Князь Искажений. Том 10 - Евгений Ренгач

моём приближении Сева собрался. В иерархии Империи он был выше меня, но, как и почти все остальные, воспринимал меня как старшего. — Юля осталась в Храме. Она полностью здорова, но Мастер считает, что ей необходимо завершить обучение и освоить свой Атрибут до конца. Она передавала привет вам и Михаилу и обещала, что скоро вернётся…

В том, что Юля на какое-то время останется в Храме, я не сомневался. Контроль над Атрибутом Повеления требовал времени и упорных тренировок. Ничего страшного. Чем лучше она овладеет собственным Талантом, тем лучше.

Пока же мы справимся и без неё.

— Рад это слышать. Но я хотел поговорить о другом.

— Да? — Взгляд блондина стал испуганным, будто у застигнутого на месте преступления мальчишки. — И о чём же?

Всё-таки то обстоятельство, что он вырос вдалеке от дворца, давало о себе знать. Уверенности и чувства собственной важности ему точно не хватает!

Ну ничего, это дело наживное…

— В первую очередь я предлагаю поправить твоё здоровье. — Порывшись в сумке, я извлёк один из пузырьков с целебным зельем Вероники. — Выпей до конца!

— Андрей, вы уверены?

— На все сто процентов! Тебе станет намного лучше.

— Ну, тогда я спокоен.

Сева открутил крышку, одним глотком опустошил небольшую бутылочку до конца и, вздрогнув всем телом, вытаращил глаза.

— Ух, бодрит!

— Ещё бы. Соколовская не делает ерунды!

Зелье в самом деле было мощное. По сути — облегчённый состав того адского напитка, что почти на сутки вырубил меня в Москве несколько дней назад. Эффект был слегка снижен, но и сонливость тоже отсутствовала.

От Севиных царапин повалил едва заметный пар. Верный признак, что процесс исцеления запущен. Если прибавить к нему фамильную живучесть Ларионовых, то можно быть уверенным — совсем скоро Сева будет как новенький.

Теперь, когда он взбодрился, можно было наконец-то приступить к сути.

Слуги и гвардейцы покинули зал, внутри остались только я, Сева и застывшие чуть в стороне Игнатов и Оболенская. Державин договорил со своим бойцом и сейчас, сияя от радости, сжимал в руках какой-то официальный документ.

Если это то, о чём я думаю, то это очень вовремя…

— Как вы видите, сегодня произошла массовая бойня. — Константин начал без предисловий. — И причина у неё только одна — свободный престол! Наши враги видят слабые места Империи, и не упускают шанса по ним ударить…

— Да, Даниил поступил очень плохо. — Сева покачал головой. — Я знал, что он задумал что-то нехорошее, но чтобы такое… И виной всему князь Мамонтов! Скажите, вы что-то узнали?

Я кратко изложил ему всё, что произошло в имении. С каждым словом лицо принца становилось всё более печальным.

— Значит, Анатолий и весь его Род продались монстрам… Но как такое могло произойти⁈

— Пока не знаю. — Я посмотрел блондину в глаза. — У меня есть одна зацепка. Узнаю всё наверняка и сразу же обо всём сообщу!

— Буду ждать. И кстати, что насчёт Дениса? Он — сын князя и его наследник. Он должен что-то знать…

— Этот идиот не знает ровным счётом ничего! — Державин не сдерживался в выражениях. — Пока мы гонялись за его папашей, мои парни как следует его потрясли. Анатолий, конечно, рассказал ему об истории Рода, но сделал это совсем недавно. Память Дениса запечатана таким надёжным плетением, что взломать его без риска сделать парня идиотом практически невозможно!

— А что насчёт Даниила?

— С ним не лучше. Со всем уважением к вашему брату, но он — тот ещё недоумок! — Константин стиснул кулаки. — Мало того, что он находился под полным влиянием Мамонтова, так ещё и не удосужился узнать, откуда у него такая сила. Ваше Высочество, на вашем месте я бы хорошо подумал о том, чтобы его казнить!

Сева пару раз моргнул и скромно улыбнулся.

— Князь, я должно быть, не особо вас понимаю… Причём здесь я? Казнями занимается Император. Пока отец не восстановится, мы ничего не можем сделать…

Мы с Державиным переглянулись. Парень категорически не понимал наших намёков.

Придётся говорить в лоб!

— Всё верно. Казнь предателя — это дело для Императора. И именно им мы и предлагаем вам стать!

— Ох, что-то мне нехорошо…

Ноги Севы подкосились. Он начал заваливаться назад, и растянулся бы на полу, если бы Брысь не успел подставить ему стул.

Выпив ещё одно протянутое мной зелье, блондин снова заговорил.

— Господа, со всем уважением, но тут явно произошла какая-то ошибка. Да, формально я — член Императорского Рода. Но лишь формально! Отец так и не признал меня официально. Я не знаком с другими родственниками, да и царице я не нравлюсь… Да я же совсем не гожусь на эту роль!

— Это ещё почему?

— Я не проходил нужного обучения. А ещё… Ну, я не знаю всех правил этикета. Да и вообще…

Первым не выдержал Игнатов. Пока мы разговаривали, Охотник стоял в стороне и не вмешивался. Но сейчас он не выдержал. Рванувшись вперёд, Григорий встал прямо перед принцем.

— Ваше Высочество, со всем уважением, но вы что, совсем тупой⁈ Кому какое дело до этого поганого этикета⁈ Образование и манеры у вас и так неплохие, но самое главное — за вами идут люди! Вы что, сами не видите, как ловко всё здесь решили⁈ Да такими талантами, как вы, обладает в лучшем случае один человек на десять тысяч!

Григорий замолчал, переводя дух, и сразу продолжил.

— А ещё я видел, как вы сражаетесь! Вы, конечно, по возрасту ещё сопляк. Но то, как вы умотали Даниила… Моё уважение!

Я не выдержал и громко хмыкнул. Типичный Игнатов! Настоящий вояка, прямой и резкий.

Бой Севы действительно произвёл на него сильное впечатление. Посчитай он блондина недостойным, то даже не подумал бы в чём-то его убеждать!

Именно такой подход Севе и требовался. Взгляд парня стал серьёзным и задумчивым. Кажется, он начал понимать, что мы от него хотим.

Впрочем, страх по-прежнему оставался сильным.

— Андрей… — Он посмотрел на меня с надеждой. — Скажите вы им! Я же обычный человек. Я не могу управлять Империей!

Все взгляды обратились ко мне.

— Да, ты многого не знаешь и не умеешь. — Я не стал ему врать. — Но у тебя отличные данные. Будешь учиться в процессе! К тому же если ты не займёшь престол, то на него и дальше будут посягать. Скоро о болезни Александра узнают. Волнения начнутся с новой силой! Чем раньше закончишь страдать ерундой, тем будет лучше для всех.

Я говорил искренне — это чувствовали все, включая Севу. В настоящий момент стране была нужна сильная рука. Без харизматичной и,