Волк в овчарне - Макс Мах

Шотландии, а все крепления зачарованы с помощью все той же «ведьминской магии». Это были не слишком сильные чары, но на них не действовали знакомые английским магам заклятия-деактиваторы. Просто чужая магия, которую еще попробуй заметь, если не был с ней знаком заранее. Вот этот ящик Эрвин и попросил Беллу никогда не трогать без спросу, и, к ее чести, к «сейфу» она ни разу не прикоснулась, хотя уже с января начала активно пользоваться лабораторией. Сначала одна, а позже, - и, разумеется, под клятву на крови, - вместе с подругами. Но и про награду не забыла. То, что Эрвин ничего с нее не потребовал ни за доступ в лабораторию, ни за те волшебные снадобья, которыми он ее теперь регулярно снабжал, – это его дело, но он озвучил свое пожелание, и это уже была ее проблема. Решила она ее достаточно просто, но в своей несколько радикальной на взгляд Эрвина манере. Не то, чтобы он жаловался, вовсе нет, но такого он, разумеется, не ожидал.

Примерно через неделю после того, как он показал ей свою лабораторию, в очередное ненастное, - с ледяным ливнем и шквальным ветром, - воскресенье Белла предложила ему пройти в лабораторию. И там для начала, между ними состоялся довольно странный разговор.

— Это не экспромт, - сказала девочка. – Я все обдумала и решила, что нужно попробовать, чтобы было о чем думать дальше.

- Извини, Бел, но я ничего не понял, - признался Эрвин.

- Если ты умен настолько, насколько я думаю, то сейчас все поймешь, - улыбнулась Белла. – Но предупреждаю. Будь осторожен и не перегни палку!

Что она имела в виду, Эрвин действительно понял буквально через минуту. Понял бы и быстрее, но был ошеломлен ее поступком настолько, что не сразу смог собрать в кучку разбегающиеся, - кто куда, - мысли.

Между тем, Белла отошла от Эрвина к стоящему у дальней стены рабочему столу и стала раздеваться. То есть, сначала он об этом не знал, полагая, что девочка за каким-то бесом снимет только мантию, но его ждал сюрприз. Похоже, Блэк задумала показать ему настоящий стриптиз. И вот что примечательно: раздеваясь, она пристально наблюдала за Эрвином, который удержался от падения челюсти только огромным, поистине нечеловеческим усилием воли. Что именно ее интересовало, он тогда не понял. Возможно, его первая реакция, но, может быть, и не первая, и не реакция. Тем временем Белла наконец разделась и оказалась перед Эрвином в тех самых штучках-дрючках, которые, верно, купила в магазине эксклюзивного женского белья во время их первого побега в Лондон. Ну что сказать. Даже с поправкой на возраст, а Белле в январе как раз исполнилось двенадцать, это было феерическое зрелище. Она и так-то была хороша собой, выглядя весьма женственно и, пожалуй, даже сексапильно, - насколько это вообще возможно для девочки-подростка, - но в черных кружевных бра, трусиках и поясе с чулками она была просто неотразима. Выглядела она явно старше своего возраста, во всяком случае, плавность линий и выраженность округлостей указывали где-то лет на четырнадцать, а, может быть, и на пятнадцать, но никак не на одиннадцать или двенадцать.

- Нравится? – коротко спросила она.

- Нет слов! – честно признался Эрвин.

- Дальнейшее снятие покровов не предполагается, - внесла она ясность, - но страстный поцелуй за мной.

Она сама подошла к ошеломленному Эрвину, положила руки на плечи и, приподнявшись на носочки, запрокинула голову, подставляя губы под поцелуй. Кто кого должен был целовать и насколько страстно, Эрвин спрашивать не стал. Целовал он, отвечала она, а страсть появилась как-то сама собой на исходе первого поцелуя и была обоюдной. Итак, первый поцелуй прошел на ура, но закончился раньше, чем хотелось бы. Просто воздуха в легких не хватило, а дышать носом они оба то ли забыли, то ли посчитали неприличным, но зато сделав глоток воздуха, - словно вынырнув на поверхность из глубины черного омута, - они слились во втором поцелуе. И вот он уже был по-настоящему страстным, и, к счастью, не последним. Дальше все развивалось по хорошо известному сценарию. Эрвина заводили не только поцелуи, но и прикосновения к нежной коже Беллатрикс, ее запах, ее тихие, но, тем не менее, вполне различимые стоны. Однако, и ее, похоже, накрыло неожиданно мощной волной страсти. Девочка, словно с цепи сорвалась, и, как правильная женщина, - в ее-то годы, - начала раздевать партнера. И не успокоилась пока не раздела до трусов, по ходу дела позволив Эрвину снять с себя бюстгальтер. Грудки у нее оказались действительно маленькие, но уже вполне сформированные. Твердый размер А[6], и целовать их было… Ну что тут скажешь! Все у них шло почти по-взрослому, но до известного предела. Целовать ее набухшую киску через мокрые от любовных соков трусики было можно, но снять их с нее оказалось невозможно. То же и с его членом. Она вполне осознанно мяла и ласкала его через ткань трусов, но спустить их не пробовала сама и не позволила ему. Тем не менее, от перенапряжения и долгого воздержания Эрвин кончил прямо в трусы и был этим крайне смущен, но девочка, к его удивлению, отнеслась к его проколу с пониманием. Однако пятно на трусах стало знаком к прекращению «безобразий». Оба они, похоже, поняли, что зашли несколько дальше, чем планировалось, и, отвернувшись друг от друга, стали поспешно одеваться.

[1] Так у Набокова: Гумберт Гумберт.

[2] Гардарикская поговорка.

[3] Чертёж участка местности, выполненный глазомерной съёмкой, с обозначенными важнейшими объектами. Поясняющие дополнительные данные, которые нельзя изобразить графически, записываются в «легенду» на полях или обороте чертежа.

[4] Британская пинта равна 568,261 миллилитра.

[5] Велесова ночь — славянский праздник, который тaк же проводится в ночь с 31 октября на 1 ноября и связан с языческим богом Велесом, покровителем скотоводства, богатства и подземного мира. Этот праздник отмечает переход из лета в зиму и приближение холодного времени года.

[6] Если кто не знает, в России – это 1 номер.

Глава 11

Глава 11

В течение следующих четырех месяцев ничего подобного между Эрвином и Беллой больше не происходило. Они по-прежнему выходили на совместные прогулки или часами трепались, сидя на подоконнике, но даже не целовались больше и о том, что произошло между