Люди Войн Алой и Белой Розы - Андрей Геннадьевич Праздников

дворянства присутствуют отдельно, не объединяясь (а сам термин «джентри» применительно к этому столетию, хотя и является достаточно принятым в науке, отчасти анахронистичен).

Рыцари занимали промежуточное положение между нетитулованным дворянством и нобилями. Особенностью английской социальной структуры являлось то, что для определения рыцарского статуса короной использовался четкий материальный критерий — размер годового дохода, установленный в XIV в. в сумме 40 фунтов. Все лица, обладавшие таковым, должны были приобретать рыцарское звание. В среднем доходы рыцарства оценивались в 40–200 фунтов[803]. Среди самих рыцарей выделяются обычные рыцари или бакалавры, которые могли сражаться только в отряде под знаменами других командиров, и баннереты (знаменосцы), имевшие собственное знамя (banner), под которым они были вправе вести в бой свой отряд.

Во времена Войн Роз нередкими были массовые посвящения в рыцари прямо на поле боя или вскоре после окончания сражения. После второй битвы при Сент-Олбансе освобожденный из плена Генрих VI посвятил в рыцари своего сына принца Эдуарда и с ним еще 30 человек[804]; в кодексе «Писем Пастонов» поименно перечислено 43 человека, которых Эдуард IV собственноручно посвятил в рыцари после битвы при Тьюксбери 4 мая 1471 г.[805]; 22 мая 1471 г. Эдуард IV посвятил в рыцари мэра Лондона, 10 олдерменов и рикордера, отстоявших столицу во время осады бастарда Факонберга[806]; после битвы при Стоуке 16 июня 1487 г. 52 человека были посвящены в рыцари, а 13 рыцарей сделаны баннеретами[807].

Как и нобили, рыцари могли иметь собственные домохозяйства, только в миниатюре. В «Черной Книге» Эдуарда IV установлен размер домохозяйств, находящихся при королевском дворе баннерета (24) и рыцаря (16 человек)[808]. Домохозяйство известного со времен Столетней войны сэра Джона Фастольфа включало 9 пажей, грумов и служанок, 12 слуг с рангом «валеты» и 8 слуг более высокого ранга (generosi), среди которых были клерк, священник и сенешал[809].

В позднее Средневековье рыцарство было не только обозначением социального статуса, но все еще подразумевало особый тип культуры, принадлежность к ней отличала людей благородного происхождения от простонародья. По мнению Артура Фергюсона, во второй половине XV века Англия переживала «рыцарское возрождение», вслед за которым в XVI в. пришел окончательный закат этого явления. Возрастание роли рыцарственности проявилось и в страсти к турнирам и геральдике, и в активной связи с «законодателем моды» бургундским двором, и в распространении рыцарской литературы, как переводной, так и собственной[810]. К образцам куртуазной культуры, несомненно, стоит отнести двухдневный турнир близ Лондона в июне 1467 г., в котором сразились шурин короля Энтони Вудвилль барон Скэйлз и Антуан, побочный сын герцога Бургундского, и который упоминает большинство хроник этого времени[811].

В Англии существовали свои рыцарские ордена[812] — Орден Подвязки, учрежденный в 1348 г. Эдуардом III, включавший 24 членов, возглавляемых самим монархом, и основанный в 1399 г. Генрихом IV Орден Бани в составе 36 рыцарей. В период с 1450 г. по 1487 рыцарями Подвязки был 91 человек[813], из которых 53 представлены в изучаемой группе наиболее активных участников Войн Роз. Правда, собственно рыцарями среди них были лишь 8 человек, остальные — лорды, так как Орден Подвязки был связан с большой политикой и являлся частью придворного этикета. О прежней популярности рыцарских романов, наверное, более всего свидетельствует появление «Смерти Артура» Томаса Мэлори. Именно эта известность и существование нескольких списков романа определили выбор английского первопечатника Уильяма Кэкстона, напечатавшего его в 1488 г.[814]

Термин «сквайр» («оруженосец») был ранее профессиональным определением, но с XIV в. превратился в почетный титул. Как правило, сквайрами называли сыновей рыцарей до их посвящения в более высокое звание. Обычными доходами сквайров, по подсчетам исследователей, были 20–40 фунтов в год[815].

Джентльмены составляли низшую прослойку джентри и были во второй половине XV в. довольно неопределенной социальной категорией, которая включала чиновников, часть купечества, но, главным образом, мелких землевладельцев графств[816]. Предпосылки формирования сельских джентльменов, по мнению М. А. Барга, относятся еще к XIII в. Число владельцев одной вотчины возросло с 1086 г. по 1279 г. в 5,5 раз. Если в конце XI в. такие вотчинники владели землей в нескольких сотнях и графствах, то в XIII в. 95 % из них было связано с территорией одной сотни и одного графства[817]. Водоразделом между свободным держанием крестьянского типа и феодальной вотчиной в XIII в. было 120 акров (48,56 га)[818]. По классификации Е. А. Косминского, для XIII в. мелкие маноры составляли от 120 до 500 акров пашни (до 202, 34 га), средние — от 500 до 1 тыс. акров (приблизительно от 200 до 400 га), крупные — свыше 1 тыс. акров[819]. Так как на рубеже XVI–XVII вв. эти критерии фактически сохраняли свою актуальность[820], можно сделать вывод, что и в XV в. ситуация была схожая.

О повышении социального статуса сельских джентльменов свидетельствует то, что в XV в. в Коллегии герольдов они получили право на свой герб, если имели 10 фунтов земельного дохода или движимое имущество в размере 300 фунтов при условии, что не были «низкого» происхождения[821]. В целом же, как правило, годовой доход низшей прослойки дворянства колебался от 5 до 20 фунтов[822]. Тем не менее, с социальной точки зрения, понятие «джентльмен» оставалось расплывчатым. Его могли применять к лицам, занимающим должности при королевском дворе и дворах магнатов, к воинам, облаченным «в железо», в противовес легковооруженным лучникам, к купцам, обладавшим манорами в графствах[823].

В конце XV в. численность среднего и низшего дворянства составляла приблизительно 2–3 тыс. человек[824]. Джентри занимали видное место среди сообществ графств, выступали в роли носителей полномочий как местной, так и центральной власти, являясь членами различных комиссий, депутатами нижней палаты парламента от графств, шерифами или выполняя какие-либо функции в придворных и аристократических кругах. Причем, по мнению Малколма Мерсера, местное дворянство можно разделить на две части: рыцарей и часть сквайров, которые не только играли заметную роль в графствах, но и стремились участвовать в большой политике, и низших сквайров и джентльменов, жизнь которых вращалась главным образом вокруг «манора и прихода»[825].

Таблица 25. Социальная структура среднего и мелкого дворянства, активных участников в Войнах Роз

Влияние в графствах Человек В том числе придворные В том числе занимавшие должности в центральном аппарате управления Мировые судьи и членство в комиссиях графств 40 2 2 Члены парламента, шерифы, исчиторы 97 17 8 Влияние в