Звездный час Нидерландов. Войны, торговля и колонизация в Атлантическом мире XVII века - Вим Клостер

в 1634 году перестала делать взносы до тех пор, пока другие провинции не погасят свои долги{432}. Ситуация не улучшалась, и, когда в 1649 году Генеральные штаты провели ревизию субсидий, направленных провинциями начиная с 1635 года, выяснилось, что ни одна из них не выплатила даже половины своей квоты, причем три провинции не перечислили и четвертой части (см. таблицу 2)[500]. Эта задержка привела к эффекту домино: ВИК, в свою очередь, не могла рассчитаться с адмиралтейством Амстердама, которое потратило не менее 605 205 гульденов на оснащение подкрепления, направленного в 1647 году, и еще одной эскадры два года спустя[501].

Таблица 2. Неоплаченные бразильские субсидии провинций Северных Нидерландов по состоянию на 1649 год

Источник: NAN, SG 4845, постановления Генеральных штатов от 11 марта 1649 года.

Примечание. Указанные суммы являются округленными.

Провинции не ставили свои выплаты в зависимость от каких-либо требований, однако исключение составляли Оверэйссел и Фрисландия. В 1645 году обе эти провинции, а также Гелдерланд выступили против назначения Ваутера Схоненборха преемником Иоганна Морица в Бразилии{433}. Их недовольство деятельностью ВИК вновь проявилось спустя несколько лет. В 1651 году делегаты Оверэйссела в Генеральных штатах утверждали, что без проведения реформ в ВИК дальнейшие вливания денег в казну компании непозволительны[502]. Никаких конкретных предложений не прозвучало, однако Штаты Оверэйссела, должно быть, соглашались с критикой ВИК, исходившей от Амстердама и преобладавшей в памфлетах того времени, где указывалось на затратную структуру компании, бесхозяйственность и коррупцию ее директоров, а также отсутствие свободной торговли с Бразилией[503]. Но, за исключением этого случая, провинции не использовали невыплату субсидий для ВИК в качестве стратегии для решения конкретных проблем. Даже после накопления долгов на протяжении ряда лет они все равно согласились вносить свою долю в огромную сумму, которую Генеральные штаты утвердили для расходов на подкрепление 1647 года.

Единственной провинцией, которая не была уверена в необходимости посылать это подкрепление, была Фрисландия, где уже сложилась устойчивая практика уклонения от выплат своей доли в военных расходах Соединенных провинций, что регулярно приводило Генеральные штаты в отчаяние. Когда в 1635 году генеральный казначей Республики предъявил Фрисландии счет на сумму более шести миллионов гульденов, штаты этой провинции решительно отказались признать задолженность на такую сумму. Чтобы убедить Штаты Фрисландии предпринять необходимые шаги для пополнения казны Соединенных провинций, потребовался 18-месячный визит представителей Государственного совета в сопровождении солдат[504]. Столь же трудно было убедить Фрисландию в необходимости поддержки ВИК. Эта провинция всегда имела лишь поверхностное отношение к компании: из-за нехватки средств Фрисландия дважды упускала возможность создать собственную палату в ВИК, а ее недовольство по поводу периферийного положения в этой организации никуда не делось. По мнению статхаудера Фрисландии и Гронингена Вильгельма Фредерика, такое отношение могло измениться лишь в том случае, если Фрисландия обзаведется в ВИК собственной палатой. Возможно, Фрисландия рассчитывала добиться этого, когда в 1647 году истек срок устава ВИК и провинция поддержала ее слияние с ОИК, однако усилия представителей Фрисландии ни к чему не привели. Поэтому вполне естественно, что, как только звезда ВИК начала угасать, Фрисландия прекратила оказывать компании какую бы то ни было помощь, несмотря на уговоры других провинций. Иными словами, отказ Фрисландии выплатить свою долю в 600 тысяч гульденов на финансирование вспомогательной эскадры де Витта (в провинции эти расходы считали серьезным разбазариванием средств) соответствовал ее прежней позиции[505]. В 1653 году Штаты Фрисландии во время переговоров с очередной делегацией Генеральных штатов наконец дали четкие объяснения причин своей неуступчивости. Со стороны Республики, утверждали фрисландцы, не было представлено никаких выгод, на которые провинция могла бы рассчитывать в том случае, если возьмет на себя часть расходов. Кроме того, Штаты Фрисландии заявили, что прибывшая делегация не уполномочена обсуждать реорганизацию ВИК, которая, по их мнению, может произойти путем преобразования компании в государственную организацию. Утверждалось, что именно к такому плану «уже проявляли склонность некоторые провинции»[506], — возможно, данная формулировка относилась к упоминавшемуся выше проекту реорганизации ВИК, который был разработан Штатами Гелдерланда, но отклонен Генеральными штатами. Кроме того, раздражение во Фрисландии вызывал тот факт, что ВИК, в сущности, являлась частным предприятием, — этот момент выяснился несколько лет спустя, когда провинция отказалась платить за ополченцев, вернувшихся из Бразилии. По этому поводу из Фрисландии писали, что ВИК была основана для извлечения прибыли частными лицами и обременения [belastinge] жителей отдельных провинций, а не для общего блага[507].

Выплата жалований солдатам на службе Соединенных провинций никогда не была серьезной проблемой, отчасти благодаря последовательному соблюдению правила, когда провинции за свой счет содержали военных, размещенных на их территории. Именно поэтому провинции охотно решали вопрос с выплатой жалования, поскольку взбунтовавшиеся солдаты могли наделать бед{434}. Правда, даже несмотря на этот риск, провинции не всегда вовремя выплачивали деньги. Однако ключом к успеху нидерландской армии в конечном счете была ее двойная финансовая подушка. Офицеры располагали собственными средствами, позволявшими им досрочно выплачивать жалованье солдатам, если это не могла сделать провинция[508]. Но еще важнее были военные поверенные — частные ростовщики, которые выплачивали авансом деньги, причитающиеся солдатам, командирам их подразделений, и получали за эти услуги ежемесячное жалованье (см.{435}. Всякий раз, когда у провинций возникали долги, эти лица принимали меры, зачастую выдавая крупные суммы. Однако собственное положение военных поверенных было незавидным, поскольку они рисковали так и не получить свои деньги обратно, несмотря на отчаянные призывы к штатам провинций гасить свои долги{436}. Таким образом, если в метрополии можно было воспользоваться услугами поверенных, то в Бразилии, где подобного института не существовало, а у офицеров не хватало средств, все издержки приходилось нести солдатам.

В Нидерландской Бразилии никогда не производилось достаточно собственной продукции, чтобы компенсировать гигантские расходы на содержание этой колонии. Плантации, благодаря которым Бразилия стала ведущим мировым производителем сахара, были уничтожены в ходе непрекращающейся войны, и единственное, что могли сделать нидерландские власти, — это вводить разнообразные налоги. Но даже вкупе с таможенными пошлинами налоговые поступления не могли удовлетворить потребности солдат. В 1646–1650 годах эту проблему могли бы решить многочисленные трофеи, захваченные на побережье Бразилии, но вырученные средства в итоге оказались в основном в руках отдельных поселенцев[509]. Между тем совет директоров ВИК лишь удосужился направить в Бразилию двух казначеев, чтобы они обрисовали ситуацию с финансами и предложили некие решения. С поставленной задачей эти лица не справились, после чего в Бразилии был назначен столь же беспомощный финансовый совет