Невозможный - Роман Романович

— Болтать не буду. Это не в моих интересах. Так что, на каких условиях согласишься предоставить доступ?

— Я бы предоставил хоть сейчас, но сам понимаешь, нет никакой уверенности в твоей лояльности. Где гарантии, что ты не уничтожишь клан?

— Мне для этого мощи не нужны. Вас я могу уничтожить в любой момент.

— Откуда такая уверенность? — поинтересовался он.

— Удивлюсь, если в клане нет аналитиков, которые всё уже давно просчитали. О, надо же. Впервые твой бинхуа заинтересовался, дед. Измаил, не хочешь показаться? Не надо столь нагло щупать меня своим вниманием.

— Твоя связь с бинхуа и правда удивительна. Не расскажешь, в чём секрет того, что ты стал алхимиком?

— Хочешь выведать тайну моей уникальности? — рассмеялся я. — В этом нет никакой мистики. С бинху или бинхуа надо всего лишь подружиться. Они отличные помощники в алхимии, между прочим. Не просто так ведь были воплощением Созидания. Дети Реки, которые восстанавливали земли после большой войны.

— А ещё они духи мщения, если ты не в курсе.

— В курсе. Смерть и жизнь. Это две части одного целого. А алхимия так вообще. Это ведь разрушение ради созидания. Признаться, мне до сих пор то ли не по себе, то ли смешно, какими вы все идиотами оказались, за десять тысяч лет не решив эту проблему. Не полноправные наследники основателя, а всего лишь те, кто удачно присел на его наследие. Впрочем, я всё же груб. Своих заслуг у вас тоже хватает, но совсем другого толка.

— Ты действительно груб, — сказал Кадий. — Я и не помню, чтобы кто-то со мной так разговаривал.

— Я обычный деревенский парень, почтенный глава, — улыбнулся я. — Что взять с сына предательницы и царя зверей?

— Яду в тебе много. Так как же мне тебе довериться?

— Я уже сказал. Но один из ваших служащих из казначейства пару лет назад говорил, что доверие формируется постепенно. Как насчёт снять запрет на сражения и дать мне… должность при дворе?

— Какую же должность ты хочешь? — заинтересовался мужчина.

— Что-нибудь мне подходящее. Не обязательно высокий статус. Сойдёт начальная позиция. Я неплохо разбираюсь в обучении людей. Найдётся что-то в этом направлении?

— Есть академия.

— Она занимается детьми. А ко мне очередь и из тех, кто постарше, выстроилась.

— Теми, кто постарше, занимается павильон развития. Хотя не только ими, а в целом — всеми. Ты хочешь туда? Не юли, говори как есть.

— Можно и туда.

— Хочешь продолжить формировать коалицию вокруг себя, подготавливаешь почву для более глобальных изменений?

— Глава мыслит слишком масштабно, — добавил я в голос учтивости. — Мои помыслы куда приземлённые. Мне просто нравится изучать тайны культивации.

— Многие в клане твои скромные помыслы называют ересью, — наклонился вперёд мужчина, посмотрев исподлобья. — Я могу дать тебе то, что ты хочешь. Могу дать и высокий пост.

— Когда-то мой отец, заглянув в академию Содружества, сказал, чтобы мне не помогали, но и не мешали. Сохраним традицию?

— А ты неплохо умеешь издеваться над людьми, — погрозил он мне пальцем. — Иди, внук. Будет тебе назначение при дворе. Запреты тоже сниму. Не обижайся на родню, они не виноваты, что всё так сложилось.

— Как прикажет почтенный глава, — едва заметно склонил я голову.

Небеса не треснули, реки не высохли. Но то ли ещё будет.

Глава 24. Работа, или Когда не филонил

Спустя некоторое время, когда Эл уже покинул дворец, Шелиот заглянул к отцу.

— Как прошло? — спросил он, пройдя в кабинет.

Кадий ответил не сразу. Было видно, что мужчина крепко задумался. Шелиот подошёл, смиренно подождал, когда отец отвлечётся от своих дум.

— Парень внушает, — наконец ответил он.

— Внушает что?

— Страх, — посмотрел Кадий сыну прямо в глаза.

— Тебе? — с сомнением спросил Шелиот. — Тогда мне и вовсе стоит дрожать от ужаса.

— Может, и стоит, — ответил Кадий с нечитаемой интонацией.

— Да что он ещё такого выкинул, что ты так впечатлился? — заинтересовался Шелиот.

Кадий на это промолчал. Ответил другое.

— Парень хочет должность в павильоне развития.

— Что лишь подкрепляет наши опасения, — кивнул Шелиот. — Ставлю на то, что бинхуа его всё же обработали и продвигают свои интересы.

— Возможно, — уклончиво ответил мужчина. — Всё же я дам ему, что хочет, а там посмотрим. А сейчас лучше о себе расскажи. Как там твои тренировки? Очень уж твой племянник уверен в своих силах. Я начинаю переживать за тебя, сын, — насмешливо сказал Кадий.

Шелиот помрачнел, скривился и счёл лучшим не отвечать на подобные вопросы.

***

Разговор с дедом оставил странное послевкусие. Прошёл он обычно. На первый взгляд. На второй — посланиями мы обменялись, позицию обозначили.

Только вот, несмотря на то что я уже не тот неопытный юнец, мне всё равно не хватало знаний, чтобы предсказать реакцию такого человека, как глава клана Бинхуэм.

С моей точки зрения, сейчас сложилась патовая ситуация, где решающее преимущество у того, кто нанесёт первый удар. Какому-нибудь Основателю достаточно хорошо подготовиться и вложиться в атаку, напасть внезапно, чтобы мои приключения на этом закончились. А ведь Бинхуэм могут куда больше. Создать ситуацию, где я буду измотан, не готов, а Основателей будет не один, а десяток. С другой стороны, если убить меня с первой же попытки не удастся, то в рамках своего восприятия, а это сейчас пара километров, я смогу разом разрушить все печати, удерживающие бинху и бинхуа внутри членов клана.

Что отчасти легко перекрыть. Достаточно послать против меня тех, у кого бинху и бинхуа нет в наличии, а остальных увести подальше.

Ладно, ладно. Патовой эту ситуацию сложно назвать. Преимущество на стороне противника, и это я ещё про Бессмертных не вспомнил. Не прихлопнули меня только по той причине, что я полезен. А ещё договороспособен. Местами, но всё же.

Собственно, в этом и заключался мой план.

Смешно, но, когда всё только завертелось и мне стало известно, что мать похищена, я иногда представлял, что будет какая-то грандиозная битва в конце. Надо всего лишь победить, и тогда всё закончится. А сейчас я даже не понимаю, кого побеждать. Шелиота? И что дальше? Главу клана? Так даже