Драгомиров. Наследник стихий. Путь возмездия. Книга 4 - Максим Шаравин

— Я пробью ворота в замок Бокеева и вернусь сюда, — перебил я. — Если тёмный маг всё же решится на прямое столкновение, мне нужно быть в центре событий. Это мой вызов — и моя ответственность.

Вэй склонил голову:

— Мудрое решение.

Михаил хлопнул ладонью по столу:

— Ладно. Раз план готов, пора действовать. Чем быстрее мы начнём, тем быстрее закончим.

Я поднял руку, останавливая Михаила:

— Не так быстро, Миша. Мы всё ещё ждём Беркута, Егорыча и Ли Юй.

В тот же момент дверь распахнулась. На пороге стояли трое: Беркут с привычно суровым выражением лица, Егорыч, нервно покручивающий перстень на пальце, и Ли Юй — её глаза горели азартом, будто она уже предвкушала предстоящую схватку.

— Ну что, нашли? — сразу спросил Михаил.

— Нашли, — ответил Беркут, проходя в комнату. — У нас есть и другие новости.

Я указал на свободные места:

— Докладывайте.

Ли Юй шагнула вперёд:

— Мы нашли предателя. Это один из младших слуг в крыле Кутеевых. Он работал на Бокеева последние три месяца. Как только Кутеевы появились здесь, он стал следить за ними и передавать информацию Бокеевым.

— Как он проник в замок? — спросил Ярослав.

Егорыч хмыкнул:

— Под видом сироты из приграничных земель. История жалостливая: родители погибли, дом разрушен, некуда идти. Его взяли из сострадания. А он, оказывается, прошёл обучение у самого Бокеева.

— И как вы его вычислили? — поинтересовался я.

Беркут посмотрел на Ли Юй:

— Она вычислила, допрашивая охрану и слуг.

Девушка гордо улыбнулась:

— Пришлось импровизировать. Зато теперь у нас есть живой свидетель.

— Отлично, — кивнул я. — Значит, можем получить от него всю цепочку: кто его вербовал, как передавалась информация, есть ли другие агенты.

— Он уже готов ответить на все мои вопросы, — заверила Ли Юй. — Но нам нужны вы. На нём клятва стихий.

Михаил потёр подбородок:

— Если он действительно знает всю сеть, мы сможем обезвредить остальных до начала операции.

— Именно, — подтвердил я. — Но это не отменяет нашего основного плана. Беркут, сообщи Лапе, пусть подготовит большой отряд разведчиков. Через тридцать минут я перекину всех в точки наблюдения. И поторопи его — времени совсем нет.

Беркут кивнул и вышел из гостиной.

Я открыл портал в Китай:

— Вэй, жду от тебя сигнала, когда открывать портал для тебя и магистров.

Глава клана «Лунвэй» поклонился и шагнул в портал.

— Михаил, отдавай приказ Шаховскому: через два часа — штурм, — я перевёл взгляд на Ярослава.

— Сейчас подготовлю точки для разведки и запишу, — сразу сказал он, опережая мои слова.

— Хорошо, тогда мы с Ли Юй пойдём поговорим с пленным. Вернусь через двадцать минут.

Ли Юй открыла портал, и я шагнул следом за девушкой и Егорычем.

Глава 21

Пленным оказался невысокий парень, на вид лет шестнадцати. Он сидел в допросной перед столом на металлическом табурете, на руках — антимагические наручники, а в глазах читались и страх, и упрямая решимость.

Ли Юй шагнула вперёд, скрестила руки на груди:

— Ну что, юный шпион, поговорим по-хорошему? Или предпочтёшь путь боли и сожалений?

Парень сглотнул, но промолчал. Его взгляд метнулся к Егорычу, потом ко мне — будто искал слабину, точку, за которую можно уцепиться.

Я подошёл ближе, не торопясь, остановился в шаге от него:

— Ты знаешь, кто я. И знаешь, что я не люблю тратить время. Так же я прекрасно знаю, что на тебя наложена клятва стихий. Именно поэтому я здесь. Я буду задавать вопросы, а ты будешь мысленно на них отвечать. Этого достаточно.

Он облизнул губы, попытался выпрямить спину:

— Я… я ничего не скажу. И ни о чём не буду думать.

Ли Юй усмехнулась, в её руке вспыхнул огненный хлыст:

— О, он ещё пытается играть в героя. Знаешь, что это? Не просто огненный хлыст. Это — ключ к твоим мыслям. Один удар — и ты будешь рассказывать всё, даже то, о чём сам не подозреваешь.

Парень побледнел, но упрямо сжал челюсти.

Я поднял руку, останавливая Ли Юй:

— Не торопись. Он не боится боли. Он боится того, что будет после. — Я посмотрел прямо в его глаза. — Слушай внимательно. Я умею читать мысли, тебе не надо произносить что-то вслух, и клятва стихий не убьёт тебя. Тот, кто тебя послал, уже проиграл. Замок Бокеева падёт. Клятва стихий будет разорвана. А ты… ты можешь стать тем, кто спасёт свою семью. Если они ещё живы.

Парень вздрогнул. В его взгляде мелькнула трещина.

— Что… что вы имеете в виду?

— Я предлагаю сделку. Ты говоришь правду, точнее, отвечаешь мысленно, не произнося вслух — я гарантирую, что после того, как разберусь с Бокеевым и твоя клятва спадёт, отпущу тебя. Но если будешь молчать… — Я сделал паузу. — Тогда Ли Юй сделает так, что ты будешь отвечать в любом случае, ну а клятва стихий довершит дело. И если твоя семья всё ещё жива, то помочь ты ей не сможешь.

Его плечи дрогнули. Он опустил голову, словно пытаясь спрятаться от собственных мыслей.

Ли Юй тихо произнесла:

— Время идёт. Решай.

Парень поднял взгляд, в нём больше не было упрямства — только отчаяние.

Я внимательно смотрел на него, читая мысли.

«Он… он сказал, что если я не сделаю это, они… они умрут», — мысли парня потекли ручейком.

— Бокеев? — спросил я. — Просто думай. Не кивай, не отвечай. Просто думай.

Парень смотрел мне в глаза.

«Князь Бокеев. Его люди пришли в нашу деревню и увели мою семью, куда — не знаю. И они забрали ещё несколько семей, а нас, нас всех отправили в ваш замок».

— Кем они служат в крепости? — уточнил я. — И кто привёл вас?

«Нас привезли ближе к вашему замку, а потом мы дошли пешком. Нас всего трое. Ещё двое в замке. Один на кухне — Васька, поварёнок, другой — Петька, помощник садовника. Третий — Федя, но он в гарнизоне, помогает стирать форму и занимается мелким ремонтом. Не надо их обижать, они в такой же ситуации, как и я. Нам иногда разрешают поговорить с семьями».

— Как вы это делаете? У вас есть амулет связи? — удивился я.

«Через торговцев. Они приходят раз в неделю, забирали записки. И давали нам поговорить по амулету связи».

— Хорошо. Подумай, что ещё может мне помочь? — Я продолжал смотреть на парня.

«Я… Я не знаю, торговцы каждый раз были разные. Но… Точно, герб. У всех был один и тот же герб».

Парень мысленно представил герб, и я