Сдача и гибель советского интеллигента. Юрий Олеша - Аркадий Викторович Белинков

Через тридцать лет Олеша скажет о другом поэте:

«…надо мной смеялись».

«…повторяю, надо мной смеялись!»

«Мальчики хохотали, мне было стыдно…»

«…хохотали и улюлюкали…»[153]

Это он говорит о себе в годы, когда выяснения взаимоотношений интеллигенции и революции завершились замечательной победой. Победа была одержана к началу 30-х годов, а закреплена к концу 1937 года.

Выяснения были возможны, когда имелся выбор: работать этой интеллигенции с советской властью, быть лояльной, уйти в эмиграцию, бороться. К концу 30-х годов лояльность, эмиграция и борьба были исключены, и, таким образом, был исключен выбор. Это создавало новую ситуацию: старая интеллигенция, не пожелавшая работать с советской властью, вступала уже в недискуссионные отношения с государством, значение которого в жизни людей все решительнее усиливалось. Произошло замещение утратившей былую роль проблемы интеллигенции и революции новой. Новая была такая: взаимоотношения личности и государства. С конца 30-х годов внимание к вопросам взаимоотношений личности и государства становилось все более сосредоточенным.

Быстрыми и уверенными шагами входит хозяин романа Андрей Петрович Бабичев.

«На груди у него… был шрам… Бабичев был на каторге».

Его «…должны были положить затылком на наковальню и должны были молотом ударить по лицу». «Он убегал, в него стреляли».

«Замечательный человек, Андрей Бабичев, член общества политкаторжан».

«Большой человек! Удивительный человек! Совершенная личность…»

«…прославленный человек! Замечательный деятель…»

«…замечательный человек…»

«…член правительства».

Замечательный деятель подобрал выброшенного из пивной поэта и привез его в свой дом.

В то время, когда Кавалеров валяется на диване, Бабичев работает. «Перед ним листы бумаги, записные книжки, маленькие листочки с колонками цифр…» «Андрей Бабичев — был гигант, — говорит автор. — Он работал день, работал половину ночи».

Быстрыми и уверенными шагами входит враг-хозяин Андрей Петрович Бабичев.

«Он обжора».

«У него нет воображения».

«…барин…»

«…тупой сановник».

«…липа».

«…сановник, невежественный и тупой, как все сановники, которые были до… и будут после… И, как все сановники… самодур».

«…сановник…»

«Самоупоение…»

«…самодовольство…»

«Высокопоставленный чиновник…»

«…заурядная личность…»

«…обыкновенный обыватель…»

«…обыкновенный барин, эгоист, сластолюбец, тупица, уверенный в том, что все сойдет ему благополучно».

«…тупица…»

Медленно и неотвратимо проступают сквозь розовые упитанные щеки череп и берцовые кости.

«…тупица, смеявшийся над ветвью, полной цветов и листьев…»

Он («образцовая мужская особь») стал директором треста, «одним из замечательных людей государства», заведующим «всем, что касается жранья», зажрался.

Андрей Бабичев — предупреждение об опасности.

Об опасности перерождения. Или того, что называется другим словом термидор.

Оказывается, что положительный герой тов. Бабичев А. П. ничем не замечательный человек.

Оказывается, что положительный герой тов. Бабичев А. П. «заурядная личность, вознесенная на завидную высоту благодаря единственно внешним условиям».

Его величие и успех связаны не с нынешней деятельностью, а с его прошлым.

Другой герой романа, поэт Николай Кавалеров, сравнивая свою участь с участью хозяина, говорит: «Судьба моя сложилась так, что ни каторги, ни революционного стажа нет за мной. Мне не поручат столь ответственного дела…» Автор осложняет роман и судьбу своего заведующего жраньем. Он налегает на то, что член правительства Бабичев столь вознесен за свои прошлые заслуги перед революцией. Он был героем, когда можно было быть героем, и он был им, а теперь…

А теперь он защищает свои завоевания.

Все было значительным, когда совершалась революция, люди, идеи, поступки. (Так утверждает автор в своем романе о революции.) А потом выпущенный из клетки вождь восстания оружейник Просперо был посажен в контору и стал: «…обыкновенный барин, эгоист, сластолюбец, тупица…»

И тогда оказывается (утверждает автор), что герой романа о революции крупная личность, умный, талантливый и значительный человек, а герой романа о послереволюционном времени — «просто сановник, невежественный и тупой, как все сановники, которые были до… и будут после…»

«Большой человек», «замечательный человек», «заурядная личность», «тупой сановник». С одной стороны, с другой стороны…

С одной стороны — его революционные заслуги, с другой — термидор. Так вот и вертится положительный герой тов. Бабичев А. П. С одной стороны, с другой стороны… «Спина… Нежно желтело мясо его тела… По наследству передалась комиссару тонкость кожи, благородный цвет и чистая пигментация… на пояснице его я увидел родинку, особенную, наследственную дворянскую родинку, — ту самую, полную крови, просвечивающую, нежную штучку, отстающую от тела на стебельке…» «Но он повернулся грудью. На груди у него, под правой ключицей, был шрам… Бабичев был на каторге. Он убегал, в него стреляли». Так вот и вертится положительный герой тов. Бабичев А. П., только успевает поворачиваться. И так постепенно в его судьбе (не только в его судьбе) прошлое все настойчивее и все решительнее начинает вытеснять толстая, сытая, жирная, раскормленная, самодовольная спина. Товарищ Бабичев продолжает свой победоносный триумфальный путь в будущее — спиной.

И все, что делает Андрей Бабичев, обречено наудачу и осмеяние, и все дело его обречено наудачу и осмеяние. Он действительно создал необыкновенную колбасу, но колбаса осмеяна фразой «она не проваливается в один день», он построил грандиозную столовую, где можно получить обед за четвертак, но бабичевский «Четвертак» скомпрометирован: писатель все подстраивает таким образом, что «четвертак» получает и проститутка.

И вот тогда выясняется нечто совершенно сокрушительное.

Выясняется, что положительный герой тов. А. П. Бабичев, политкаторжанин, участник революции и гражданской войны, член правительства, о котором «один нарком в речи отозвался… с высокой похвалой, назвав его одним из замечательных людей государства» — Толстяк.

Эта тема начинается на первой странице романа.

«В нем весу шесть пудов» — сказано на первой странице.

На третьей странице сказано, что «он похож на большого мальчика-толстяка».

На шестой — «…толстое лицо…»

И дальше — бегом по всему роману:

«…узко его крупному телу».

«…тучный…»

«Толстый! Вот так толстый!»

«…он был толст».

Положительный герой романа о послереволюционном государстве Андрей Петрович Бабичев тоже Толстяк, такой же, как его предшественники.

Такой же, невежественный и тупой, как все Толстяки, которые были до и будут после, которые будут всегда.

Андрей Петрович Бабичев — «…правитель, коммунист…» такой же Толстяк, как его дореволюционные некоммунистические предшественники. Ничего не изменилось, начинаем догадываться мы. По-прежнему торжествуют Толстяки и люди, протестующие против них.

Андрей Петрович Бабичев — «один из замечательных людей государства» главный Толстяк творчества Юрия Олеши.

Первый роман Юрия Олеши, повествующий о революции, называется «Три толстяка», а второй его роман, повествующий о последствиях победы революции, почему-то называется «Зависть», а не «Четвертый толстяк».

Три толстяка, четыре толстяка, все Толстяки на свете думают, действуют и говорят одинаково. И поэтому не следует удивляться тому, что Толстяк из первого романа обращается к своему врагу так: «Ты забыл, с кем хочешь