Неординарные преступники и преступления. Книга 3 - Алексей Ракитин

но всё изменилось после того, как женщина заявила нападавшим, что её муж вооружён и он «перестреляет их всех». Эта угроза предрешила судьбу Кристины. Спенсер настаивал на том, что не совершал полового акта с женщиной и не знает, делал ли это «Джонни». Однако он настаивал на том, что половой акт в извращённой форме осуществила Мэри Хэмптон. Последняя, по его словам, вообще была очень активна в сексуальном отношении и своей похотью намного превосходила его самого.

Непосредственно расстрел членов семьи Уолкер произвёл 3-й участник группы — тот самый «Джонни», о котором Спенсер практически ничего не знал, но был готов помочь при его опознании. Некоторые детали, сообщённые Эмметом, звучали довольно правдоподобно и казались точны, вообще же, его рассказ изобиловал множеством подробностей и производил впечатление вполне искреннего, однако шериф быстро понял, что Спенсер точен только тогда, когда повторяет газетные сообщения. Как только ему задавались вопросы о деталях, не описанных в газетах, он сразу начинал говорить уклончиво, и его быстрая и довольно живописная речь превращалась в сплошное мычание. Он не знал многих деталей, о которых, безусловно, должен был быть осведомлён непосредственный участник тех событий, например, о сперме на трусиках Кристины Уолкер или использовании убийцей 2-х пистолетов. Или о том, почему убийца вставил в обойму стреляную гильзу 22-го калибра.

Шериф решил, что Спенсер Эммет занимается мифотворчеством и «кормит» его выдумками для достижения неких собственных целей. На этом основании Бойер после единственного допроса исключил Эммета из числа возможных подозреваемых и более к обсуждению его кандидатуры не возвращался.

Помимо упомянутых выше нестыковок в пояснениях Спенсера, существовала ещё одна деталь, также убедившая шерифа в том, что Спенсер не причастен к убийству семьи Уолкер. Дело заключалось в том, что изучая перемещения Спенсера и Хэмптон по стране, полицейские установили, что Рождество 1959 года парочка встретила в Калифорнии, после чего возвратилась во Флориду и уже 31 декабря подверглась задержанию за мелкое хулиганство в городке Крествью (Crestview). Шериф посчитал, что ежели Спенсер и Хэмптон находились 24 и 25 декабря в Калифорнии, то и 19 числа они, скорее всего, были там же. То есть Бойл решил, что парочка имеет alibi. И что если бы они действительно убили Уолкеров, то не возвратились бы спустя менее 2-х недель во Флориду…

Если оценивать логику шерифа сугубо формально, то его рассуждения следует признать здравыми и в целом правдоподобными. Действительно, если преступник желает сознаться в содеянном, то ему следует продемонстрировать максимально возможную точность в деталях, иначе получится неубедительно. Возвращаться в штат, где ему грозит смертная казнь, также неразумно, и убийца, который дружит с головой, делать этого не будет как можно дольше, возможно, всю оставшуюся жизнь.

Но в случае Эммета Спенсера такая прямолинейная и формально справедливая логика не работает. И сейчас станет ясно почему.

В 2005 году криминальный журналист Сьюзан Кларк Армстронг (Susan Clark Armstrong) опубликовала в журнале «Folio Weekly» статью, в которой исследовала возможную причастность Эммета Спенсера к похищению и убийству Беверли Кохран (Beverly Cochran). Эта молодая женщина исчезла из своего дома 24 февраля 1960 года, и судьба её неизвестна до сих пор. История Кохран является одной из нескольких популярных «городских легенд» Флориды, и различные версии случившегося с нею частенько обсуждаются американскими любителями криминальных загадок как на страницах прессы, так и в интернете. К убийству семьи Уолкер упомянутая загадка не имеет ни малейшего отношения, и сейчас она упомянута лишь потому, что полученная Сьюзан Армстронг информация под весьма неожиданным ракурсом освещает тюремный быт Эммета Спенсера.

Дело заключается в том, что полицейские, проводившие допрос Спенсера… жестоко его избили. Спенсер потерял сознание, после его обследования в тюремной больнице выяснилось, что у него сломаны 2 ребра, а уж о разного рода менее серьёзных телесных повреждениях и говорить вряд ли нужно! Получился серьёзный скандал, который пришлось нивелировать на уровне руководства штата. Дело заключалось в том, что в допросе, в ходе которого Спенсера едва не забили до смерти, принимал участие приезжий окружной шериф Дейл Карсон (Dale Carson), то есть руководитель довольно крупного полицейского подразделения. Если подобное обращение со скованным наручниками заключённым допускают далеко не рядовые «законники», то чего можно ожидать от обычных сотрудников? И какова ценность признаний, полученных подобным образом?!

Кстати, надо ли уточнять, что Эммет Спенсер сознался в похищении и убийстве Беверли Кохран и пообещал показать место сокрытия трупа? 24 сентября 1962 года — уже после выписки из тюремной больницы — он принял участие в следственном эксперименте, в ходе которого труп найден не был.

Спенсер Монро Эммет с Мэри Хэмптон в 1959 году.

История с побоями, обнародованная Сьюзан Армстронг, позволяет взглянуть на якобы «добровольные» признания Эммета Спенсера под неожиданным углом и оценить их совершенно по-новому. Эммет, приговорённый к смерти за убийство Джона Кина, находился в камере смертников, и для него риск присесть на «горячий стул» был весьма и весьма велик. В его положении было весьма разумно заинтересовать своими россказнями правоохранительные органы, максимально затянуть время и подтолкнуть «законников» к торгу. Предметом торга мог являться широкий круг вопросов от прохождения по инстанциям апелляций и всевозможных прошений Спенсера до бытовых нюансов, связанных с его содержанием в тюрьме. При этом заключённый, разумеется, не желал получить ещё один смертный приговор. Поэтому задача перед ним стояла двуединая и противоречивая — с одной стороны, он должен был демонстрировать необычную осведомлённость о преступлениях, а с другой — делать это так, чтобы избежать обвинения в их совершении. Именно по этой причине Эммет умышленно вводил в свои рассказы ошибочные либо труднопроверяемые детали — этим самым он затягивал и затруднял проверку сказанного. При этом он находился под сильным давлением — история с избиением, упомянутая выше, вряд ли была единственной [в отличие от других, она просто стала известна, и то с задержкой более чем в 40 лет!].

Несмотря на свой низкий IQ, Спенсер на протяжении многих лет отлично справлялся с той весьма непростой задачей, что ставил перед собой. Он изобретательно и даже талантливо дурил «законников» со всех концов страны. То, что шериф Бойер потерял к нему интерес после единственного допроса, следует признать исключением из правил, поскольку обычная проверка рассказов Эммета требовала многих месяцев и неоднократных встреч.

Во время этих встреч «законники» приносили Спенсеру бутерброды с тунцом, жареную кукурузу, сигареты, выполняли разные мелкие пожелания… Конечно, если отношения не складывались, то вместо вкусного бутерброда можно было крепко получить по зубам, но если всё получалось как надо, то бутерброд был отличной наградой! Да и потом, для человека, находящегося в полной изоляции и даже на прогулку выходящего в особый закрытый дворик, любое заинтересованное общение само