Наказание для инквизитора - Яна Смолина

Один из братков, шедших позади, пихнул меня в плечо, когда я невольно замедлила шаг, разглядывая зал для пыток. Тогда только я обратила внимание на рыжего, который тоже остановился и искоса глядел на меня, не скрывая удовольствия. Ему нравилось видеть мой испуг. Садист.

Пройдя ещё немного, мы оказались в довольно просторной и чуть менее мрачной комнате. За столом у стены дремал, похрапывая, человек в форме с надвинутой на лицо фуражкой. Два факела, закреплённые на противоположных стенах, хорошо освещали неказистую обрюзгшую фигуру, зато скрывали частично решётку у дальней стены, которая отгораживала часть зала. За этой решёткой кто-то находился. Я слышала шорох, но не видела людей, которых удерживали в обезьяннике.

Рыжий приблизился беззвучно к столу, приподнял стоявшую на нём металлическую кружку и в ту же секунду с оглушительным стуком вернул её на место.

Здоровяк подскочил, опрокидывая стул, а когда схватился за висящую на поясе дубинку, так и замер, осознав, наконец, кто перед ним.

— Доброе утро, констебль, — пугающе холодно произнёс мой сопровождающий.

Несчастный только теперь очнулся. Прекратив глупо таращиться, он поспешил убрать на место орудие.

— Виноват, капитан! — констебль вытянулся по стойке смирно, и на лбу его выступили капельки пота. — Готов понести наказание!

Присев на край стола, рыжий окинул его пренебрежительным взглядом и, с издевательской ленцой выдержав паузу, сказал:

— Вы не поместитесь ни в одну железную бабу, констебль. Но если это повторится, будьте уверены, я подойду к вопросу наказания со свойственной мне изобретательностью.

Капитан улыбнулся, отчего меня передёрнуло. Так, Аня, спокойно. Таким, как этот конопатый, нельзя показывать свой страх. Они им питаются. Вон, бедняга констебль уже в предобморочном состоянии.

— Новости есть? — спросил капитан, чем вернул подчинённому возможность дышать.

Тот неуклюже всплеснул руками и, схватившись за толстый журнал, лежавший на столе, ответил:

— Так точно. Сегодня привезли двоих. Домушника и муфелинщицу. Оба успели за ночь неплохо навариться.

Худые пальцы капитана легли на страницу, не давая констеблю пролистнуть её.

— Довольно, — отрезал он. — Оформляй эту, — карие глаза брезгливо скользнули по мне. — Господин Сорель лично разберётся с ней.

— Опасная преступница? — спросил мужчина, нахмурившись в мою сторону.

— Не то слово. Способна убить силой мысли, — с серьёзным видом проговорил рыжий. — Не вздумай лезть ей под юбку.

Опешили теперь мы оба. Я и служивый. Захотелось нагрубить рыжему хаму, но сдержалась невероятным усилием воли.

Больше капитан ничего не говорил. Отпрянув от стола, он скрестил на груди руки и стал ждать, тогда как его прдчинённый теперь смотрел на меня испуганно.

— П-п-пройдёмте, — сказал он, поправляя ворот рубашки и отстёгивая ключи от пояса. Трясущейся рукой он указал на решётку в стене. Но тут же нервно вздрогнул и неуклюже переваливаясь, подошёл первым, принявшись копошиться с замком.

Я видела, как дрожали его руки и как трясся он сам. Вряд ли его так пугало моё присутствие. Несчастный боялся капитана, которого мог уложить одной левой, но тот был старшим по званию, да ещё и с замашками садиста. А значит, следовало его остерегаться вдвойне.

Отворив дверь в камеру, констебль облегчённо вытер платком лоб и хмуро уставился на меня. Я подчинилась. Лишь когда замок лязгнул, за моей спиной, в полной мере осознала себя арестованной.

Я не была ни в чём виновата. Но кого это волновало? Человек умер при невыясненных обстоятельствах, следовательно, нужно найти виновного. И, зная изнутри эту систему слишком хорошо, я не обольщалась на свой счёт.

Поодаль у стены засыпанного мелким мусором обезьянника имелись два топчана, на одном из которых сидела с безразличным видом женщина и разглядывала меня. Её платье, укороченное спереди, открывало вид на стройные ножки, и украшенное кружевом декольте. Возраст дамы не подлежал определению из-за обилия косметики. Но она всё же была скорее симпатичной, чем наоборот, с копной тёмных волос, собранных в небрежную, растрёпанную причёску.

Я уже собиралась сесть на свободный топчан, как вдруг кто-то внезапно появился слишком близко и, коснувшись моего плеча, шепнул на ухо:

— Откуда ты, красотка?

Я испугалась. Просто потому, что никого, кроме местных служащих и девушки не видела, и возникнуть вот так, рядом никто из них не мог. Ведомая инстинктом самосохранения, я развернулась на звук и со всей силой оттолкнула человека.

Всё, что происходило дальше, выглядело, как какой-то экшен фантастического кино. Стоявший позади меня мужчина взлетел вдруг, и его понесло к стене так, будто не барышня его толкнула, а метательный аппарат. Он бы точно врезался в стену и превратился в лепёшку, если бы не кокон света, который окутал человека за доли секунды и задержал в полёте прямо над полом.

На сей раз в обморок я не упала, хоть и была на волоске от этого, наблюдая во все глаза картину, в которую верилось с трудом. А когда светящийся кокон стал медленно опускаться, я заметила тонкую сияющую нить, протянутую от спасённого к руке капитана. Тот с усилием удерживал на весу всю эту конструкцию с человеком посередине, которая теперь медленно опускалась на пол. Все, кто присутствовал при зрелище, пораскрывали изумлённо рты. Девушка в откровенном платье подскочила, прижимая ладони к лицу и переводя испуганный взгляд от меня к зависшему в воздухе сокамернику.

Когда кокон опустился, он исчез в ту же секунду, как и нить, протянутая к нему. Стряхнув руку и размяв немного пальцы, рыжий зло уставился на меня.

— Похоже, господин Сорель вернётся раньше, чем планировалось, — процедил он.

Глава 5

Глава 5

Дамиан

Утро на лазурном побережье плавно перетекало в полдень, когда она завозилась в постели. Стройная мулатка, чьё идеальное тело я ласкал всю прошлую ночь, так призывно потягивалась и постанывала, что я готов был наброситься на неё и подмять под себя, не дожидаясь, когда красотка проснётся. Умелая в любви. Даже слишком умелая.