Логово гадюк - К. А. Найт

Я киваю.

— Я знаю, брат. Тебе все равно, когда они придут за тобой, но мы? Это бьет по твоим кнопкам. Мы прикроем твою спину. Мы можем это.

Райдер заезжает в переулок, как я и предлагал, и мы немного отстаем от Тони, чтобы он подумал, что у него есть шанс, а затем мы выжидаем. Райдер делает вид, что разговаривает по телефону, и я откидываю голову назад, притворяясь спящим, хотя мои глаза приоткрыты, а рука лежит на пистолете в ожидании.

Давай, ты, ублюдок.

Минуты тянутся бесконечно. Может быть, я ошибался. Черт, он нам нужен, нам нужно попасть в Триаду и выяснить, что он знает. Не говоря уже о том, что Дизелю не терпится выследить этого ублюдка, и это приведет к тому, что количество убитых увеличится по всему городу. Нет, нам нужно найти его и передать Ди, чтобы он немного повеселился.

Тогда мы уничтожим ублюдков, которые пытались причинить вред нашей семье.

Мы старались вести себя хорошо, мы старались проявлять уважение, и вот как они нам отплатили? Нет, они подписали свои смертные приговоры. Мы уничтожим их, кирпич за кирпичом. Это то, в чем Райдер спец. Я уже знаю, что он работает над тем, как развалить их бизнес и опустошить банковские счета, чтобы забрать их деньги. Затем Рай займется их семьями. Только после этого, когда они будут напуганы и одиноки, он обратит на них свой взор.

Он жестокий ублюдок, лучший в своем деле.

По части защиты тех, кого он любит.

Даже когда мы были детьми, он был таким же, всегда самым серьезным. Черт, он даже тогда носил костюмы. У него никогда не было настоящего детства. Нет, Райдер стал тем, кем хотел его видеть мой отец, чтобы убедиться, что я никогда не встану на пути этого человека. Он делал все, о чем просил наш отец, даже марал руки.

Я помню ночь, когда Райдер впервые убил кого-то, ему было тринадцать, мне — одиннадцать. Райдер вернулся домой, и в нем что-то изменилось. Он боялся, но не Отца, как обычно, а самого себя. У него на руках была кровь, и он сидел, оттирая ее, слезы катились по его щекам. Он рассказал мне, что произошло, не всю правду, конечно. Позже я узнал, что он сделал это, чтобы защитить меня, что Папаша сыграл на его любви ко мне, как последний ублюдок, каким он и был. Он угрожал Райдеру, сказал ему, что если он не убьет этого человека, то он заставит меня сделать это.

Тот не хотел, чтобы я запятнал свою душу, поэтому он сделал это. Даже несмотря на то, что это что-то надломило в нем, Райдер сделал это. Я удерживал его, пока он плакал. Это была последняя ночь, когда я видел, как Райдер плакал или проявлял слабость до сегодняшнего дня. Он сказал мне, что ему было страшно, что он не был в ужасе, что это казалось правильным… что он был монстром, как мой отец.

Я обещал, что никогда не оставлю его одного. Я сдержу это обещание. Райдер отдал свое детство, свою душу ради меня. Я бы сделал для него все, что угодно. Он даже не понимает, что Роксана, как он ее называет, является частью этого. Ему нужна слабость, кто-то, с кем он мог бы разделить мир, кто мог бы помочь ему справиться с его бременем, иначе он просто сгорит.

А я не могу потерять его.

Я защищу плачущего мальчика с окровавленными руками, и она будет ключом.

Это началось в моей голове в самый первый день после того, как он посмотрел на нее так, словно она была вызовом, загадкой, которую Рай не мог разгадать, и Рокс не боялась его, как все остальные. Она встретила его лицом к лицу, такая же упрямая, такая же злая на весь мир. Рокси спасет его.

Она спасет нас всех.

И мы запятнаем ее.

Мне должно быть не все равно, но я, кажется, не могу ничего с собой поделать. Не тогда, когда я смогу оставить ее и моего брата.

Замечаю что-то дальше по переулку, движение настолько слабое, что я бы не заметил его, если бы не смотрел.

— На двенадцать часов, — бормочу я, едва шевеля губами.

— Да, — огрызается Райдер, все еще притворяясь, что разговаривает по телефону.

Тень движется вдоль стены и останавливается за ящиком. Я быстро набираю сообщение Тони, не глядя, не сводя глаз с силуэта. Он стреляет, и мы бросаемся вперед, когда машина трогается. Идиот, это гребаное стекло пуленепробиваемое.

Он пытается убежать, зная, что мы его заметили, но Тони блокирует переулок на другом конце, и тогда мы настигаем его. Выскакивая из машины и перепрыгивая через капот, я хлопаю его по плечу, а когда он поворачивается, бью кулаком в лицо. Он не падает, хотя и пытается ударить меня пистолетом, но Райдер хватает его сзади и начинает душить, поэтому я выхватываю у него оружие из руки и бью пистолетом по виску.

Он падает в объятия Райдера, который позволяет ему упасть на землю.

— Видишь, брат? Просто, — смеюсь я.

Тони и Сэм хватают мужчину и тащат его обратно к своей машине, а мы направляемся к нашей.

— Дизель будет вне себя от счастья. — усмехается Райдер. — И мы получим необходимую нам информацию. Они связались не с теми людьми.

— Гадюками, брат. Даже змеи боятся других змей, — соглашаюсь я.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

РОКСИ

— Я его грохну.

Я серьезно. Я собираюсь убить Гарретта. Мы с Гарреттом не разговаривали все утро после того, что случилось прошлой ночью. Этим утром Дизель вытащил меня из моей комнаты, а Гарретт приготовил мне завтрак, не сказав ни слова. После этого они потащили меня в гостиную, где я заснула на диване. Он не разговаривает со мной и даже не смотрит в мою сторону.

Это сводит меня с ума.

Ну и что? Он ненавидит женщин. И да, он использовал меня, но мне это понравилось. Иначе я бы сказала ему «нет» или надрала бы задницу. Мне плевать, и по какой-то неизвестной мне причине я все равно хочу его. Мне нужно слой за слоем содрать с него весь его гнев, чтобы добраться до того страха, который я обнаружила под ним. Добраться до того настоящего парня, который скрывается под слоем гнева.

Это кажется