Дома смерти. Книга V - Алексей Ракитин

пенала — называть эту конструкцию можно по-разному — оказалась немногим менее 1,5 метров [~5 футов]. В верхней части ящика было просверлено шесть отверстий. Их наличие наводило на мысль о намерении конструктора этого необычного изделия устроить в нём вентиляцию воздуха. Большой лист фанеры толщиной 5/8 дюйма [~16 мм] лежал на полу гаража немного в стороне. Когда лист поместили над ящиком, он идеально заполнил место в настиле. Представлялось очевидным, что фанерный лист маскировал проём в полу и находившийся под ним деревянный пенал.

То, что под полом гаража оказалась пустота, явно подготовленная заблаговременно, заставило полицейских внимательнее присмотреться к другим листам настила. Довольно быстро «законники» отыскали ещё три съёмных листа фанеры, под которыми оказались полости во всём аналогичные той, над которой была укреплена верёвка с петлёй. Впоследствии газеты писали о том, будто под гаражом Пауэрса были найдены четыре «тайные комнаты», но это не вполне верно, под полом находились не комнаты в традиционном понимании. Это были именно деревянные ящики, верхняя часть которых закрывалась крышкой.

О назначении этих ящиков можно было лишь гадать. Теоретически их можно было бы считать погребами, но, разумеется, таковыми они не являлись ввиду небольшой глубины размещения. Кроме того, наличие отверстий, предназначенных для пропуска воздуха, наводило на мысль о помещении в эти ящики живых объектов. А вот что это были за объекты — животные или люди — каждый мог задуматься самостоятельно.

Вскоре последовало новое пугающее открытие. На верстаке, стоявшем в углу сарая, был найден молоток, обильно запачканный чем-то очень похожим на высохшую кровь. Это субстанция покрывала всю ударную часть инструмента, а рукоять почти целиком была забрызгана мелкими каплями. Лишь самый конец рукояти — там, где её удерживала рука — дерево осталось чистым.

К 1931 году реакция Чистовича-Уленгута, посредством которой определялась видовая принадлежность крови, была уже известна американским судебным медикам. Упомянутый метод был открыт и вошёл в практику европейской криминалистики ещё аж в 1901 году, но ещё почти полтора десятилетия после этого североамериканские специалисты ничего об этой реакции не знали. Однако к описываемому моменту технология определения происхождения крови от вида живого существа — млекопитающего вообще, рыбы, птицы или человека — прочно вошла в арсенал американских судебных медиков, и потому определить, чья кровь находится на найденном молотке, большой сложности не представляло.

Первое, что увидели полицейские и сотрудники службы шерифа, войдя в гараж Гарри Пауэрса, оказалось… верёвкой со скользящим узлом на конце, закреплённой на стропилах. Под петлёй находилась яма, подле которой лежал лист толстой фанеры, являвшийся крышкой [или люком] и прекрасно маскировавший эту яму при закрывании.

Молоток, как и верёвка со скользящей петлёй, стали первыми уликами, изъятыми городским детективом Карлом Саузерном в рамках расследования. И, как скоро выяснилось, не последними.

Гарри Пауэрс во время допроса уверял, что спрятал тела пятерых убитых им людей в траншее, выкопанной от его гаража вниз по склону неглубокого распадка (овражка), пересекавшего участок. Рабочему, копавшему траншею в мае, он заявил, что уложит на её дно фановую трубу и таким образом сделает в гараже простейший канализационный сток. До укладки трубы дело, в конечном счёте, не дошло, и Пауэрс использовал траншею как импровизированную братскую могилу. К моменту появления возле гаража начальника полиции Дакворта и шерифа Гримма ничто не указывало на существование какой-либо траншеи. «Законникам» пришлось потратить некоторое время на определение того места, где несколько месяцев назад существовал раскоп.

Наконец, определив с помощью щупа участок потревоженной земли, полицейские и люди шерифа приступили к раскопкам. Поскольку солнце ещё не взошло, нужный участок освещался парой переносных фонарей. Работа шла безостановочно. Поскольку лопат было меньше, чем рабочих рук, готовых взяться за них, инструмент не простаивал ни минуты. Довольно скоро, минут через 30, на глубине около 70 см и на удалении около 1,5 метров от западной стены гаража был обнаружен первый детский труп. Это был мальчик ростом около метра.

