"Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12 - Генри Крейн

— Я люблю тебя, Шейла. Ведь ты это хотел от меня слышать?

Наконец‑то, Дэвид Лоран понял, что Шейла над ним издевалась. И тогда он, широко улыбнувшись, произнес:

— А я люблю тебя, Дэвид Лоран.

Шейла как эхо повторила за ним:

— Я люблю тебя, Дэвид Лоран.

— Ну, вот и отлично.

Мужчина привлек к себе женщину, и они поцеловались долгим томным поцелуем.

Наконец, оторвавшись от губ Шейлы, Дэвид произнес:

— Теперь было бы неплохо отпраздновать наше с тобой решение.

— А что мы будем пить? — поинтересовалась женщина.

— Я не знаю, — пожал плечами мужчина, — что обычно пьют в таких случаях?

— Я думаю, шампанское.

— А оно у нас есть? — засомневался Дэвид Лоран.

— Конечно же, есть, — Шейла поднялась с дивана, — я его специально припасла для этого случая. А знаешь, сколько я ждала?

Дэвид наморщил лоб.

— Я думаю, всю жизнь.

Пробка выстрелила в потолок, вино, шипя, полилось в бокалы, и Дэвид с Шейлой сдвинули высокие хрустальные бокалы.

Шейла молча смотрела на Дэвида, а тот смотрел на нее.

— Почему ты не пьешь? — поинтересовалась Шейла.

— Я жду, когда выпьешь ты.

— А почему ты не хочешь пить первым?

— Я теперь всю жизнь буду слушать только тебя, Шейла, буду делать так, как ты этого хочешь.

— Но тогда я хочу, чтобы ты выпил первым.

И Дэвид Лоран, полуприкрыв глаза, коснулся губами бокала.

— Ты счастлив? — спросила Шейла. Дэвид закашлялся.

— Я спросила что‑нибудь не так?

— Да нет, все в полном порядке, но как‑то неожиданно прозвучал твой вопрос. Ты всегда спешишь задавать вопросы, Шейла.

— Хорошо, я больше не буду.

— Да, я счастлив, но не вполне.

— Почему? — брови Шейлы взметнулись. Дэвид Лоран обнял Шейлу и привлек к себе.

— А вот теперь я счастлив вдвойне, — и он принялся расстегивать пуговицы на ее блузке.

Та шутливо отбивалась, уговаривала его остановиться, но Дэвид прекрасно понимал, насколько эта близость для нее желанна.

— Остановись, — просила Шейла, — не здесь.

— Я боюсь передумать, — настаивал Дэвид и опустился на колени перед женщиной прямо на ковер гостиной.

Женщина смотрела на него сверху вниз и улыбалась, а Дэвид ласкал ее.

— Я когда‑нибудь раньше говорила тебе?

— Что? — поинтересовался Дэвид, его рука замерла на груди женщины.

— Я тебе говорила, что люблю тебя?

Дэвид отрицательно качнул головой.

— Нет, никогда.

— Так вот, с этого дня я всегда буду повторять тебе, что люблю тебя.

— И ты думаешь, я поверю? — Дэвид слегка улыбнулся. — А тебе ничего не останется делать, ведь я буду говорить это таким проникновенным голосом.

И Шейла, нагнувшись, зашептала в ухо мужчине:

— Я люблю тебя, Дэвид, люблю.

— Я тоже, — отвечал ей мужчина, лаская ее со всей нежностью, на какую был способен…

Дэвид и Шейла уже не владели собой. Они освобождались от одежды, разбрасывая ее по всей гостиной.

Наконец, когда Шейла легла на мягкий ковер, Дэвид на мгновение замер. Он рассматривал женщину так, как будто видел ее впервые.

Сквозь огромное окно гостиной слышался тяжелый шум прибоя, крики чаек.

— Ну, иди же, иди, — попросила Шейла и протянула к Дэвиду руки.

— Нет, лучше ты иди ко мне.

— Но как же, — изумилась Шейла, — ведь я жду тебя.

— Тогда давай вместе пойдем навстречу друг другу.

Шейла поднялась, Дэвид подхватил ее, и они вместе, как подкошенные, рухнули на ковер, продолжая целоваться.

На этот раз мужчина и женщина ощущали себя совершенно по–иному.

— Тебе не кажется, что между нами что‑то произошло, что‑то изменилось? — прошептала прямо в ухо Дэвиду Шейла.

— Что ты хочешь сказать? — быстро отреагировал на ее вопрос Дэвид.

— Я хочу сказать, что я сейчас чувствуя себя совсем по–другому и больше ничего.

— Как это, по–другому?

— По–другому и все. Я даже не могу определить, в чем это заключается.

— А я тебе могу подсказать, — Дэвид приподнялся на локте, завис на некоторое время над Шейлой. — Я могу тебе объяснить.

— Скорее объясни, Дэвид, потому что я ужасно хочу тебя.

— Ты себя чувствуешь по–другому потому, что ты теперь моя жена.

— Правда, Дэвид?

— Да, правда, эта самая настоящая правда.

Шейла потянулась руками к Дэвиду, схватила его за шею и крепко прижала к себе. Дэвид чувствовал нежное прикосновение ее губ, чувствовал, как твердеет грудь Шейлы под его пальцами.

— А я теперь твой муж, — шептал ей Дэвид.

— Да, да, ты мой муж, единственный, кто имеет на меня право.

— Ты уверена, что так будет всегда, Шейла?

— Не знаю, — она как‑то странно пожала плечами, улыбнулась и припала к губам Дэвида. — Не знаю, не знаю, будет ли так все время, но я хочу, чтобы это было вечно.

— И я хочу, Шейла, чтобы ты, Шейла, принадлежала только мне, чтобы я был твоим мужем и чтобы все вот это, — Дэвид приподнялся на колени и осмотрел обнаженное тело Шейлы, — я хочу, чтобы вот это все, — он медленно–медленно провел ладонью по телу Шейлы, — принадлежало только мне и всегда.

— Хорошо, так оно и будет, я обещаю тебе.

— Вот это здорово, вот это обещание мне очень нравится.

— А что, разве тебе не нравится то, что я тебя люблю и люблю безумно? Я просто схожу с ума от тебя, Дэвид. Ты такой, такой…

— Не надо, не говори, Шейла, не надо сейчас говорить никаких слов, надо быть вместе.

— Нет, я хочу говорить, я буду громко кричать на весь этот дом, на все побережье. Я хочу, чтобы все знали, что ты любишь меня, а я люблю тебя и что с этого момента я твоя жена и принадлежу тебе.

От такой долгой речи Шейла учащенно задышала. Но потом, переведя дыхание, она потянулась руками и губами, и всем своим упругим молодым телом к Дэвиду. Дэвид ответил таким же движением.

— Шейла, ты можешь говорить, можешь кричать, но только самое главное…

— Что? Что самое главное, Дэвид?

— Самое главное, чтобы ты всегда была со мной, и чтобы нам всегда было так же хорошо, как сейчас.

— Ну, иди же сюда, иди, —