Дома смерти. Книга V - Алексей Ракитин

неких абстрактных околосексуальных тем, явно не отдавая себе отчёт в том, что находится в зале суда и судят его не за кражу мешка картошки, а за убийство жены и трёх малолетних детей! Дэвид имел массу замечательных способов либо упредить опасный для себя уклон в разговор, либо не давать того ответа, на который рассчитывал прокурор. Например, он мог сказать, что никогда не рассматривал фотомоделей как сексуально привлекательных женщин ввиду их большого роста. Дескать, люблю маленьких женщин, а вот крупных… ну, никак не воспринимаю. И это было бы хорошее объяснение, которое бы поняли и приняли все члены жюри. Но нельзя было на месте Хендрикса признаваться в том, что по крайней мере две женщины-модели показались ему настолько привлекательны, что он решился бы на измену жене, если б только представился случай.

Причём необходимо подчеркнуть ещё раз — весь этот уклон в перекрёстном допросе начался с обсуждения сугубо умозрительной темы, связанной с несоразмерностью грехов убийства (это смертный грех) и супружеской измены (грех обыденный, не смертный). Но Дозье ловко подменил тему обсуждения и перевёл разговор в плоскость брутально-сексуальную, что изначально вообще не подразумевалось. А фокус этот стал возможен потому, что прокурор проделывал его ранее — во время разговора 6 сентября. Выражаясь метафорически, прокурор Дозье поймал Хендрикса в ловушку, поставленную ещё во время того давнего разговора.

Каковы же оказались последствия приведённых здесь неудачных ответов обвиняемого? С одной стороны, Дэвид Хендрикс не допустил грубых оговорок, опасных признаний или неуместных эмоциональных срывов, то есть в явном виде он вроде бы себе не навредил… Но при этом все свидетели перекрёстного допроса сходились в том, что ответы подсудимого, по крайней мере дважды, оказались неудачными и в его положении крайне нежелательными. Сам Дозье, выступая в телевизионном шоу через две недели, прокомментировал перекрёстный допрос, высказавшись в том смысле, что если до этого он мог испытывать какие-то сомнения в справедливости выдвинутых обвинений, то после окончания допроса он убедился в том, что Хендрикс убийца. В подобном же духе он высказывался и позже.

Разумеется, журналисты задавали вопросы о произошедшем в зале суда и адвокату Хэлу Дженнингсу. Тот обычно отвечал, что в перекрёстном допросе проявился характер Дэвида Хендрикса — тот отвечает честно и не пытается подстроиться под собеседника, он правдив даже тогда, когда правда может обратиться против него. Оба адвоката- Дженнингс и Лонг — после окончания перекрёстного допроса немного поговорили с представителями прессы и заявили, что довольны тем, как их подопечный держался на протяжении этого длинного дня [напомним, Хендрикс занимал кресло свидетеля более 10 часов, хотя и с перерывом на ночь].

Несомненно, очень интересной частью процесса явились показания экспертов защиты, и мимо них никак нельзя пройти без некоторых комментариев. В своём месте отмечалось, что адвокаты Хендрикса при поиске судебно-медицинских экспертов, способных выступить в защиту обвиняемого, столкнулись с большой проблемой — многие специалисты соответствующего профиля отказывались сотрудничать, узнав детали дела. Адвокат Джон Лонг метался по всем Соединённым Штатам и даже летал в Великобританию, пытаясь отыскать нужных людей. Тем не менее к ноябрю 1984 года защита сумела заинтересовать нескольких весьма уважаемых специалистов, и их показания в суде представляют определённый интерес.

Первым экспертом стал доктор Росс Зумвальт (Ross Zumwalt), занимавший в то время должность заместителя коронера в округе Гамильтон, штат Огайо. То есть это был практикующий специалист, привлекавшийся к раскрытию реальных преступлений и имевший опыт выступлений в суде. Зумвальт начал с того, что оспорил саму возможность точной привязки времени наступления смерти к состоянию содержимого желудка. Все рассуждения на эту тему эксперт назвал бесполезными и объяснил свою точку зрения. Он указал на то, что на внешний вид содержимого желудка влияет множество различных факторов и даже не столько кислотность желудочного сока, сколько тщательность пережёвывания пищи, наличие зубов, типа пищи — волокнистая, протёртая и прочее — а также жидкости для запивания. Это, конечно же, был прямой выпад в сторону экспертизы Майкла Бейдена, которая заключалась во внимательном осматривании и обнюхивании содержимого кюветы.

