Иллюзия и Реальность - Марк Геннадьевич Кузьмин

— Как ваш друг?

— Хуже, — ответил дварф. — Стало еще хуже.

— Понимаю, — кивнул парень. — Вот, это может ему помочь?

Он протянул дварфы Слезу Очищения.

Тот сначала был удивлен, потом неуверенно взял шарик и рассмотрел его. Всего пара секунд и глаза коротышки начали стремительно расширяться, а челюсть отваливаться.

— Чего⁈ Ты где это добыл⁈ — подскочил он.

Его друзья поднялись и тоже присмотрелись к предмету. Их лица стали просто не передаваемы.

— Мы вчера данж прошли, он усложнился и стал сюжетным. С последнего босса получили такую штуку. Проверьте, поможет ли.

— Ты… отдаешь её нам?

— Мы с командой решили, что вам она нужнее. Вот я и принес. Сначала проверьте, не хотелось бы чтобы оказалась пустышкой.

Дварф тут же подскочил и кинулся в дом. Там был какой-то шум и зазвучали голоса. Заглянув внутрь он увидел какого-то парня, тяжело дышащего на кровати, рядом с ним был пожилой жрец, что, взяв Слезу, выглядел ошарашенным. После чего он стал использовать её над телом больного. Далее все стало заполняться светом и бормотанием, а дверь закрыли чтобы не мешали.

Через пару минут дварф вышел наружу весь в слезах:

— Проклятье… снято… — расплакался тот.

Вместе с ним слезы не удержали и остальные и кинулись с ним обниматься.

Ксант же просто улыбался и смотрел на этих троих. В доме тоже послышались звуки радости.

Вид того, как трагедию удалось предотвратить очень грел ему сердце и заставлял ощущать приятное тепло внутри. Потому он не торопил этих ребят, что уже неделю мучались и страдали, переживая за друга. Теперь могут дать волю чувствам.

От обнимашек Спарс отказался, неловко ему было, а затем ребята успокоились и предложили отдать ему все что у них было. Готовы были хоть догола раздеться и отдать все вещи, но Ксанти отказался. Все ему не нужны, да и отнимать последнее не дело. Потому просто забрал лучшие вещи что у них были. Перчатки с повышенной броней, обувь на мага и кожаный капюшон с бонусом к Меткости. На этом и порешили.

— Спасибо тебе и твоим друзьям, — улыбались они. — Если будет нужна помощь, только скажи.

— Ну если что. Обменяемся контактами и в случае чего.

Ксант добавил всю троицу в список друзей. Потом передаст контакты остальным, ведь помощь может пригодится. Фран вряд ли одна сумеет обучить своих подруг, а эти трое вроде кое-что умеют, раз так неплохо оделись. Их и можно будет привлечь к обучению новичков.

Распрощавшись с веселыми ребятами Ксанти двинулся в Приют.

Все это дело подзадержало его до вечера, и он неспешно шел домой.

Настроение было на высоте, он ощущал невероятный душевный подъем, ведь не только совершил хороший поступок, помогая другим, так еще и с выгодой для себя и друзей. Им эти вещи пригодятся.

«Всего пара дней и мы покинем этот остров! Как же я давно этого ждал!»

Сильфа милое место, но даже оно осточертеет за столько времени, а уж жизнь в Приюте и вовсе была невероятно тоскливой.

Свернув в менее людный переулок, он ускорил шаг, чтобы поскорее добраться до Приюта. Хочется уже снять с себя неприятные ограничения и быть свободным.

— Да! Я почти у цели! И… Агх!

Ксант резко остановился и схватился за грудь, когда боль внутри выстрелила в него. Дышать стало тяжело, с лица полил пот, а ноги начали подкашиваться. Пара шагов влево, и он уперся плечом в стену, сползая на мощеную дорогу, крепко стискивая зубы.

— Приступ… только… не сейчас…

И оно не прекращалось. Обычно приступы кратковременны и оставляют после себя слабость, но сейчас боль не уходила, а словно только нарастала. Все больше и больше.

Сердце бешено стучало, готовое вот-вот вырваться из грудной клетки. Дыхание участилось, перед глазами все начало плыть, а сознание постепенно угасало. В глазах мутнело и жар заполнял разум.

«Вот так меня не станет… за один шаг до свободы…»

Из глаз потекли слезы, и он не мог уже держаться. Одиночество без семьи, много труда и сил, вложенных в единственное что он мог и… теперь он уже не достигнет ничего…

Он начал угасать. Постепенно темнота вокруг сгущалась, он словно слышал как пищит аппаратура в больнице и как замедляется пульс, что вот-вот оста…

— Ох, держись, мальчик! — послышался чей-то хриплый голос рядом.

Чья-то рука коснулась его груди и теплый свет полился из нее, но никакие игровые силы не могли его спасти, а потому свет лишь…

— Кха! — вскрикнул он, когда по телу прошелся ток и резко подорвался на ноги. — Ах! Что⁈

Сознание внезапно вернулось в норму, а тяжесть отступила.

Парень стоял на ногах и… чувствовал себя приемлемо.

Слабость все еще осталась и хотелось присесть, но приступ отступил, хотя тот был уверен, что это конец.

— Тебе уже лучше? — спросил кто-то.

В нос ударил запах табака и чего-то приятного, словно дорогой одеколон.

Рядом с ним стоял какой-то старик, облаченный в бело-синюю мантию с большой широкополой шляпой и посохом в руках. Длиннобородый дед с морщинистым лицом, большим крючковатым носом и весельем в голубых глазах смотрел на него с улыбкой.

— Как себя чувствуешь? — вновь спросил старик.

— А? Да… мне лучше… Ох…

Ноги ослабли, и парень чуть не упал, но дедуля помог ему устоять, подал руку и отвел к скамейке.

— Спасибо большое, — искренне произнес Ксанти. — Что вы сделали?

— М? Просто заклинание лечение. Целебное касание из Магии Света, — ответил тот. — Помогло?

— Д-да… кажется…

— Меня зовут Гудвин. А ты? Что-то не так?

— Ксанти… Да… просто… моя проблема была в реальности, а не тут… Случился приступ.

— Ох, соболезную, малыш, — вздохнул старик.

— Да, мне… недолго осталось, — парень грустно опустил голову.

Они оба какое-то время молчали. Дед достал курительную трубку, набил её табаком и закурил, выпуская клубы дыма.

— Жизнь несправедлива, — произнес Гудвин. — Ты можешь жить, а потом осознать, что все окончено. Внезапно и резко. Судьба любит такие шутки. Очень…

Голос его был наполнен горечью и веселый образ немного потускнел, показывая печаль и отчаяние в глазах. Очень знакомый взгляд. Ксанти часто видел его в Приюте у многих, особенно в собственном отражении.

— Да, — согласился Спарс. — Но ничего не поделать… Мы не в силах…

— Не согласен,