Великий Дунай на исторической карте Европы - Ник Торп

в море Паннонском. Самым крупным представителем осетровых рыб считается белуга, достигающая шести метров в длину и весящая до тонны[5]. На кадрах, снятых под водой, они выглядят как космические корабли, маневрирующие между галактиками.

«Можно встретить людей, которые всю жизнь провели рядом с Дунаем и ни разу не видели ни одного осетра», – говорит Раду. Осетровые стараются постоянно находиться у самого дна реки. В водах Черного моря, где практически всю свою взрослую жизнь проводят три из пяти видов дунайских осетровых, эти рыбы тоже редко поднимаются на поверхность. О миграции осетровых в море известно было мало до того, как в 2009 году началась реализация совместного румыно-норвежского проекта4. На телах пяти юных рыб закрепили миниатюрные спутниковые передатчики стоимостью не больше переносного компьютера, а потом их выпустили в Дунай у города Хыршова, находящегося далеко от дельты.

Подробнее об этом проекте Раду рассказывал автору тем вечером в ресторане «Нептун» под фресками размахивающих трезубцами богов за блюдами с жареным судаком, поглощаемым под белое вино из области Никулицел. Самым удачным для ученых на текущий момент оказался осетр по кличке Харальд. Этого двенадцатилетнего самца назвали в честь короля Норвегии Харальда I Синезубого[6]. Весивший 60 килограммов, этот осетр сразу же после обретения свободы отправился вниз по Дунаю к морю. Ту зиму он провел у подводной скалы на глубине всего лишь 60 метров у северо-западной оконечности Черного моря напротив Одессы. Так появилось первое доказательство того, что в этом месте осетры собираются на зимовку, и здесь им больше всего угрожают рыбаки с траулеров. Самой важной такая информация является для борцов за сохранение животных видов. Миниатюрное устройство, прикрепленное к спине Харальда, запрограммировали так, чтобы оно не вело постоянно передачу, а накапливало информацию, которую потом передавало на спутник при всплытии рыбы на поверхность воды. Через 164 дня после того, как Харальда выпустили в Дунай, он всплыл в 11 километрах от Крыма. На протяжении того «премьерного сеанса связи», судя по информации, переданной на спутник «Аргос», он двигался с постоянной скоростью 15 километров в час – предположительно находясь на палубе рыболовного судна. Харальда выловили рыбаки. Он все еще подавал признаки жизни, вероятно, до поры до времени.

Еще одной особенностью осетровых называют их способность жить несколько дней без проточной воды. Большую белугу, выловленную сербскими рыбаками рядом с городом Апатин в 2003 году, завернули в одеяло одного из рыбаков и оставили на берегу. Через несколько часов эта рыба избавилась от одеяла и скатилась с берега обратно в реку, после чего успешно скрылась. С самого начала владельцы этого трофея заметили, что в боку коварной белуги виднеются остатки нескольких ржавых крючков. Случай этот зафиксировали больше двадцати лет после того, как плотиной Железные Ворота на румыно-сербской границе осетровых отрезали от традиционных нерестилищ на мелководьях Дуная между Венгрией и Словакией. Должно быть, вышеописанная белуга застряла на мели, когда строилась плотина, или она проскочила в шлюзы вместе с груженой баржей, чтобы продолжить путь миграции, которого лишились остальные особи ее породы.

После вылова осетра Харальда и доставки его на берег сигнал на спутник поступал с его передатчика на протяжении еще двух дней. Последний сигнал от него поступил с находящейся рядом железнодорожной станции в городе Саки в Крыму. Харальду предстояло путешествие внутрь континента на поезде. Возникает резонный вопрос: а что сделали с передатчиком на осетре те, кто его отловил или купил эту рыбу? По ходу предприятия удалось пополнить знания ученых о путях ската осетров, однако самую богатую по сравнению с другими рыбами информацию ученые получили все-таки от Харальда. Некоторые передатчики до сих пор так и не всплыли. Информация с других передатчиков поступила на спутник в искаженном виде. Эфир над Черным морем наполнен спутниковыми сигналами связи между русскими боевыми кораблями и военно-морской базой в Севастополе. Черное море на Западе считается выходом России в зоны военных действий и революций на Ближнем Востоке5.

Гордостью своей коллекции, хранящейся в коробке из-под обуви, Раду считает маленького, безупречного осетра чуть длиннее его ладони, подаренного ему профессором Николае Добровичи-Бакалбашей. В начале 1970-х годов профессор Н. Добровичи-Бакалбаша осознал тот факт, что осетровые в Дунае вымирают. Запасы осетровых истощались в силу чрезмерного объема промысла, загрязнения воды и сооружения плотины гидроэлектростанции Железные Ворота. С ГЭС сложилась точно такая же ситуация, как после возведения Волгоградской плотины в России на Волге на десять лет раньше. В 1980 году по сравнению с 1930 годом было выловлено в десять раз меньше белуги. Н. Добровичи-Бакалбаша посвятил остающиеся десятилетия своей долгой жизни попыткам спасения популяции этой рыбы6.

Первое затруднение у него возникло в общении с рыбаками – те отказались сообщать ему, где можно ловить осет ровых. Такую информацию скупые на слова румынские рыбаки назвали тщательно сохраняемой семейной тайной, передаваемой от отца к сыну. Невзирая на все это, Николае Добровичи-Бакалбаша остановил свой «трабант» рядом с мостом у города Хыршова, где мужчины все еще останавливаются на обочине, уперев руки в бока, тем самым изображая громадного сома в своих корзинах или своем воображении, и глядят из-под руки вверх по течению. Он никуда не торопился. Каждый вечер устанавливал свою палатку, а весь день вступал в разговоры со всеми, кого встречал на берегах Дуная. Через три дня его терпение окупилось первым результатом. Случайно заглянув в деревянную бадью, стоявшую рядом с одиноким удильщиком, он увидел в ней своего первого осетра. Сам удильщик приезжал сюда каждый год из далекой Молдавии, ловил рыбу до тех пор, пока не наполнял ею свою бадью, солил свой улов, потом отвозил домой, чтобы кормить семью зимой и продавать излишки. Испуганный рассказом знающего профессора о том, что он выловил редкие особи, удильщик упросил нового знакомого забрать их у него. И то были совершенные особи, которые Раду теперь передал автору. По размеру рыбы и сезону ловли Н. Добровичи-Бакалбаша сделал вывод о том, что осетр зимует в Дунае, а не возвращается в более теплую соленую воду Черного моря.

Н. Добровичи-Бакалбаша и его команда научились сами ловить осетровых с учетом разрозненных сведений, почерпнутых у рыбаков и из собственных наблюдений. Молодая взрослая рыба входит в русло Дуная на нерест каждые три— пять лет, а рыбы постарше проходят этот путь только каждые десять – пятнадцать лет. Большую привязанность к Дунаю по сравнению с другими видами демонстрируют гибридные особи, получившиеся в результате скрещивания разных пород осетровых. Похоже, они отказываются возвращаться в Черное море. Ученые обратили внимание на поразительный факт: больше всего осетровых водится как раз