Я еще Скелет? Ну все, вы доигрались! - Алексей Сказ

так не работает. Обезглавленный скелет должен рухнуть, если кукловод не находится рядом и не вливает в труп чудовищные потоки магии. А я стоял совершенно спокойный. Честно говоря, даже слегка скучающий.

Моя правая рука поднялась и брезгливо стряхнула несуществующую пылинку с лацкана плаща. Жест нарочно был издевательским.

Но в моей голове вдруг взорвался голос Лиандри:

«КОСТЯША! ТЫ ЖИВ⁈ Я НЕ ПОНИМАЮ ЧТО ВООБЩЕ ПРОИСХОДИТ! НА НАС НАПАЛИ⁈ ОТВЕЧАЙ, КОСТЯНОЙ ИДИОТ ИЛИ Я СЕЙЧАС СПАЛЮ ВСЮ СЦЕНУ ДОТЛА!»

Хм, она правда так сильно за меня волнуется… Её магия уже начала разгораться — воздух вокруг неё искрил от готовности превратить всё в пепел.

Я мысленно ответил ей, торопясь успокоить дурную:

«Отставить панику. Лиандри, я же сказал — пока я стою, город не падёт. И я всё ещё стою. Просто наслаждайся шоу».

Она на секунду замолчала, потом прошипела:

«Ты… Ты это специально, да⁈»

Я больше не ответил. На самом деле мне было не до неё.

Обезглавленная марионетка развернулась к толпе и величественно поклонилась — словно актёр, принимающий овации после блестящего трюка. Люди внизу застыли в ступоре, не понимая, что происходит.

А я вышел из тени.

Я стоял за кулисами всё это время, даже не скрывал себя никакой магией маскировки. Я просто оделся в ту же броню, которую нарядил остальных скелетов. А из-за того что вся моя энергия ушла на трансляцию тысячам зрителей, никто чисто физически не мог увидеть разницы в ауре этого тела с остальными, я всё поделил и выровнял. Короче говоря, моё настоящее тело походило на ещё одного костяного охранника, коих здесь не счесть.

Конечно, я не ожидал покушения, но упускать такую возможность было бы откровенно глупо.

Впрочем, стоило ясно показать всем кто здесь настоящий. Я стал возвращать свою ману обратно из тел подчинённых скелетов. Секунда, полторы, две… И моя цельная аура прокатилась по площади тяжёлой волной. Люди вздрогнули, почувствовав давление магии, которое я намеренно из себя выплеснул.

Я шагнул к обезглавленной марионетке, и мой ментальный голос прорезал хаос:

«Вы совершили ошибку. Вот я настоящий, а вы убили марианетку».

Не дожидаясь пока убийцы опомнятся, я активировал «Ментальный Взрыв».

Волна псионической энергии ударила по убийцам как многотонный пресс. Их артефакты маскировки взорвались снопами искр, магические контуры выжглись на броне яркими трещинами. Трое фигур в чёрных доспехах материализовались прямо на сцене — корчащиеся, зажимающие шлемы руками. Из-под визоров потекла кровь.

Толпа ахнула.

Хотя, стоит всё же похвалить, Эти ребята явно были неслабыми, и всё ещё стояли на ногах. Шатались, не могли сдвинуться с места, но мой навык их не убил.

Лиандри метнулась вперёд, её ладонь вспыхнула огнём, но я остановил её ментальным импульсом.

«Они нужны живыми».

Она сжала зубы, но кивнула. Огненный шар в её руке погас.

Я подошёл к командиру убийц — тому, что пытался меня обезглавить. Мои пальцы сомкнулись на его шлеме и сорвали одним рывком. Под ним оказалось искажённое болью лицо человека средних лет. Как вдруг я ощутил в его теле сопротивление. Вздрогнув всем телом, он пересилил моё ментальное давление и попытался прокусить что-то во рту. Возможно это была… капсула с ядом? Серьезные ребята.

Тогда я специально выделил отдельный канал и проник в его разум грубым ментальным захватом. Челюсть бедняги аж щёлкнула, когда мышцы его лица резко парализовало. Зубы разжались и капсула выпала ему под ноги.

«Имя», — мой голос прозвучал не только в его голове, но и снова в умах тысяч людей на площади. Я хотел, чтобы все слышали. Все должны были это видеть.

Убийца застонал, пытаясь сопротивляться. Его наверняка обучали противостоять пыткам, учили держать разум закрытым. Но я не был каким-то там обыкновенным магом. Я вообще пока не считал себя именно «магом», на самом деле меня бы устроило «Пси-Магистр». Это название моего вида в системной карточке: «Архитектор Скелет-Пси-Магистр».

Я активировал «Ментального Паразита» и вонзился в его сознание, как клинок в рану. Я вырывал воспоминания прямо из нейронных связей, игнорируя его сопротивление. Его разум трещал по швам, но я не останавливался. Мне нужна была правда. Немедленно.

Образы вспыхивали перед моим духовным взором: тёмный коридор в Цитадели, карта коллекторов на столе, знакомый силуэт с большими ушами…

Что⁈ Почему он здесь, в его памяти⁈

«Кто провёл вас через посты?» — я усилил давление. Его крик эхом разнёсся по площади.

— К-кобольд! — выдавил он сквозь стиснутые зубы. — Мелкий, зовут… Хвост! Он… дал коды… Карту…

Имя Хвоста прокатилось по толпе шёпотом. Сомневаюсь, что простые горожане знали кто это такой, но его имя было известно каждому Подпольщику.

Я не отпускал нажим. Мне нужно было больше.

«Приказ. Кто отдал приказ⁈»

— Г-готорн… — лицо убийцы исказилось от боли. — Мэр… Протокол зачистки… лидеров окраин… Глава подполья был… первым в списке…

«Скрежет? Ты говоришь, вы собирались убить Скрежета⁈»

— Нет… «Костяной некромант»… Сначала ты… Затем «Сороконожка»… «Волколюд Клык», «Седой гном Торек», Управляющая травяной лавки… «Фенрис»… И ещё…

Я разжал ментальную хватку. Хвост сдал нас всех! Но зачем? Не понимаю, зачем он хотел, чтобы нас всех убили?

Убийца рухнул на доски, хрипя и пуская слюну. Уже почти не живой, он едва находился в сознании. Если бы я продержал его хоть мгновение дольше — точно убил бы, но нужно было работать дальше, толпа не может ждать.

Я развернулся к публике.

«Смотрите», — моя телепатия прокатилась по площади как гром. — «Вот „забота“ вашего мэра. Он пытается убить меня, потому что боится. Но не меня, он боится ВАС. Боится, что вы пойдёте за мной и наш „замечательный“ мэр потеряет власть».

Я указал на корчащихся убийц.

«Он послал этих головорезов не в тот момент, когда каждый из вас нуждался в спасении от монстров волны. А сейчас, когда угроза уже миновала, но он послал их убить того, кто избавил вас от этой угрозы. Пока монстры рвут ваши дома и нападают на ваших детей, Готорн сидит за стенами и занимается устранением неугодных».

Толпа молчала. И мне кажется, это было самое тяжёлое молчание, какое я когда-либо ощущал в своих обеих жизнях. Тяжёлое, звенящее молчание, постепенно сменяющееся праведным гневом.

Кто-то выкрикнул:

— Предатель!

И другие тоже подхватили:

— Убийца!

— Да он ведь правда нас бросил!

Волна ярости нарастала. Люди забыли что такое страх, их глаза кипели от злости.

— Когда наши дети умирали от наркотиков Готорн тоже не помог!

— И когда бандиты