Ханасаки. Японская система для тех, кто хочет жить долго и счастливо - Маркос Картахена

• Они не выполняют свою функцию так же хорошо, как качественные аналоги.

• Их материалы менее приятны на ощупь, а значит, и удовольствие от их использования значительно ниже.

• За изготовлением дешевых вещей, скорее всего, стоит эксплуатация труда. Когда продукт продается дешево, производителю приходится минимизировать затраты на его создание любой ценой.

• Недолговечные предметы, которые нужно часто заменять, расходуют огромное количество природных ресурсов и в конечном счете наносят вред планете.

Во всем мире Япония известна как страна, где создают продукцию высокого качества. Если на изделии стоит надпись Made in Japan, это почти всегда гарантия надежности. Есть множество примеров, подтверждающих репутацию японских товаров. Так, например, в 2015 году Испанская организация потребителей и пользователей (OCU) провела традиционное исследование, чтобы выяснить, какие автомобили считаются самыми надежными в Европе. Опросив более тридцати тысяч автолюбителей, эксперты отметили безусловное лидерство японских марок – Honda, Lexus и Toyota оказались на первых строчках. Более того, в топ-10 шесть позиций заняли японские бренды.

Промышленный сектор Японии в последние десятилетия целенаправленно стремился к высокому качеству, и именно поэтому страна стала одним из ведущих экспортеров, а внешняя торговля – одним из ключевых источников ее доходов. Это не случайность.

Японцы почти на генетическом уровне ценят хорошо сделанные вещи.

И, на мой взгляд, одна из самых ярких черт японского характера – это их страсть к деталям.

Слово комакай (細かい) существует только в японском языке. Формально оно означает «мелкий» или «чрезвычайно детализированный», но на деле его смысл гораздо тоньше. Оно указывает на внимание к мельчайшим, почти незаметным нюансам. Я всегда чувствовал, что в этом слове заключен сам дух Японии. Потому что именно так я воспринимаю японцев: людей, способных разглядеть то, что невидимо для других. Эта особенность делает их крайними перфекционистами. Особенно в сфере производства.

Я прекрасно помню свой первый визит в Музей ремесел в Киото, расположенный в выставочном центре Miyako Messe. Мне посчастливилось попасть на мероприятие, где мастера демонстрировали свое искусство прямо перед посетителями. Можно было подойти совсем близко и в деталях рассмотреть, как они работают. Один ремесленник изготавливал ожерелья, инкрустируя сусальное золото в кусочки черного сланца. Он работал крошечным зубилом и миниатюрным молоточком. Я провел рядом около пятнадцати минут, завороженный его движениями: с какой точностью он вбивал каждую золотую пластинку в камень! Он трудился не спеша, сосредоточенно, с величайшей аккуратностью. Следил за каждым шагом и не делал следующего, пока не убеждался, что предыдущий выполнен идеально. Именно такой подход я наблюдал не только у мастеров в центре, но и у садовников при храмах, которые любовно собирали опавшие листья, и у продавцов в магазинах, бережно заворачивавших и укладывавших каждую покупку, и у мастеров чайной церемонии, грациозно готовивших матча, – и вообще во многих аспектах японской жизни.

Путь вещей

Как уже говорилось, у каждой вещи есть предназначение. Она создается, чтобы служить человеку. Ее задача – облегчать нашу жизнь, делать ее приятнее. Именно поэтому мне не нравится, когда вещи оказываются забытыми – заброшенными в ящик, где они пылятся неделями и месяцами. Такие предметы быстро приходят в негодность, словно теряют смысл существования.

В японской книге «Магическая уборка» [7] ее автор, Мари Кондо, предлагает очень интересный взгляд на наши отношения с вещами. По ее мнению, важно обращаться с предметами с уважением и использовать их по назначению. Каждый раз, закончив пользоваться какой-либо вещью, она благодарит ее за службу и аккуратно возвращает на место, где та сможет «отдохнуть», пока не понадобится в следующий раз. Мари воспринимает вещи живыми и, как утверждает она сама, теплое отношение влияет на их долговечность и работоспособность. Возможно, эта идея покажется тебе немного странной или даже сумасбродной, но я воспринимаю ее как очень романтичный и приятный способ выстраивать взаимосвязь с материальным миром. Тем более что это не требует почти никаких усилий.

Если мы поняли, что какой-то предмет нам больше не нужен, лучше всего отпустить его дальше – продать, подарить или пожертвовать.

Еще мне очень понравилась часть, где Мари объясняет, как предметы взаимодействуют с людьми на энергетическом уровне. Когда она складывает одежду, делает это так, чтобы вещь заряжалась энергией. Поэтому она лучше сохраняется и всегда выглядит опрятно.

Кроме того, Мари пишет: когда вещь долго не используется, она теряет свою жизненную силу и увядает.

А если предмет поврежден или сломан – лучше отдать его на переработку, чтобы материалы снова обрели смысл, став частью чего-то нового. Главная идея – дать вещам возможность пройти свой путь до конца и вернуться в круговорот жизни.

Свободное движение энергии

В Японии мне особенно полюбились традиционные комнаты с покрытием из татами, известные как васицу (和室). Впервые оказавшись в таком помещении, я сразу ощутил глубокий внутренний покой. Я не мог объяснить, почему – просто вокруг чувствовалось умиротворение. В комнате почти не было мебели: лишь небольшой низкий столик в центре, полка на стене, высокое зеркало и квадратная подушка, которая, как я понял, предназначалась для сидения на полу. Пространства было много. Все дышало. Ни малейшего ощущения перегруженности. Скорее наоборот – чистота и свобода. Никаких преград.

Эта комната стала моим домом на целый год. Я провел в ней много часов, сидя на татами и глядя в окно на сад. Мне нравилось размышлять о разном, и, среди прочего, я часто думал, почему именно это пространство вызывает у меня такие чувства. Моя квартира в Испании выглядела совсем иначе. В ней было полно вещей – мебель, предметы декора – и практически не оставалось свободного места. Порой мне приходилось изощряться, чтобы найти, куда бы пристроить очередную покупку, не разрушив мнимую гармонию, которую я так старательно выстраивал. Как оказалось, эта гармония исчезла уже давно, просто я не хотел этого замечать.

Прожив несколько месяцев в атмосфере японского минимализма, я пришел к простому выводу: там, где есть пространство, энергия может свободно течь. А перегруженные интерьеры не только рассеивают внимание – они утомляют. Среда, в которой мы живем, очень сильно влияет на нас. Мы проводим в этих стенах значительную часть жизни. И потому наш дом должен быть местом, где мы можем отдохнуть, восстановиться, прийти в себя.

Вот почему стремление к минимализму может оказаться по-настоящему полезным. Я вовсе не говорю, что стоит полностью опустошить свой дом. Но между крайностями всегда есть пространство для