С этого момента скорость раскопок несколько снизилась, «законники» повели работу медленнее, опасаясь повредить другие тела неосторожными ударами лопат. Кроме того, они стали тщательно — насколько это было возможно в условиях ограниченной видимости — просматривать извлекаемый грунт с целью поиска мелких предметов [пуговиц, расчёсок, цепочек и прочего]. В течение последующих трёх часов из раскопанной траншеи на поверхность были подняты ещё три тела — одно из них, судя по росту и длинным волосам, принадлежало взрослой женщине, а два других — девочкам.

Пятого тела, в существовании которого признавался Гарри Пауэрс, в засыпанной траншее не оказалось.

Что оставалось делать «законникам»? Городские полицейские к обеду возвратились в Кларксбург, сопроводив катафалк службы коронера, а люди шерифа остались возле гаража, продолжая его осмотр, неспешно раскапывая засыпанную траншею и тщательно просеивая извлечённый ранее грунт. В течение дня они сделали несколько ценных находок. Прежде всего, в раскопе они отыскали четыре пары обуви, из которых три являлись детскими, а одна — явно взрослой. Принимая во внимание, что ранее из траншеи извлекли тела трёх детей и взрослой женщины, можно было предположить, что обувь принадлежала погибшим. Разумеется, сразу же рождался вопрос: на каком этапе — то есть до наступления смерти или позже — их разували и с какой целью это делалось? Ответ на него, очевидно, должен был дать дальнейший ход расследования.

Помимо обуви, в засыпанной траншее был обнаружен значительный — около полуметра толщиной — слой золы, при просеивании которого удалось отыскать большое количество непрогоревших фрагментов писчей бумаги и почтовых конвертов. Судя по всему, сжигавший переписку человек бросал в печь толстые охапки конвертов с письмами внутри, которые из-за плотного прижатия плохо прогорали. То есть края стопки сгорали, а её сердцевина из-за недостатка кислорода лишь бурела, но оставалась целой. Подобный эффект часто можно наблюдать в небольших топках, объём которых недостаточен для быстрого сгорания значительной массы горючего материала. Человек, уничтожавший письма, явно действовал в спешке — он вытаскивал из печи не до конца сгоревшие письма, не желая тратить время на ожидание, пока вся бумага превратится в пепел.

Тщательным образом рассортировав найденные обгоревшие клочки бумаги, люди шерифа узнали не только имена и фамилии некоторых авторов писем, но и места проживания этих людей. Надо ли уточнять особо, что это были женщины? Итак, владелец гаража в Тихой лощине предпринял попытку избавиться от писем некоей Мэдж Джиллику (Madge Gillikue) из города Нью-Берн, штат Северная Каролина, Эдит Д. Симпсон (Edith D. Simpson) из Детройта, Бесси Сторрс (Bessie Storrs) из Олина (Olean), штат Нью-Йорк и, наконец, Вирджинии Д. Белл (Virginia D. Bell) из города Хейгерстаун (Hagerstown), Мэриленд.

Учитывая то, где и при каких обстоятельствах оказались найдены остатки писем этих женщин, требовалось в кратчайшее время установить их судьбу: живы ли они? встречались ли с человеком, получавшим их письма? приезжали ли в Кларксбург?

Исследуя металлический ящик для хранения метизов, люди шерифа отыскали два любопытных предмета, возможно, имевших отношение к преступлениям Пауэрса. Одним из них стали женские наручные часики с гравировкой на задней крышке в виде букв «D. P. L.», которые соответствовали инициалам пропавшей без вести Дороти Пресслер Лемке. Другой находкой оказалось обручальное кольцо с гравировкой по внутренней поверхности «C. O. P. to D. L.», которую можно было истолковать как «От Корнелиуса Орвина Пирсона Дороти Лемке».

Хотя… кто знает, была ли Дороти Лемке единственной обладательницей подобных инициалов?

Пока люди шерифа занимались работой в гараже и вокруг гаража, начальник полиции Дакворт и его лучший и единственный детектив Саузерн также не теряли времени даром. Они решили, что взятый темп терять не следует, а потому им имеет смысл разделиться — Дакворт направился в дом, арендованный супругами Пауэрс, дабы провести там обыск и побеседовать с Лулу, а Саузерн, взяв с собой две пары полицейских,