходящего лезвия.

Было бы логично про него вообще не говорить, но тогда они бы не смогли объяснить, как за столь короткий срок преодолели порядка пяти сотен километров.

В итоге, посоветовавшись с парнями, девчонки решили про корабль все-таки рассказать. А Зефира и Леопольда упомянуть, как искателей и союзников, оказавших помощь чемпионам.

Более того, товарищи становились жертвами, так как это мутанты повредили транспорт, в результате чего тот размазался об укрепления.

Командир план одобрил. По его сугубо объективному мнению, в нем даже вранья ни капли не было. Просто немного смещены акценты.

— Тогда идем, — закончив обсуждение, поднялась блондинка с кровати и глянула на обеих девушек. — Не будем тянуть.

Те кивнули и последовали за Милой — при этом вид имели такой, точно идут на эшафот. А Зефир и Леопольд остались в комнате дожидаться мохнатого, который почему-то запаздывал.

Заволновавшийся юноша даже к их связи прибегнул. Но, судя по всему, засранец попросту решил пошляться по городу. И пока было время, командир решил обсудить свое недавнее открытие про Санду и Всемогущую Бойню с другом.

— Обратил внимание на статую внизу? — спросил он у чернявого, усевшись на освободившийся стул.

— Обратила.

— Ага, — раздались в унисон голоса появившихся из ниоткуда брюнетки и блондинки.

Лада стояла и сверкала формами рядом с Леопольдом, а Стрела оказалась у стены напротив, куда парень ранее приставил стреломет, чтобы не мешался.

— Одежда, — послышался суровый голос друга, который сразу же поднялся и начал снимать свою заплечную сумку.

Несколько минут спустя, когда все голые прелести были прикрыты, чернявый вернулся на стул и проговорил:

— Да, обратил. Что это за женщина? Какой-то архичемпион древности?

— Это Всемогущая Бойня, и именно так выглядела Санду в видениях, — перевел на него серьезный взгляд командир.

— А? — округлил глаза Леопольд. — Как так?

Девицы, устроившиеся на кровати, удивленно молчали. Зефир уже и не помнил, знали ли они всю эту странную историю. Но, учитывая, что те практически всегда были с товарищем в виде артефактов, предполагал, что да, знали.

— Вот так, — пожал он плечами и пересказал услышанное от Пирошки.

Стоило ему закончить, как в комнате повисла тишина. Командир не торопил друга. Ему самому потребовалось время, чтобы все уложить в голове. И то, нормально эта головоломка никак не решалась.

— Не понимаю, — проговорил растерянно чернявый. — Получается, что…

Договорить он не успел. У единственного окна напротив двери что-то мелькнуло, и парни моментально обернулись. На подоконнике со стороны улицы обнаружился Брут. Он стоял, покачиваясь и приложив переднюю лапку к стеклу.

Глазенки были расфокусированы, но через секунду зверь что-то увидел в комнате, широко улыбнулся, открыл пасть и смачно прошелся языком по прозрачной поверхности, оставляя слюнявые разводы.

Товарищи недоуменно переглянулись, не совсем понимая, что происходит. Енот тем временем мигнул в пространстве и оказался внутри. Он потоптался немного посреди комнаты, продолжая покачиваться, и вдруг упал на спину, развалившись морской звездой на полу.

Все, находившиеся в помещении, подорвались к нему. Зефир оказался рядом первым и присел на колено, осмотрев мохнатого.

— Что с ним? Отравлен⁈ — взволнованно проговорила Лада.

Меховая грудь зверя равномерно вздымалась, а морда была до того довольной, что хотелось дать ему горькой редьки.

— Ага, — согласился командир. — Разгульной столичной жизнью. И когда только успел?

Последнее прозвучало риторически. Этому засранцу много было и не надо, чтобы начать пускать слюнявые пузыри.

Комнату меж тем огласил мощный храп. Беспомощно вздохнув, юноша полез в сумку и достал покрывало. Следом