Для того чтобы проиллюстрировать свой тезис, идущий вразрез со всем звучавшим из уст экспертов обвинения ранее, доктор Зумвалт рассказал присяжным о расследовании смерти 11-летнего мальчика, в котором также внимательно изучался вопрос о времени последнего приёма пищи и количестве съеденных продуктов. Мальчик между полуднем и часом дня съел пиццу и после этого оставался жив и активен на протяжении нескольких часов. Было точно установлено, что в 16:00, то есть спустя более трёх часов после еды, он оставался жив. Однако после его смерти в желудке было обнаружено более 500 граммов плохо переваренной пиццы! Говоря это, Зумвальт уточнил, что это количество более чем вдвое превышает массу пищи, обнаруженной в желудках всех трёх детей в случае убийства членов семьи Хендрикс.

Развивая свою мысль, эксперт подчеркнул, что основное переваривание продуктов питания происходит вовсе не в желудке, а в тонком кишечнике, и некоторые продукты, широко распространённые в Соединённых Штатах, в желудке вообще не перевариваются. Речь идёт о продуктах, богатых грубой клетчаткой, например, кукурузе.

Доктор Зумвальт буквально растоптал все выводы обвинения, построенные на предположении об убийстве детей спустя час со времени последнего приёма пищи. Адвокат Лонг, проводивший допрос эксперта, попросил его осмотреть улики [то есть содержимое желудков детей] и вынести собственное суждение о времени убийства, зная, что приём пищи закончился примерно в 19:45 — 19:50. Доктор заявил, что дети могли умереть как в 9 часов вечера, так и в 2 часа ночи, то есть разброс составил пять часов.

Понятно, что такого рода заявление не могло оставить обвинителей равнодушными. Окружной прокурор Дозье лично провёл перекрёстный допрос Зумвальта. Он довольно корректно уточнял у эксперта некоторые детали, связанные с человеческим пищеварением, а затем решил неожиданно «придавить» его авторитетом, если можно так выразиться. Дозье высказался в том смысле, что слова доктора Зумвальта не соответствуют мнению по-настоящему авторитетных специалистов, то есть таковых судебных медиков, кто имеет большой опыт работы в этой области.

Зумвальт отбил подобную попытку собственной дискредитации, даже не особенно задумываясь. Он простодушно ответил, что не знает никого, кто имел бы больший опыт работы с желудочным соком, чем он сам. И добавил, что ему не известно ни единой статьи или специального исследования, в котором изучались бы процессы переваривания пищи в желудке сточной привязкой ко времени. Все работы по описанию процессов пищеварения носят исключительно качественный, а количественный характер.

В общем, поле боя осталось за доктором Зумвальтом, и сие не сулило стороне обвинения ничего хорошего, поскольку следующим экспертом защиты стал доктор Эрл Роуз (Earl Rose), один из самых известных — если не сказать «самый известный»! — судебно-медицинский эксперт Соединённых Штатов. Ко времени появления в этом суде ему исполнилось 57 лет, и прославился он двумя десятилетиями ранее, поскольку будучи коронером округа Даллас, в штате Техас, оказался вовлечён в самый эпицентр событий, связанных с убийством президента Кеннеди в этом городе в ноябре 1963 года.

Эксперты защиты: слева Росс Зумвальт, справа Эрл Роуз.

Эрл Роуз был тем самым судебным медиком, кто проводил вскрытие тел сначала полицейского Типпита, предположительно убитого Ли Харви Освальдом, а затем и самого Освальда. Роуз намеревался провести вскрытие тела президента Кеннеди, но этому воспрепятствовала охрана убитого президента и вдовы последнего. Дело едва не дошло до применения силы, поскольку сотрудники Секретной службы намеревались вывезти из Парклендского мемориального госпиталя тело убитого главы государства, а Роуз и группа местных полицейских стояли у них на пути, причём буквально. Опасаясь перестрелки между двумя группами вооружённых и раздражённых мужчин, Эрл Роуз в конечном счёте ушёл с дороги, и тело Джона Кеннеди было погружено в автомобиль, но впоследствии Эрл очень сожалел о проявленной уступчивости. Он считал, что если бы лично провёл осмотр тела застреленного президента, то многие