Неординарные преступники и преступления. Книга 3 - Алексей Ракитин

Капля, как известно, камень точит, и в данном случае пословица эта будет как нельзя к месту. Кимберли сумела пробить все бюрократические стены, стоявшие на её пути, привлекла к своей работе внимание средств массовой информации Флориды и Канзаса и добилась проведения эксгумации тел Хикока и Смита. Автор ещё раз повторит высказанную выше мысль — даже без этой эксгумации представлялось очевидным то, что Кимберли МакГэтт идёт по ошибочному пути, и её упорство в заблуждениях, честно говоря, до некоторой степени озадачивает. По-видимому, Кимберли принадлежит к категории людей, неспособных признавать собственные ошибки и твёрдо уверенных в том, что в любом споре могут существовать только две точки зрения — её собственная и неправильная.

Заручившись к концу 2012 года всеми необходимыми разрешениями, Кимберли МакГэтт отправилась в Канзас, где 18 декабря — в самый канун массового убийства на «ранчо Палмер» — было проведено эксгумирование тел Ричарда Хикока и Перри Смита и осуществлён отбор биологических материалов. Событие это освещалось местными средствами массовой информации, и телевидение даже осуществляло прямое включение с кладбища.

Прямое включение местной программы новостей с рассказом о проводимой эксгумации тел Хикока и Смита (кадр ТВ-репортажа).

Телезрители увидели могилы знаменитых убийц до начала процедуры и после окончания — прямоугольники свежей земли без могильных плит. Кимберли получила свои 5 минут славы, появившись в ток-шоу и поведав миллионам телезрителей о прорыве в расследовании загадочного убийства, которое случилось благодаря её аналитическим способностям и полицейскому опыту. Женщина-детектив отлично отрекламировала саму себя, ведь Рич Хикок и Перри Смит были хорошо известны американцам, точнее, читающим американцам. Теперь же имя и фамилия до того никому не известного детектива из Флориды оказались накрепко связаны с этими преступниками.

Однако результаты молекулярно-генетических экспертиз биометериалов, извлечённых из тел Хикока и Смита, продемонстрировали, что сперма на трусиках Кристины Уолкер происходила не от них. Такой результат следовало признать вполне ожидаемым и хорошо предсказуемым, во всяком случае для шерифа Росса Бойера непричастность канзасских убийц к случившемуся на «ранчо Палмер» была вполне очевидна ещё в начале 1960-го года. Когда же спустя 5 месяцев после эксгумации неприятная правда стала известна, Кимберли ограничилась довольно невнятным заявлением о ненадлежащем состоянии биоматериала, снятого с трусиков Кристины Уолкер. Мол-де, сперма теперь сильно загрязнена и деградировала, а потому корректное сравнение невозможно.

Почему о пресловутой «деградации» стало известно только в апреле 2013 года, а не до проведения эксгумации в Канзасе, понять невозможно. Почему биоматериал ранее признавался вполне качественным и безо всяких оговорок подходил для сравнения с «ДНК-профилями» десятков других подозреваемых в период 2004–2007 года, также непонятно. Кроме того, в 2013 году не было никакой нужды проводить молекулярно-генетическую экспертизу спермы с трусиков — достаточно было воспользоваться результатами такой экспертизы, проведённой ранее!

Могилы Перри Смита и Ричарда Хикока перед началом процедуры эксгумации (кадры ТВ-репортажа).

В общем, Кимберли МакГэтт опозорилась со своей версией на всю страну, но постаралась этого не признать и сделала хорошую мину при плохой игре. Помогло это ей мало — в том же году дамочку тихонько вывели за штат службы шерифа и после 2-месячного отпуска уволили. Пенсию она так и не выслужила ввиду непродолжительности службы в правоохранительных органах [11 лет]. Насколько известно автору, в настоящее время Кимберли МакГэтт жива и максимально использует остатки той известности, что свалилась на неё в 2012 году. Кимберли играет на разных музыкальных инструментах, поёт зажигательные песни, пишет книги и статьи на криминальные темы, а также ведёт радиопередачу, посвящённую разного рода таинственным преступлениям.

Примечательно, что версия Кимберли МакГэтт, вброшенная в народ, зажила собственной жизнью и, несмотря на доказанную ошибочность, обрела последователей. В числе таковых можно упомянуть, например, американского адвоката и по совместительству писателя, издавшего в 2016 году — то есть уже после эксгумаций тел Хикока и Смита — книгу «В холодной крови» («In Colder Blood»), посвящённую изложению и доказыванию фантазий Кимберли. Честно говоря, даже неудобно читать этот панегирик, принимая во внимание, как опозорилась со своей версией дама-детектив. Сложно сказать, чем объясняется такая необъективность Хантера, возможно, некими особыми отношениями с Кимберли МакГэтт — иное объяснение вряд ли возможно. При всём том Ти-Джей Хантер при работе над своей книгой получил возможность ознакомиться с материалами уголовного дела, разумеется, выборочно, и его осведомлённость, безусловно, привлекает интерес к написанному.

Убийство семьи Уолкер на «ранчо Палмер» остаётся нераскрытым. Но дело не закрыто, и значительная часть следственных материалов засекречена — это означает, что руководство правоохранительными органами предполагает их последующее использование в суде [общий массив данных, разрешённых к обнародованию, составляет около 600 листов — это примерно 2 тома из более чем 30]. Наличие спермы преступника обеспечивает ненулевую вероятность того, что в обозримой перспективе — может быть, прямо завтра или через неделю — будет найден «ДНК-профиль», соответствующий профилю преступника. В этом отношении, кстати, удивительно не то, что такое событие имеет немалый шанс произойти, а то, что оно до сих пор не произошло.

Для изобличения преступника вовсе не обязательно выявить в базах данных ДНК именно его «профиль». Серийный убийца и насильник ДиАнджело[9] умудрился прожить долгую жизнь, избежав попадания в базы данных ДНК вплоть до возраста 73-х лет. Правоохранительные органы отыскали ДиАнджело не по его ДНК, а по «ДНК-профилю» племянницы, которая добровольно внесла свои данные в базу поиска неизвестных родственников. То есть для идентификации преступника была проведена своего рода «генетическая реконструкция», точнее, «деконструкция», в ходе которой близкородственный искомому ДНК был «разобран» на составные элементы и определено происхождение каждого из них от различных генеалогических ветвей. Такая «деконструкция» в конечном итоге привела к ДиАнджело, который, будучи в молодости полицейским, следил за успехами криминалистики, знал об опасности молекулярно-генетических экспертиз и всячески избегал любых медицинских и юридических процедур, связанных с получением и хранением ДНК.

Тем не менее его осторожность ему не помогла.

В принципе, убийце семьи Уолкер осторожность тоже не поможет. Вероятность этого весьма высока, ведь в какой-то момент близкородственный «ДНК-профиль» может попасть в какую-то базу данных, проверяемую правоохранительными органами, без согласования с преступником. И дело тут даже не в поисках неизвестных родственников, как это произошло в случае ДиАнджело, а по причинам куда более весомым и… неотвратимым, скажем так. Например, родственник преступника пытается устроиться в некое учреждение, при оформлении в которое требуется оставить собственный биологический маркер. Речь идёт о вооружённых силах, разного рода силовых структурах, авиакомпаниях и даже пожарных командах. Другая причина предоставления собственного биоматериала для построения «ДНК-профиля» — это беременность женщины и сопутствующая проверка вероятности передачи наследственных заболеваний плоду. То есть сегодня причин для такого рода манипуляций существует очень много,