И пришёл Лесник! 27 (S-T-I-K-S) - Василий Лазарев

— Что на радарах? Видно его? — поинтересовался командир мобильной группы.

— Да, мы видим как от нас удаляется командирская машина. Держит курс на восток. Догнать?

— Нет, садитесь, заберёте пленных аборигенов. Я себе оставлю одного для допроса. Или двоих лучше, чтобы проверить, не врут ли они. Броневик далеко не уйдёт, по воздуху мы его догоним везде. Пусть считают пока, что соскочили с крючка. Мне интересно куда они направятся. А вы хорошенько заприте пленных, мне почему-то кажется, что дело здесь не чисто!

— Слушаюсь, господин капитан. Садимся!

Капитан приказал доставить двух пленных в допросную и подниматься под самый потолок в три с половиной километра. Так и сделали, радар челнока уверенно «держал» пыливший на восток броневик. Пользуясь тем, что радар самого броневика слабее того, что имелся на челноке, капитан приказал следовать за загадочным «Андерсом» на максимально возможной дистанции и не обнаруживать себя. Тем временем, пока челнок двигался в час по чайной ложке, капитан решил допросить пленных. Их хорошенько привязали к стульям, вмонтированным в пол. Вместе с капитаном в помещении находились двое десантников. В полной амуниции, но без шлемов. Атмосфера в челноке не содержала вредных примесей. Капитан, не выпуская из рук командирского жезла, представляющего собой маломощный лазер и уселся в кресло перед пленниками. Сейчас их руки и ноги заковали в браслеты, а также имелся обруч, опоясывающий грудную клетку. Так что деться им было некуда, разве что плеваться.

— Ты кто? — капитан показал на первого пленного. Мужчина с длинными грязными волосами и сломанным носом. Травму он получил уже в челноке в конце увлекательной воздушной прогулки. Для общения с аборигенами капитан использовал переводчик.

— Ким, — пробурчал мужчина в чёрно-красной байковой рубахе.

— Это кличка или имя? — уточнил капитан.

— Имя, — недовольный абориген сдул длинную сальную прядь волос, застилавшую ему глаз.

— Странное какое имя, на собачье похоже. Любишь собак?

— Ким, это аббревиатура от Коммунистического Интернационала Молодёжи! — с пафосом произнёс пленник. — Мой отец был без ума от всего коммунистического… пока его не расстреляли в тридцать восьмом году. Имя, вот осталось.

— Ух ты, но я всё равно ничего не понял. Нас миновала чаша сия. Это не заразно? — гаденько ухмыльнулся капитан.

— Не очень, но лучше не стоит.

— Кто вас упрятал в трюм челнока и где они? — капитан снова вернулся на прежние рельсы.

— Не знаю, я спал, когда меня поймали. Сразу надели мешок на голову, — ответил Ким.

— Хорошо, а ты что скажешь? У тебя тоже странное имя? — капитан потерял интерес к первому и переключился на второго. Худенького и забитого, смотрящего на него чёрными зловещими глазами.

— Кому как. Меня зовут Пафнутий Кеосаян. Мои предки блистали своими талантами перед коммунистами.

— Понятно, лизали задницу. Чёрт, но что с вами не так? Почему нельзя назваться простым именем. Джон Смит, например. Что за блядский Пафнутий? А второе имя так вообще вгоняет в тоску. Оно что-то значит?

— Не знаю. Назвали так. Тебе не всё равно?

— Ты прав. Мне всё равно. Меня, больше интересуют ваши анализы, — капитан протянул руку и один из десантников вложил ему пластиковый лист, испещрённый значками. — Хм, да вас хоть сейчас можно запускать пешком к центру галактики. Отличное здоровье у обоих, как вы этого добились? Принимали жемчуг?

— Нет. Нам не надо, — загадочно улыбнулся Пафнутий. Капитан приблизился к нему и приподнял подбородок командирским жезлом.

— А ну-ка колись сучонок. Почему не надо? — шепотом, чтобы не слышали десантники спросил капитан. Ему уже скоро подходил срок отправляться домой, а кроме десятка сворованных красных жемчужин у него ничего за душой не было. Ведь не для кого не секрет, что господа офицеры частенько привозят из командировки гостинцы. Об этом знали все, начиная с командующего, но негласное правило гласило «не зарывайся и уедешь из Улья богатым». А также не забудь поделиться с командующим, иначе портал не пропустит тебя. Схема стара как мир. Так вот делиться капитану не хотелось. Он бы с удовольствием хапнул бы ещё чего-нибудь. Он же не Кеосаян и блистать ему не перед кем.

— Хочешь, чтобы и они услышали? — Пафнутий скосил глаза на десантников. — Пусть выйдут. Я же прикован и так. Боишься?

— Выйдите за дверь. Разговор государственной важности! — капитан важно приказал громилам. Как только дверь за ними закрылась, он повернулся к Пафнутию и продолжил. — Если ты решил пошутить со мной, то это будет твоя последняя шутка.

— Какие уж тут шутки, капитан. Ближе, а то услышат. Мы знаем, где на планете находится источник вечной молодости, — тихо прошептал Пафнутий, капитан еле услышал его бормотание.

— И где же? — заинтересованно приблизился к нему ближе капитан.

— Недалеко, — расплывчато ответил пленник. — Тебе же интересно? Ближе подойди, я скажу координаты!

— И что там? По этим координатам? — капитан попал под влияние изверга и выполнил его гипнотический приказ.

— Бессмертие! — лицо Пафнутия Кеосаяна начало видоизменяться, вытянувшись как у лошади. Нижняя челюсть треснула ровно по центру подбородка и разошлась половинками в стороны. Верхняя разорвалась ровно по центру сразу под носом и также раздвинулась. На капитана глянул зев, сплошь утыканный тонкими острыми как иголки зубами. Все они загибались внутрь и шевелились. Последнее возможно уже привиделось капитану, но он не смог оторвать свой взгляд. В глубине горла что-то зашевелилось и вскоре наружу показалась слепая змея толщиной в руку среднего мужчины. Капитан открыл рот от удивления или возможно по приказу изверга. Он застыл с открытым ртом в ужасе понимая, что здоровенная змея, сидевшая в Пафнутии именно сейчас пробирается по его пищеводу. Самое страшное, что он ничего не мог поделать с этим обстоятельством. Рука его разжалась и жезл власти выпал на пол. На короткий миг капитан перестал дышать, а потом ощутил, как змея пробралась к позвоночнику раздвинув внутренние органы. Волосы внешника встали дыбом, всё его естество кричало от ужаса в безмолвном крике. Через пару мгновений он «услышал» у себя в голове голос изверга.

— Ну, здравствуй старый друг. Вы всё же лучше приспособлены для нас. Две дополнительные пары хромосом дают о себе знать. Но вы же в курсе, что больше всего мы любим ваших прародителей Инженеров.