Тайна спящих детей - Марина Исайр

распорядился передать вещь в лабораторию, не снимая ткань и не касаясь голыми руками. Я не стала возражать, так как после всего, что случилось в лавке, мне впервые было приятно, что подозрительный предмет окажется подальше от моих полок.

— Я хочу увидеть Нору, — сказала я, когда дверь снова закрылась.

— Увидите. Вы должны подтвердить, что в лечебнице находится та же девочка. Кроме того, рядом с телом может проявиться связь, которую не заметили лекари.

Я потянулась за мокрым плащом, но Рей опередил меня. Коснувшись ткани, он недовольно нахмурился и вместо неё снял со спинки кресла свой пиджак.

— Наденьте.

— До лечебницы недалеко.

— Вы промокли.

— Дождь обычно приводит именно к такому результату.

— Лилия.

Он произнёс моё имя спокойно, однако по тону стало ясно, что спорить придётся либо долго, либо безуспешно. Я выбрала второй вариант и накинула пиджак. Он оказался велик, зато сохранил тепло, а от ткани едва заметно пахло кофе и чем-то древесным.

Рей собрал три папки и направился к двери, но перед выходом остановился рядом со мной.

— В лечебнице не отходите от меня и ничего не трогайте без предупреждения, — предупредил Рей уже у двери, убирая папки под руку. Судя по тону, эту часть предстоящего визита он считал едва ли не самой сложной.

Я поправила слишком длинный рукав его пиджака и посмотрела на него с возмущением, которое он совершенно незаслуженно проигнорировал.

— Я умею вести себя осторожно.

Рей остановился и несколько секунд молча смотрел на меня. Взгляд был настолько выразительным, что я уже заранее понимала, какой именно случай он собирается припомнить.

— Именно поэтому первое дело едва не закончилось вашей смертью?

— Зато закончилось тем, что мы поймали убийцу, — напомнила я, решив не уточнять, сколько неприятных событий произошло между первым и вторым.

— Одно совершенно не отменяет другого, Лилия.

С этим спорить было труднее, поэтому я предпочла сделать вид, что слишком занята застёжкой плаща. Моррис, наблюдавший за нами с кресла, тихо вздохнул, спрыгнул на пол и первым направился к двери.

— Предлагаю продолжить по дороге, — сообщил он, даже не оборачиваясь. — Судя по предыдущему опыту, к лечебнице вы как раз дойдёте до того момента, когда один из вас согласится с другим.

Глава 4 Спящие

Глава 4 Спящие

Лечебница Святой Миры находилась в нескольких кварталах от Управления, в старом светлом здании с высокими окнами и двумя каменными крыльями, пристроенными в разные годы.

К тому времени дождь окончательно прекратился. С крыш всё ещё капало, по мостовой тянулись мутные ручейки, а я шла рядом с Реем, придерживая слишком длинный рукав его пиджака и пытаясь привыкнуть к мысли, что девочка, которую я ещё недавно считала призраком, сейчас находилась где-то за этими окнами и дышала.

Моррис держался немного впереди и почти не разговаривал. После кабинета он стал непривычно серьёзным, хотя я подозревала, что часть его мрачного настроения объяснялась мокрой задней лапой. Одна из луж всё-таки победила, а Моррис относился к подобным поражениям болезненнее, чем некоторые люди — к семейным трагедиям.

У входа Рей показал жетон дежурной, и нас пропустили без лишних вопросов. Внутри пахло лекарственными травами, воском и чем-то горьким, знакомым ещё по приютскому лазарету. За закрытыми дверями негромко разговаривали, звякала посуда, иногда торопливо проходили лекари, но даже эти звуки будто приглушались высокими стенами.

— Нора на втором этаже, — объяснил Рей, пока мы поднимались по широкой лестнице. — Двух остальных детей сегодня тоже перевели сюда. Теперь, когда случаи связали, лекарям проще наблюдать за ними вместе.

— Семья Норы уже приехала?

— Насколько знаю, мать в дороге. К госпоже Вард отправил стража еще раз.

От этих слов мне стало немного легче. По крайней мере, теперь бабушка знала, что внучка жива. Что именно означало это «жива», пока лучше было не думать.

За поворотом коридора мы увидели Дамиана. Он стоял возле окна и разговаривал с незнакомой женщиной, которая каким-то образом пыталась одновременно удержать корзинку, несколько книг и свёрнутый детский плед. Дамиан держал две кружки и явно уже некоторое время пытался убедить её расстаться хотя бы с частью груза.

— Я всё ещё предлагаю забрать книги, — говорил он, когда мы подошли ближе. — В прошлый раз вы отказались и уронили половину корзины.

Женщина бросила на него выразительный взгляд.

— В прошлый раз книги я удержала. Апельсины уронили вы.

— Один.

— Пять, — спокойно уточнила она и всё же передала ему книги. — Причём один вы потом нашли под скамьёй.

— Не вижу смысла возвращаться к деталям дела, которое уже закрыто.

Она рассмеялась, и только после этого заметила нас.

На вид ей было немного за тридцать. Каштановые волосы она собрала на затылке, но несколько прядей уже выбились, под глазами лежали лёгкие тени, а на рукаве серо-голубого платья темнело небольшое пятно. Она не выглядела ни особенно нарядной, ни безупречной, зато в её лице было то редкое спокойствие, рядом с которым людям, наверное, становилось немного легче говорить о неприятных вещах.

— Лилия, — Дамиан первым обратил внимание на меня, после чего его взгляд на мгновение остановился на пиджаке Рея. К счастью, комментировать он не стал. — Познакомьтесь. Эстерия Блант. Она помогает здесь с детьми и их семьями. Эстерия, Лилия Сантер.

— Та самая Лилия Сантер? — спросила женщина с лёгким интересом, но без того восторга, который в последнее время начинал меня пугать сильнее проклятых вещей.

— Боюсь спросить, какая именно.

— Хозяйка лавки на Медной улице. Я слышала о вас.

После дела с белыми перьями подобные слова уже не вызывали во мне ничего хорошего, поэтому я только улыбнулась.

Рей тем временем спросил, была ли Эстерия здесь утром, когда привезли Нору.

— Была, — ответила она, и лёгкость сразу исчезла из её голоса. — Девочку доставили около девяти. Она не приходила в себя ни по дороге, ни здесь. Лекари несколько раз пытались её разбудить, но безрезультатно.

Она сказала это спокойно, но на последних словах её пальцы чуть сильнее сжали ручку корзины.

Дамиан, до этого стоявший рядом, стал серьёзнее.

— Эстерия несколько лет провела здесь почти каждый день, — негромко пояснил он.

Она посмотрела на него, и в этом взгляде не было раздражения, скорее просьба не продолжать.

— Это давно было, — произнесла Эстерия и вернулась к нам уже