"Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12 - Генри Крейн

Она улыбнулась. Мейсон сглотнул слезу.

— Я постараюсь, Мэри. Я постараюсь…

Спустя несколько мгновений все исчезло. Видение растворилось во мраке.

— Не уходи, Мэри, — попросил Мейсон. — Побудь со мной…

Он осекся, услышав за своей спиной еле различимый звук шагов.

Оглянувшись, он увидел Джину Кэпвелл.

Увидев его опухшее, небритое лицо с огромными мешками под глазами и рано появившимися морщинами, она покачала головой.

— Мейсон, Мейсон… Ты очень плохо выглядишь.

Увидев Джину рядом с собой, он мгновенно взял себя в руки и своим обычным задиристым тоном произнес;

— Ты что здесь делаешь, Джина? Что тебе надо?

На мгновение задержавшись возле Мейсона, Джина направилась к столику с горевшими на нем свечами.

— Я пришла поставить свечку Мэри, — объяснила Джина.

Мейсон удивленно посмотрел вслед Джине.

— Вот как? — хмыкнул он.

— Да, — спокойно сказала Джина. — Я очень переживаю, что ее больше нет. Она была замечательной женщиной.

С этими словами Джина достала из сумочки несколько монет, положила их в небольшую жестяную коробочку, предназначенную для сбора оплаты за свечи. Вытащила из‑под столика длинную свечу и зажгла ее.

— Оставь меня в покое, Джина.

Она повернулась к нему со свечой в руках.

— Я сочувствую тебе, Мейсон. Я понимаю, как тебе тяжело. И помни, если тебе понадобится помощь и сочувствие, не стесняйся, звони мне.

Он угрюмо опустил голову.

— Времена, когда я мог обратиться к тебе за помощью, Джина, давно прошли, — глухо сказал Мейсон. — Так что можешь на это не рассчитывать.

Эти слова ничуть не смутили ее. Поставив свечку на столик, она спокойно повернулась к Мейсону.

— Никогда не говори никогда. Все может вернуться на круги своя. Думаю, что было бы глупо это отрицать.

Мейсон скривился.

— Такое может произойти только в одном случае…

Джина напряженно подалась вперед.

— Каком?

Мейсон поджал губы.

— Только, если ад замерзнет и черт наденут коньки, вот когда.

Тем не менее, Джину не смутило и это откровенное заявление. В ее ответных словах не прозвучало даже тени сожаления.

— Я не слышала этого, Мейсон, — спокойно сказала она. — Я понимаю, как тебе сейчас горько.

Он уныло поскреб себя по небритой и жесткой, как наждачная бумага, щеке.

— Единственное, чего я хотел — это уединение и покой, — словно жалуясь какому‑то невидимому собеседнику, сказал Мейсон. Тон его речи был таким же унылым, как и выражение лица. — Я надеялся найти все это здесь, в этой тихой церквушке. А тут, оказывается, какой‑то проходной двор… И еще ты со своим желанием утешить меня.

Джина состроила обиженное лицо.

— Хорошо я пойду, но прежде я хотела бы дать тебе один совет.

Мейсон вызывающе откинулся на спинку скамейки.

— А что можешь посоветовать мне ты, Джина? — гордо заявил он.

Она подошла поближе.

— Мой совет очень прост — перестань громко разговаривать сам с собой в общественных местах. Это добавляет дополнительные весьма любопытные краски к твоей и без того яркой репутации.

Покидая церковь, Джина на мгновение остановилась возле скамьи, где развалившись сидел Мейсон и положила руку ему на плечо.

Он медленно поднял голову и так мрачно посмотрел на нее, что она словно обжегшись тут же отдернула руку и поспешно вышла из церкви.

В дверях Джина столкнулась с Джулией Уэйнрайт.

Женщины смерили друг друга выразительными взглядами, после чего Джулия направилась к Мейсону.

— Что‑то ты быстро вернулась… — угрюмо сказал он, поворачиваясь к ней.

Смущенно опустив глаза, она подошла к нему и тихо сказала:

— Отец просит вернуться тебя домой.

Мейсон недоверчиво хмыкнул.

— Это он сам тебе такое сказал?

Джулия присела рядом с ним на скамью.

— Да, я только что разговаривала с ним по телефону. Не скрою — мне бы хотелось, чтобы ты выполнил его просьбу.

Он покачал головой.

— Вряд ли я смогу это сделать.

— Я понимаю тебя.

Джулия протянула к Мейсону руку и взяла его за запястье.

— Пойдем, Мейсон. Давай я помогу тебе.

Он посмотрел на нее полными тоски глазами.

— Ладно, я сам.

Мейсон взял недопитую бутылку виски и поднялся. Сделав несколько шагов, он вдруг остановился и повернулся к Джулии.

— Но ты можешь помочь мне в другом.

Она предупредительно подалась вперед.

— Да, конечно. Что я могу для тебя сделать?

Мейсон низко опустил голову.

— Я хочу позвонить. У тебя не найдется монетки?

Джулия недоуменно пожала плечами.

— Но ты можешь позвонить из дома.

Мейсон отрицательно покачал головой.

— Нет, мне нужно сейчас.

Она некоторое время колебалась, а затем махнула рукой.

— Хорошо. Значит идем к телефону звонить. А потом, после этого, ты поедешь домой. Договорились?

Мейсон хмуро кивнул.

Джулия взяла его под руку и они вместе зашагали к выходу из церкви.

Походка Мейсона была старческой, сгорбленной. Он едва переставлял ноги.

Последние слова Иден звучали для Круза оскорбительно. Однако, сейчас не это волновало его. Он разочарованно сказал:

— Иден, дело не в том, что ты смогла что‑то узнать и не в том, что я оказался посрамленным.

— А в чем же? — язвительно сказала она.

Круз смутился.

— А если окружной прокурор прав? Если действительно проходит какая‑то тайная операция? Ты ведь ее могла сорвать.

Иден удивленно подняла брови.

— Ты что, веришь тем сказкам, которые рассказывает тебе Тиммонс? С каких это пор? Ты что, забыл свои собственные слова о том, что ему нельзя верить?

Круз подавленно молчал.

В этот момент дверь в комнату открылась и на пороге вновь показался окружной прокурор. Тиммонс радостно улыбался.

— Ладно, ребята, вам сейчас прядется сделать небольшой перерыв в своем приятном разговоре, — насмешливо сказал он. — Отвлекитесь на минутку.

Круз и Иден как по команде повернулись к дверям.

— Что ты задумал? — враждебно произнес Круз.

— Я сейчас хочу спросить у Иден. Не эти ли сапоги она видела у меня в квартире и в гараже на Рэдблафф–Роуд?

С этими словами он жестом подозвал человека, который стоял за дверью. И тот медленно вошел в комнату.

Это был молодой бандит, который сидел рядом с водителем в микроавтобусе.

На нем были такие же сапоги из змеиной кожи, как на человеке, который приходил в квартиру Тиммонса.

Иден бросила на бандита уничтожающий взгляд и уверенно сказала:

— Да. Это он держал меня