Верхум - Георгий Леонардович Васильев

мощи. В России начала XX века армия была многочисленнее, чем в США начала XXI века. Но российская армия выступила против собственного правительства, а американская даже не пошевелилась. Главное оружие государства – это сила институтов подчинения.

Томас Гоббс ещё в XVII веке обосновал необходимость государства тем, что оно предотвращает “войну всех против всех”[259]. Правда, он отдавал предпочтение монархии, считая, что демократия лишь усиливает соперничество. Однако современное демократическое государство вполне справляется с конфликтами и обеспечивает мирное сосуществование множества самых разных верхумов. Оно вырабатывает обязательные для всех правила и добивается их исполнения, используя свою монополию на насилие. Причём в самом насилии нужды, как правило, нет: всё общество считает правильным подчиняться государственным законам. Поэтому взбунтовавшихся сторонников Трампа никто не поддержал – ни суды, ни армия, ни Республиканская партия, ни Национальная стрелковая ассоциация, ни телеканал Fox News[260].

Уважение к закону – яркий, но не единственный пример того, как верхумы уживаются, следуя культуре подчинения. На её основе строятся отношения между метрополией и колониями, между командованием флота и экипажами кораблей, между управляющей компанией и предприятиями, входящими в холдинг. Культура подчинения эффективно обеспечивает мирное сосуществование верхумов, но порой она взрывоопасна. Многие государства пережили революционные потрясения, а колониальная система вообще полностью развалилась в XX веке под напором национально-освободительных движений. Экосистема верхумов намного устойчивей, если она построена на взаимовыгодном обмене.

Культура обмена лежит в основе рынка – социума, состоящего из продавцов и покупателей. Но только на блошином рынке все продавцы и покупатели – это люди. Если мы говорим о рынке в масштабах страны или планеты, то его участниками в основном выступают корпорации с наёмными работниками и другие юридические лица. Опять мы сталкиваемся с ситуацией, когда в большом социуме главную роль играют не люди, а верхумы. И снова большой социум выглядит как экосистема верхумов. С одной стороны, они конкурируют, с другой стороны, нуждаются друг в друге. Рынок делает сотрудничество между верхумами взаимовыгодным.

Мы уже не раз говорили о мобильности людей и мемов. Благодаря им верхумы учатся друг у друга. Они перенимают чужие знания и адаптируют их для своих нужд. Научное открытие, совершённое одним коллективом учёных, быстро становится достоянием всех остальных. Эффективная технология, освоенная одним предприятием, рано или поздно распространяется по всей отрасли, даже если её защищать патентами. Новое оружие или тактика боя, применённые одной армией, неминуемо будут заимствованы другими армиями мира, если их сочтут удачными. Полезные мемы перетекают от одного верхума к другому, преодолевая любые преграды.

В третьей главе я назвал институты, поддерживающие свободный переток мемов между людьми, культурой доверия. Очевидно, культура доверия работает не только среди людей, но и среди верхумов. В подтверждение этого я хотел рассказать маленькую историю из собственной жизни, но обнаружил, что она скорее не о доверии, а об обмане доверия. Впрочем, я всё равно её расскажу, потому что она даёт представление о том, как доверие между верхумами работает на практике.

Бóльшую часть своей сознательной жизни я занимался тем, что внедрял в России полезные мемы из-за рубежа. Когда занимался наукой, применял зарубежные математические методы. Когда был продюсером, копировал бродвейские технологии создания мюзиклов. Когда производил телефоны, импортировал станки-автоматы для монтажа печатных плат. Когда делал мультфильмы, осваивал бренд-билдинг и 3D-анимацию. Что уж говорить о сотовой связи. Без западного ноу-хау мы бы не смогли запустить её в России. Причём многое из того, что удалось внедрить, мы почерпнули безвозмездно, то есть даром. Просто смотрели, как что-то делается на Западе, и повторяли. Иногда западные партнёры по доброй воле делились информацией. Иногда приходилось хитрить.

В первые же месяцы после запуска сотовой сети “Билайн” мы начали захлёбываться от неведомых дотоле проблем. С техникой мы более-менее справлялись благодаря импортному оборудованию и мозгам наших инженеров. Но что было делать с абонентами? Они одолевали нас звонками с самыми неожиданными вопросами, жаловались на технические неполадки и неправильные счета, выясняли, как пользоваться телефоном. Приходилось отвлекать от работы то продавцов, то технарей, то бухгалтеров. И с каждым днём абонентов становилось всё больше. Пока они исчислялись тысячами. Но на горизонте уже маячили миллионы. Нам надо было срочно реорганизовать работу компании.

В ту пору крупная американская корпорация хотела приобрести долю в нашем бизнесе. Американцы соблазняли нас тем, что они уже давно на сотовом рынке и всё про него знают. Мы попросили их показать, как они организуют работу с абонентами, потенциальными покупателями и дилерами. Тот учебный визит в Сан-Франциско нам сильно помог. Мы увидели, как устроен кол-центр, биллинговая система и служба продаж большой компании. Вернувшись, я смог провести реорганизацию, которая развернула Билайн лицом к клиенту. Пока остальные сотовые операторы не сделали того же, это было нашим важным конкурентным преимуществом. И всё бы хорошо, но я до сих пор чувствую уколы совести. Наша компания обманула партнёра. Отправляясь в Сан-Франциско, я прекрасно знал, что долю в нашем бизнесе мы американцам продавать не будем. По факту это был акт промышленного шпионажа, хотя кража ноу-хау никак не повредила американской компании. А в России она принесла немало пользы.

Вообще, культура доверия играет огромную роль в поумнении верхумов. Благодаря свободному перетоку мемов многие прежде отсталые страны догнали, а то и перегнали страны, бывшие их учителями. Увы, в современном мире мы довольно часто наблюдаем, как тот или иной верхум старается отгородиться от информации извне, стремясь защитить уклад своего социума от размывания. Например, некоторые страны намеренно обрывают налаженные связи, закрывают границы, вводят цензуру, строят “суверенный интернет”. Я с затаённым ужасом смотрю, как самоизолируется Россия. Мы бы могли ещё многому научиться у остального мира.

Подведём промежуточный итог. Мы с вами уже обнаружили, что верхумы взаимодействуют между собой теми же способами, что и люди. Они уживаются в больших социумах на основе культуры подчинения, культуры обмена и культуры доверия. Осталось поднатужиться и обнаружить в их взаимоотношениях следы четвёртой культуры – культуры участия. Не беспокойтесь – долго тужиться не придётся.

Верхумы обожают объединяться в союзы и ассоциации. Кто только не объединяется! И банки, и профсоюзы, и рестораны, и города-побратимы, и малые предприятия, и волонтёрские организации. А производственных ассоциаций – хоть пруд пруди. В них собираются вместе производители зерна, одежды, кинофильмов, электроэнергии, детских товаров, рекламных услуг, строительных работ и многого другого. Зачем нужны все эти ассоциации, конфедерации и союзы? Они обеспечивают работу механизма участия. Разные верхумы сообща решают общие проблемы, например, разрабатывают отраслевые стандарты или отстаивают свои интересы перед лицом государства.

В